What if?

«- Прости меня… - В любви нечего прощать». ©Кристина и Антон.

Две пары растерянных глаз уставились на Кристину. Гнетущая тишина нависла черным облаком в этой комнате. Даже солнышко, пробивавшееся сквозь шторы с самого утра, куда-то исчезло. Никто из молодых людей не мог вымолвить ни единого слова. И все же, этот нелегкий разговор нужно было начать. - Кристин, я сейчас все тебе… - Да-да, все объясню, - глаза Кристины были наполнены яростью. Она плохо соображала в этот момент, но одно знала точно, показывать свою слабость нельзя. Нельзя дать волю эмоциям. – Мартынов, я это уже слышала. Не думала, что и ты это произнесешь. Выйди вон! - она вдруг обратила внимание на Семакину, которая стояла молча, опустив свои глаза. Юля, кинув тяжелый взгляд на Кристину, быстро покинула комнату. - А с тобой, - Соколовская ткнула пальцем на Антона, - мы еще поговорим. Но с чего начать, Кристина не знала. Внутри все разрывалось от невыносимой боли, и сейчас разговаривать с предателем, как для себя отметила девушка, не хотелось. Оба тяжело дышали, словно до этого участвовали в марафоне. - Если честно, я не знаю, как тебе все объяснить, - Антон вздохнул и присел на кровать. – Я и сам себе ничего не могу объяснить. - Неужели? – усмехнулась девушка и присела рядом, повернувшись спиной к парню. – А мне так не кажется. Антон, - она резко посмотрела на Мартынова, заставив тем самым его вздрогнуть, - я слышала вчера твой разговор с Артуром. Ты сказал, что влюблен в нее. Она с трудом произнесла последнюю фразу и снова отвернулась. - Я не уверен в этом, - Мартынов обхватил голову руками и глубоко вздохнул. – И я ничего не могу поделать с этим. Но я уверен в одном – я люблю тебя. - Антон, - Кристина прикрыла глаза, пытаясь не давать воли слезам, что у нее, если признаться, хорошо получалось, - не нужно. Ты говоришь мне слова любви, хотя за несколько минут до этого ты зажимал другую девушку. Это какой-то парадокс. Как я должна это, по-твоему, воспринимать? Я не могу после твоего признания сразу же кинуться к тебе с объятьями. - И что же нам делать? – обратился Антон к девушке, словно пропустив ее предшествующий монолог. - Нам? – Кристина нервно рассмеялась, что было совсем на нее не похоже. – Нет, мой дорогой, отныне Юля – твоя проблема. - Ты о чем? – Антон встал и растерянно посмотрел на свою девушку. Он начинал догадываться, о чем она, но надеялся, что это не будет сказано. - Это тупик Антон, правда. В последнее время мы стали слишком далеки друг от друга. Я не понимала причину твоего странного поведения раньше, но сейчас… Все стало сложно, Антош. Это ее ласковое «Антош» больно ударило обоих в самое сердце. Оба понимали, что сейчас оборвутся все их надежды, грезы, но ничего совершенно с этим поделать не могли. Все словно катилось по наклонной и вот-вот должно рухнуть. Кажется, Кристина заплакала. Заплакала впервые за долгое время. - Прости меня, - Антон присел на колени, взяв ладони девушки в свои. - В любви нечего прощать, - Соколовская наклонилась к парню и поцеловала его в щеку. Она всегда старалась держать себя в руках. Даже сейчас, в трудную минуту, она оставалась все той же Соколовской, характер которой так зацепил Антона в первый день знакомства. Кристина знала, что справится. Тяжело было вот так просто все отпускать, но девушка понимала одно: любовь должна приносить радость, покой в душах, но не боль. Нужно отпустить. Кристина осторожно вырвала свои похолодевшие ладошки из рук Антона и покинула комнату, оставив парня наедине с собой. Ничего не расслабляло так Антона так, как бокал отличного виски и полураздетые девушки на танцполе. Прошло уже несколько часов с момента разговора с Кристиной, но как он не пытался отвлечься от боли, все снова и снова напоминало ему о Соколовской. Он и места лучше не нашел, как тот самый клуб, который они, по сути, сделали таким с Кристиной. - Как вы теперь жить в одном блоке будете? А работа? – сухо спросил Майкл. - Не знаю, - Антон пожал плечами и схватил телефон, - уеду куда-нибудь. Антон нахмурился и что-то судорожно принялся искать в мобильном. - Я ничего не знаю! – вдруг вскрикнул он и швырнул телефон, который тут же разбился вдребезги о дверь. И что делать на самом деле теперь Мартынов не имел и малейшего понятия. Кристина преодолевала разрыв несколько по-другому. Лежа в кровати уже который час, девушка снова и снова прокручивала в своей голове все моменты, связанные с Антоном. В их союзе с Антоном никогда ничего не проходило гладко. Любовь была подобна морским волнам – она постоянно находила препятствия в виде скал, то и дело, разбиваясь и разлетаясь брызгами в разные стороны. Но время от времени все становилось на свои места. На смену шторму приходил полный штиль. Как оказалось, не в этот раз. Их с Антоном волна наткнулась на непреодолимое препятствие, и теперь все кончено. Кристина была сильной, а неудачный брак и постоянные ссоры с Антоном только закалили ее и без того стальной характер. Поднявшись, Кристина вытерла накатившие от воспоминаний слезы и, в последний раз взглянув на совместную фотографию с Антоном, что совсем недавно стояла на самом видном месте, набравшись смелости, убрала рамку в тумбу. А что, если бы можно было так легко убрать воспоминания из головы, сердца? Быть может жить, было бы намного легче. - Чего грустим? – Рядом с Антоном нарисовалась Юля, плюхнувшись на кожаный диванчик с каким-то коктейлем в руке. Она улыбалась, словно ничего и не произошло. Семакина специально проследила за парнем, чтобы довести начатое дело до победного конца. Она была уверена, что именно в таком состоянии он легко сдастся, и на этот раз никакая Кристина не помешает. - Ты что, издеваешься? – горько усмехнулся Мартынов, быстро откинув затуманенный алкоголем взгляд. Действительно, в таком состоянии им легко было управлять. – Это ты во всем виновата. Ты! – он угрюмо взглянул на девушку и сделал глоток, осушив тем самым бокал. - Позвольте. – Юля скрестила на груди руки и отвела на секунду взгляд, обдумывая план дальнейших действий. Но, совсем немного подумав, она протянула свою ладонь Антону. – Идем. Она встала и решительно схватила его за руку. - Куда ты меня тащишь? – Мартынов выдернул свою ладонь, но все же продолжил идти за Семакиной, недоумевая, куда та его ведет. Дорога была одна, и она вела напрямик в его кабинет. - Ну и? – спросил Антон, как только дверь захлопнулась. - Сегодня утром ты был искренним, - Юля снова оказалась в шаге от него, перекрывая кислород, - но нам помешали. И я хочу убедиться в одном… Но Юля не успела договорить, как Антон впился своими губами в ее, то ли под действием внезапно нахлынувших чувств, желания, то ли под действие алкоголя и невыносимой близости, что вернее. Все получилось еще лучше, чем Юля и представить себе могла. Она и не заметила, как железные пуговицы ее блузки со звоном полетели на пол. Горячие руки Антона уже во всю блуждали по оголенному вмиг телу Юлии. Кажется, сейчас им уж точно никто не помешает.