Часть 2
5 сентября 2014 г., 01:00
***
Выполняя приказ, Гофман неотрывно следовал за петляющей по дорогам парой, проезжая мимо ярких неоновых вывесок и афиш стареньких высоток. Хотелось поскорее покончить со всем этим и вернуться. Разумеется, он мог сразу доложить начальству о том, что беглецам удалось скрыться, но как бы то ни было, не сделал этого. Кто знает, может военный сейчас преследовал и свои личные интересы. Отто был более чем уверен, что наркоман со стажем с такого почтительного расстояния просто физически не сможет засечь военный мотоцикл. Однако Филипп словно чуял за собой слежку. Парень то и дело вилял по дороге, сворачивал на узкие дорожки меж жилых домов, а то и описывал круги по району. В какой-то момент лейтенант чуть не потерял нарушителя из вида. Тот буквально растворился в потоке прямо посреди шоссе, угодив в колонну каких-то местных байкеров, которые столпились на перекрёстке перед самым выездом из центрального купола. Какое-то время Гофман всё ещё следовал за ними, пока не понял, что наркоторговца в этой колонне уже нет. Да и байкеры начинали нервничать, случайно заметив подъехавшего слишком близко правительственного солдата. Связываться с серыми им хотелось меньше всего. Лучше не нервировать людей и оставить их в покое. Тем не менее, именно так Отто и сделал. Ему пришлось сбавить скорость, чтобы немного отстать от банды. Какова вероятность в пригороде подземного мегаполиса отыскать какой-то там старенький мотоцикл довольно популярной модели? Практически нулевая. Разумеется, по размерам пригород был куда меньше шумного центра. И военных здесь практически не было, в сравнении с более крупными куполами. Тут имелось множество мест, где можно спрятаться: тихие переулки и безлюдные районы. Только вот как же не верить в судьбу, когда на одном из перекрёстков прямо перед Отто пронёсся тот самый байк с теми же пассажирами. Старая колымага, распластавшаяся перед солдатом чуть ли не на половину дороги, частично загораживала обзор. Можно сказать, блондину даже повезло, что его не заметили. Просто-напросто не разглядели в большом потоке машин. Воспользовавшись ситуацией, солдат незамедлительно направился следом, стараясь держаться на расстоянии, чтобы оставаться незамеченным. На этот раз слежка привела его прямо к жилищу бунтарей. Мужчина остановился неподалёку и слез с мотоцикла, выглядывая из-за угла противоположного здания. Парочка оставила свой транспорт возле подъезда и поспешила внутрь обветшалого двухэтажного домика. В старых районах подземного города такие стояли сплошь и рядом. Всё дело в том, что уровень развития технологий на момент строительства этого района, да и особенности здешнего грунта, не позволяли сделать купол достаточно высоким и избежать обрушения. Потому свод северо-восточного региона находился где-то на высоте двенадцатого или тринадцатого этажа. Картина, стоит сказать, весьма удручающая. В центре города и новых пристройках потолка не было видно из-за обилия искусственного света. Разноцветные неоновые огни перекрывали и раскрашивали стальное небо города, делая его более живым и настоящим. Если ссылаться на однотипность строений, то в старых малогабаритных развалинах располагалось всего-то восемь квартир на весь подъезд. Это значило, что вычислить нарушителей куда проще в сравнении с тем, если бы те поселились в многоэтажном доме. С полчаса или даже больше военный наблюдал за подъездом и окнами дома, что выходили на его сторону. Всё было тихо, не замечено ничего и никого подозрительного. Мужчина скинул с себя серую куртку с нашивками, так он вызовет куда меньше подозрений. В конце концов, военников потому и прозвали "серыми" из-за цвета их обмундирования. На территориях тёмного и безжизненного подземного города светло-серый цвет моментально кидался в глаза. А сейчас, в обтягивающей майке и серых штанах без опознавательных знаков, он больше походил на завсегдатая местного клуба. Вдобавок начёсанный белый ёж на голове как-никак кстати подходил к данному образу. Отто тенью прошмыгнул к подъезду и вошёл внутрь, осторожно приглядываясь к полумраку. Естественно, на главном входе и у квартир имелись замки, пропускающие только по отпечатку ладони. Посторонний человек не пройдет, но у лейтенанта было преимущество в силу своего положения. Выйдя по коммуникатору на связь с информационной службой штаба, он сообщил название региона, номер дома и попросил, чтобы его данные вбили в базу памяти замка через сеть. Ничего сложного для серых, в общем-то. В подъезде никого не было. Что ж, оставалось лишь догадываться, куда же скрылась парочка. Ничего не оставалось делать, как прослушивать каждую из дверей и надеяться, что хоть незначительные разговоры выведут его на единственную правильную цель. Вскоре квартиры первого этажа были "прослушаны". Ничто не вызывало подозрений. Поднявшись по лестнице, блондин практически сразу обратил внимание на одну из дверей. Уж слишком она выделялась среди прочих. Обивка совсем потрепалась и кое-где свисала тряпичными клочками, а ручка, казалось, держалась на одном лишь честном слове. Либо здесь обитает совсем конченый тип, либо просто кто-то перекантовывается на короткое время. Логика была проста. Квартирные взломы здесь не редкость, потому если человек хоть немного переживал за своё имущество, то мог бы разжиться нормальными окнами и дверью с прочным замком. Шагнув ближе, мужчина смог различить голоса. Один из них он узнал сразу: тот принадлежал рыжеволосому наглецу, что проник в архив. Отто уже и раньше слышал голос этого засранца. Филипп Нут когда-то попадался на мелких нарушениях ещё до того, как тесно связался с наркотиками. По сути, ничего особенного натворить парнишка на тот момент не успел. Разве что ремнём его по заднице стоило выпороть и отпустить. Некоторое время блондин пытался понять, о чем может идти речь, но слышимость была ужасной, а другие голоса не знакомы. Так или иначе, необходимо незамедлительно доложить начальству о результатах. Вернувшись к оставленному ранее мотоциклу, военный взял свою рацию, нажав на кнопку вызова: - Лейтенант Отто Гофман, - отчеканил он строгим голосом. - Удалось выследить бунтарей. Предположительно известно их место дислокации. Имеются сообщники, однако об их количестве судить сложно. Запрашиваю оперативную группу на зачистку территории. Высылаю координаты. Конец связи. Чётко и лаконично, ничего лишнего, как и полагается настоящему военному. Несмотря на достаточно молодой возраст, Отто делал заметные успехи и уверенно продвигался вверх по служебной лестнице. Начальство, что называется, гордилось, а вот коллеги наоборот раздражались такому рвению выслужиться перед старшими. Пару минут потребовалось для того, чтобы отослать координаты и инструкции с описанием обстановки. Оставалось лишь ждать подкрепления. А пока можно продолжить наблюдение за подъездом, чем лейтенант и занялся. Сложно сказать, сколько точно прошло времени. Во всяком случае, Гофману показалось, что слишком уж много. За этот период он заметил двух молодых людей, которые маячили возле подъезда. Один из них паренек, на вид около двадцати лет. Судя по выражению его лица, он был обозлен на всех окружающих и на этот мир в целом. Второй моложавый и приятный мужчина, по внешнему виду напоминавший жителя центра. Вели себя они весьма спокойно, смеялись над своими шутками и что-то пили из пластиковых бутылок. Может, просто жильцы из соседних квартир? Так или иначе, вскоре парочка скрылась внутри подъезда. Сколько же времени нужно этому чёртовому командованию, чтобы сформировать оперативную группу? Отто не терпелось совершить облаву на этих мелких пакостников и выяснить, наконец, что они затеяли. В этот же момент подоспела подмога. Лейтенант с нескрываемым раздражением вводил бойцов в курс дела, отдавая распоряжения. Опять молодняк набрали, чёрт их побери. Хотя, чего стоило ожидать? За кражу каких-то старых документов, которые хранятся больше не по необходимости, а черт знает зачем, нормальную группу никто не вышлет. А практикантам нужно тренироваться и при этом не покалечиться по собственной дурости. - Степень их вооружения остаётся неизвестной. Однако ещё раз повторяю, повстанцы нам нужны живыми. Уяснили? - в который раз предупредил лейтенант, поставив свой хазер в боевую готовность. - Так точно, сэр! - в один голос отозвались бойцы. Что ж, на этом можно было завершить теорию и переходить к практике. Жестами сообщив о начале операции, Гофман ринулся к подъезду. Несколько солдат остались снаружи у самого входа, ещё несколько рассредоточились по этажам. Остальные под руководством лейтенанта устремились к одной единственной цели. Ещё мгновение и дверь без труда была выбита слаженными действиями бойцов. Оно и не мудрено, с такими крепежами даже сенсорный замок не поможет. Отряд серых ворвался внутрь: - Руки вверх! Сопротивление бесполезно!***
Филипп проснулся посреди ночи от мерзкой и необоснованной головной боли. Это было крайне странно, ведь подобные мигрени его давно не посещали с тех пор, как он решил завязать с наркотиками. Парень присел на кровати, оглядывая комнату, погружённую в полумрак. Дороти спал на соседней кровати, как ни в чём не бывало, да и в квартире тишина. Фил поднялся с постели и вышел в общий зал. Так и есть, Виктор и Гилл до сих пор спят, причём Гилл явно одерживает победу, почти скинув соперника на пол. Тот лежал на самом краю, лишь чудом держась на диване. У девчонок, как обычно, закрыта дверь. В этот самый момент на улице послышалась какая-то возня. Неужели опять мелкая шпана решила напакостить местным жителям и разобрать чью-нибудь технику? Рыжий подошёл к окну, выглядывая наружу. Во мраке форменное обмундирование военных выделялось белым пятном, такое сложно не заметить. В одно мгновенье сердце парня камнем ухнуло вниз, но времени на размышления не было. Резко подорвавшись с места, он принялся трясти спящих: - Облава! Нас обнаружили, серые уже здесь! - он говорил громко, но в то же время старался не кричать, чтобы не навлечь лишнего внимания к квартире. Филипп заскочил в комнату к спящему хакеру и потрепал его по плечу: - Дор, скорее, скорее! Убедившись, что парни его услышали, он бросился в спальню девушек: - Подъём! Быстрее, девчонки! Плохи наши дела, – командовал Фил, поднимая всех на уши, ведь где-то ещё теплилась надежда, что им удастся выбраться из предстоящей заварушки. - Да скорей же одевайтесь! Нужно успеть слинять! Сперва девушки даже до конца не поняли, что же происходит. Они вскочили на ноги, поддаваясь общей суматохе, и начали торопливо собирать вещи. Не впервой, конечно, ожидать облавы, но пытаться улизнуть из небольшой квартирки в последние несколько секунд никогда не приходилось. Первостепенной задачей было собрать все документы, взять ключ от мотоцикла и... А куда дальше? Только в окно со второго этажа. Не через парадный же вход. - Быстрее же! - Филипп заметно нервничал, то и дело поторапливая девчонок. Сам паренёк тем временем сунул все бумаги в сумку, теперь сбрасывая ту вниз со второго этажа. Бони оказалась гораздо проворнее подруги. Она свесилась с подоконника, держась одними только руками, а ногами упираясь в стену. Затем брюнетка проворно сиганула вниз. От травм и переломов её спасло лишь то, что второй этаж находился не слишком высоко относительно асфальта. Эби же немного замешкалась, неуверенно перекинув ноги наружу. Всё-таки даже такая высота пугала её. Решимости девушке придал грохот вылетевшей входной двери, прозвучавший в другом конце квартиры. Стоит только надеяться на то, что парней возьмут живыми для выуживания из них информации о возможных сообщниках. Не факт, конечно, но всё же. Не настолько их компания опасна, чтобы стрелять сразу же на поражение. К тому же, что сможет сделать компания из шести человек против военных со специальной профессиональной подготовкой? - Ловлю, давай! - прикрикнула Бони и ловко подхватила на руки рухнувшую вниз подругу, тем самым смягчив её падение. Филипп всё ещё оставался в комнате. Он понимал, что не успеет скрыться, а вот помочь девчонкам ещё можно. Серые всё равно не знают точно, сколько человек находится в квартире. Главное - немного их отвлечь. Не придумав ничего лучше, рыжий повалил шкаф, подперев им дверь. Ещё немного времени потребовалось для того, чтобы запереть окно. Пусть солдаты лучше думают, что пацан просто струсил. Эбили мчалась со всех ног, но, несмотря на это, немного отставала от подруги, то и дело спотыкаясь. Только бы успеть добежать до мотоцикла. Хорошо, что окна квартиры выходят на разные стороны дома. Это не позволит выиграть достаточно времени для побега, но сейчас каждая лишняя секунда на счету. При обыске наверняка заметят отсутствие транспорта. Раз уж за Филом была слежка, то мотоцикл в любом случае объявят в розыск. - Эби, давай же! - вскочив на железного коня, Бони усадила блондинку позади себя, теперь заводя агрегат и выжимая газ. - Сейчас перекантуемся где-нибудь несколько часов. Соберём нужные вещи, а ты как раз прикинешь маршрут. Нас могут вычислить по мотоциклу, - торопливо поясняла черноволосая, петляя по стареньким дворам в сторону шоссе. - Чёрт, чёрт, чёрт, - выругалась светловолосая, раз за разом оглядываясь назад. Она сильнее прижималась к спине подруги, изо всех сил пытаясь сдержать слёзы обиды, и вместе с тем стараясь перекричать рев мотора. - Как же так вышло? Фил старался запутать следы, за нами не было слежки! Наконец, подруги добрались до выезда на трассу. Поток машин здесь был достаточно большой, что позволяло затеряться в нём хотя бы на некоторое время. Не стоило надеяться, что их не найдут. По всему центру и тут, и там установлены видеокамеры. Да, серые не видели девчонок в квартире, но не стоит забывать, что Эбили ранили. Они точно вспомнят, что с Филиппом была блондинка. Пока что позади никого не наблюдалось, но нельзя расслабляться. - Поздно теперь оправдываться! Да и на черта это мне?! Ничего, придумаем что-нибудь. Убираемся отсюда скорее. Во всяком случае, теперь девушки могли спокойно доехать до соседнего купола, после свернуть на развилке, а там дворами напрямик в небольшой отельчик. Клоповник, конечно, тот ещё, но зато здесь нет камер. Это может немного задержать серых. Сейчас Эбили, в отличие от своей спутницы, не могла мыслить холодно и рационально. Уж слишком она разволновалась и разнервничалась от такой внезапной стычки. Юная революционерка изо всех сил старалась контролировать себя, но подрагивающий голос выдавал блондинку с потрохами. Благо служащий отеля, что сидел за стойкой, был весьма сухеньким на вид старичком, вдобавок плохо слышащим. Девушке приходилось дважды повторять, чего она хочет, порой прибегая к помощи брюнетки, у которой был воистину командный голос. Они сняли небольшую комнатушку, самую дешёвую из тех, что предлагалась им, без лишних изысков и необходимых удобств. Однако это совсем не волновало беглянок. Уже будучи в комнате, закрывшись изнутри на ветхий замок, девушки смогли вздохнуть с долей облегчения, но напряжение по-прежнему витало в воздухе. - Твою мать, - зло бормотала Эбили, как заведённая она шагала из угла в угол не в силах успокоиться. - Как там ребята? Что с ними стало? Живы ли они... Чёрт! Зря мы их бросили, надо было помочь им. - Только не нужно сходить сума. Чем бы ты помогла? Вот-вот, ничем, - только и отозвалась Бони, устало развалившись на кровати. Наконец, можно хоть немного расслабиться после всего произошедшего. Ноги неприятно гудели из-за весьма смелого прыжка из окна квартиры. Возможно, девушка всё же получила ушиб или растяжение. - Тебе нужно разобраться с картой. Сейчас это важнее всего остального. У нас совсем мало времени. - Да, да, да... Ты права. – Блондинка глубоко вздохнула и сделала последний круг по комнате. Присев на кровати, она дрожащими от переживаний руками вытащила из сумки документы, которые впопыхах сложил для них Филипп. Фил и ребята, как они там? Эби кусала губы, перебирая всевозможные варианты того, что с ними на данный момент могло происходить. Ведь далеко не чужие люди, а товарищи. Вполне понятно, почему Бони не переживала, она знакома со всеми относительно недавно. Эбили, напротив, многих знала не один месяц, и даже год. С Филом и Дороти она училась в параллельных классах старшей школы, а с братьями познакомилась чуть позже. Вновь судорожно втянув ноздрями воздух, блондинка расстелила на кровати карту, вглядываясь в условные обозначения маршрутов.***
У Филиппа больше не оставалось выхода, кроме как попытаться завалить дверной проход, выигрывая для девушек немного лишнего времени. Даже несмотря на то, что их так и не заметили во время облавы, Эби получила ранение и здорово засветилась во время вылазки в архив. Рано или поздно группа захвата получит недостающую информацию об участвовавшей в операции девушке, и вот тогда уже могут начаться серьезные поиски. Сперва, казавшиеся далёкими, звуки выстрелов и какой-то возни стали более отчетливыми. За дверью послышался шум и грохот, затем последовал сильный удар. Вышибают дверь. Несколько сильных толчков понадобилось для того, чтобы дверь запросто слетела с петель. Шкаф из тонкой фанеры отлетел в сторону, едва не зацепив Филиппа. Дальше рыжий плохо понимал, что происходит. Некая доля испуга на пару со слаженными и отточенными действиями военных сводили на нет всё сопротивление паренька. Фил только успел осознать то, что его повалили на пол и больно скрутили руки. Чьи-то большие мужские ладони беспардонно прошлись по щуплому юношескому телу в поисках спрятанного под одеждой оружия. У бедняги мурашки по коже пробежались, а чувство страха смешалось с совершенно неуместной неловкостью. - Хватит! Хватит меня трогать своими грязными лапами! – Начал вырываться парнишка. Он дергался, всеми силами стараясь высвободиться из захвата, но этими действиями лишь причинял себе ещё больше боли. - Пусти! Кому говорю! Больно же, твою мать! Нет у меня ничего! Я безоружен, как невинный младенец. Рыжеволосый нахал расплылся в наглой улыбке даже в такой безвыходной ситуации, показывая свой норов. Военный, что осматривал пленного, одним резким рывком поднял Фила на ноги, отчего у последнего словно открылось второе дыхание. Демонстративно дунув на растрепанную пушистую челку, он скрестил на груди руки: - Прекратите смотреть на меня так, словно это я виноват в том, что вам не дали поспать с утра пораньше. О, а твоя рожа кажется мне знакомой! Мы с тобой нигде не пересекались? - рыжий ткнул пальцем в сторону одного из военных. Однако говоруна снова скрутили, вынуждая его зло шипеть и ругаться от негодования. Не хилым пинком сзади, парня поволокли вдоль небольшого коридорчика, что отделял спальню от остальных комнат. Настораживало то, что не было слышно голосов других ребят. В какой-то момент Филу стало немного страшно. А что, если их уже успешно порешили за сопротивление? Только сейчас Филипп смог увидеть, что дверь в гостиную была распахнута настежь. Красная жижа растекалась по гладкому напольному покрытию, отчего босые ноги парня заскользили, и он чуть было не рухнул на пол. Сильная мужская рука мёртвой хваткой держала пленного за плечо, не позволяя упасть, вместе с тем оставляя на бледной коже синяки. - Что...? Какого черта?! Гилл! Гилл!!! Тело верного соратника и товарища распласталось на полу, а добрая часть черепа теперь напоминала кровавое месиво. Фил не знал, что это было за оружие, но после такого у парня ни единого шанса на выживание. Виктор валялся неподалёку в углу комнаты, обеими руками схватившись за раненую ногу, которая сильно кровоточила. Он шипел, изредка ругался и бормотал что-то невнятное. - Ублюдки! Гилл... Какого черта вы натворили?! Дороти! Куда вы дели Дороти, мать вашу?! Рыжий в один момент ощетинился и попытался выскользнуть из хватки военного. И хотя разница в росте и весовой категории была заметна невооруженным глазом, Филиппа это совсем не останавливало. Наоборот, тот лишь сильнее начал брыкаться и осыпать серых грязными ругательствами. В какой-то момент парню удалось вырваться из крепкого захвата и замахнуться, чтобы нанести удар противнику, как вдруг острая боль пронзила затылок, отдаваясь мерзкой пульсацией во всей голове. Что-то теплое потекло по шее, пачкая и без того грязную футболку. "Сукины дети", – промелькнуло в голове Филиппа перед тем, как тот потерял сознание.***
- Ублюдок! Хочешь, чтобы твоя тупая черепушка превратилась в кровавую кашу, как у твоего шизанутого дружка!? Я смотрю, у вас всех очень плохо с мозгами, раз не понимаете, с кем имеете дело! Очередной удар военных ботинок пришелся аккурат под ребра Виктора. Послышался характерный хруст костей, отчего парень взвыл от нестерпимой боли. В конце концов, почему он должен покрывать этих сучек ценой собственной жизни? - Хорошо! - из последних сил рявкнул пленный, который лежал на полу в скрюченной позе. - Я расскажу, я всё расскажу! Только не убивайте меня! Кажется, именно этого и дожидался военный. Немного смягчившись, он сменил гнев на милость. Эта помойная крыса заговорила, чего пока так и не сделали два других его товарища. - Хороший мальчик, Виктор. Нужно было с этого начинать. – Тёплая ладонь коснулась головы заключенного, нежно потрепав разметавшиеся по грязному полу длинные иссиня-черные волосы. - Так что за проворные мышки улизнули от нас? Зажмурившись, Вик даже нервно дернулся, ожидая очередного удара. Однако его не последовало. Боязливо разлепив глаза и коротко глянув на своего мучителя, парень начал торопливо соображать в попытках вспомнить все детали. Больше всего он боялся снова испытать эту боль. - Шестеро, нас всего было шестеро: четверо ребят и две девки. Девчонки смылись через окно, наверное. Не знаю, как ещё могли. У них бумаги. Там должны быть материалы про исследования поверхности. В общем, всё про выход наружу. Где он находится, точно не знаю. Я был под градусом и не особо интересовался... - внезапно прервавшись, Виктор закашлялся. - Но... Но те двое должны знать. Филипп... Тот рыжий с хвостиками. Он видел бумаги. Наверняка знает о них гораздо больше. Может, и карту вспомнит. Брюнет вдруг затих так же неожиданно, как и начал свой рассказ. Тяжело и прерывисто дыша, он вновь закашлялся. - Пока двое проникли в архив, что делали остальные? Ты всё нам говоришь или что-то утаиваешь? - раздался ещё один голос в полумраке комнаты. Немного поодаль стоял тот самый лейтенант, который командовал недавней операцией. Облокотившись спиной о стену и скрестив на груди руки, он внимательно наблюдал за процессом допроса. - Уж слишком легко и быстро ты сдал своих товарищей. – Неверие в эти слова было вполне обоснованным. - Микки, помоги ему. Довольно крупный и высокий боец понял старшего по званию с полуслова. Одним рывком он поднял с пола корчившегося пленника, вновь усаживая того на стул. - Остальные? - теперь переспросил Виктор, облизывая пересохшие и потрескавшиеся губы. - Мы просто ждали. Документы были у Эбили. Она должна была проложить маршрут, чтобы утром отправиться в путь. Виктор окинул взглядом темное помещение, переключив свое внимание непосредственно на того, кто с ним разговаривал. - Ты только не подумай, что я такая уж свинья. Предал своих. Нас с ребятами вы всё равно поймали уже. У Эби есть карты, наверняка смылась, пока мы тут говорим. А вот задницу этой суки... Бони... Я прикрывать не буду. Конфликты внутри группы, конечно, делу мало помогут, но всё же Отто был заинтересован в том, чтобы выудить из этого недомерка как можно больше информации. - Кто же такая эта Бони и с чего вдруг такая ненависть к товарищу по оружию? - с усмешкой спросил блондин, внимательно оглядывая пленника. Само собой, военный считал его не только свиньей, он был омерзительным. Всё-таки Гофман был человеком стальной закалки и был убеждён, что не делает бойцу чести предательство своих товарищей. Пусть большинство пойманы, пусть остальная часть могла успешно скрыться, но даже под угрозой смерти нужно оставаться верным своему делу. На Филиппа и Дороти так же оказывали силовое давление, но ни один из них ни слова не вымолвил о девушках. Подобная молчаливость не была на руку военным, но лично у лейтенанта эта парочка вызывала негласное уважение. Сейчас Виктор уже не видел смысла что-либо утаивать или скрывать, отчего его болтовня постепенно переросла в возмущение и негодование. Всё больше подобное походило на личные счеты. - Да сука она! Эби притащила её с улицы и ни слова о том, кто она такая. А та, блин, ещё и раскомандовалась сразу. И слова ей не скажи! Выправка у этой Бони военная. Я-то вижу, не такой идиот, чтоб не видеть! Так и ухлёстывает за Эбили. Чертова лесбиянка... Военная выправка значит? Что ж, эта информация была весьма любопытной, стоило бы проверить её в архивах. Интересно, не было ли за последнее время девушек-дезертиров, которых так и не сумели обнаружить. - Не дала, вот ты и бесишься, - голос Микки был уж слишком громкой насмешкой в мимолетной тишине комнатушки. Отто с трудом подавил смешок - не положено всё-таки. - Что ж, спасибо, Виктор, за сотрудничество. Возможно, у нас ещё появятся к тебе вопросы. Надеюсь, в следующий раз обойдется без глупостей, - проговорил лейтенант, потирая уставшие глаза. - Микки, отведи его в лазарет и доставь сюда Филиппа Нута. Как только Виктора увели, в помещении снова воцарилась тишина. К сожалению, ненадолго. Крики и мат Фила были слышны ещё издали. Сейчас всё это вовсе не казалось такой уж бравадой. Скорее глупостью. Не стоит лишний раз выводить Микки из себя. - Пусти меня, тупоголовый ублюдок! Я сам смогу дойти! Тот самый здоровенный амбал тащил подозреваемого, совершенно не обращая внимания на все попытки последнего упираться и вырываться. Если взглянуть на этих двоих, то можно сравнить их со Слоном и Моськой из одноимённой басни. Самого Филиппа это совершенно не смущало, и он ни на секунду не переставал брыкаться. До того момента, пока боец силком не усадил его на стул и резким движением не впечатал смазливое личико в поверхность стола. Рыжий жалобно заскулил и упёрся ладонями в столешницу в попытках хоть как-то подняться. - Заткнись и не рыпайся! - рявкнул Микки, лишь сильнее сжимая голову Фила. Стоит сказать, что этот солдат всегда подавал большие надежды, и старшие сулили ему отличный карьерный рост. Здоровенная гора мускул никак не вязалась со столь наимилейшим именем, данным ему от рождения, но с этим проблем не было. Мало кто отважился подшучивать над парнем на этот счёт, а те, у кого хватило духу, давно отлёживались в военном лазарете. Несмотря на небольшой рост и совсем щуплое телосложение, норова в Филе было более чем достаточно. И Микки это, кажется, начинало выводить из себя. Амбал заметно хмурился и скалился, косясь на забияку. Разница в весовой категории была колоссальной, да и Отто не хотел, чтобы его подопечный сорвался и одним неловким ударом прибил развопившегося наркомана. Именно поэтому решил заняться этим типом самостоятельно. - Да, спасибо Микки. Просто оставь его тут, я подменю тебя. Думаю, с ним и сам справлюсь. Проводив взглядом удаляющегося солдата, Гофман дождался, пока тот окажется за порогом комнаты и закроет дверь. Для начала нужно было убедиться, что Виктор не соврал. - Ну что ж, Филипп. Попробуем вернуться к нашему разговору о документах? И куда же вы так отчаянно планировали бежать? Неужели ты так и не вспомнил? У твоего товарища память оказалась гораздо лучше, чем у тебя, - тонко намекнул мужчина на то, что Вик уже что-то успел рассказать. - А ты так и не обзавёлся мозгами, тупой серый? - передразнил парень, потирая ладонью покрасневшую от удара скулу. - Я вам уже сотню раз сказал, что ничего не знаю. Моё дело маленькое, забраться в архив и выкрасть бумаги. Что в них - я не интересовался. В нашем мире как можешь, так и зарабатываешь. Жрать-то хочется. Так что война войной, а обед по расписанию. Рыжий явно давал понять, что свои показания не поменяет. Он нашёл наиболее удобную позицию не только для себя, но и для своих товарищей. Хотя, слова о том, что один из них раскололся, заставляли Филиппа просто закипать от злости. Дороти не мог их предать, а вот Вик... Мог ли он? Да запросто! - Вы эту свинью Виктора слушайте больше. Повелись как маленькие на все его слова. Да он такой трус, что расскажет вам всё, что угодно, лишь бы спасти свою задницу! Слова рыжеволосого лейтенанту не нравились. Сейчас Отто надеялся, что на этого засранца удастся хоть немного надавить. Да и того, второго, допрашивать точно таким же образом, очевидно, будет бесполезно. Если этот хотя бы огрызается, то Дороти так просто молчит как рыба. - Что ж, если ты не беспокоишься за свое здоровье, то, может быть, хотя бы пожалеешь своего друга, - бросил блондин напоследок, на некоторое время покидая помещение. Не было его где-то минут десять или пятнадцать, не больше. Фил даже начал понемногу нервничать, предполагая, что может произойти теперь, и вместе с этим опасаясь своих догадок. Дверь в комнату распахнулась, но сейчас Отто был уже не один. Следом за ним в тёмное помещение вошёл Микки, что-то волоча следом за собой. Филипп сперва не понял, в чем подвох, а когда разглядел получше, не смог выдавить из себя ничего, кроме гневной тирады, вперемешку с отборным матом. - Спокойно, без глупостей, - отозвался лейтенант довольно меланхолично, запирая дверь и подходя ближе к Филиппу. Сделав довольно странный жест, блондин ободряюще похлопал своего пленника по плечу, обращаясь к своему подчиненному. - Микки, поставь стул так, чтобы нашему другу было всё очень хорошо видно. – Кивнул светловолосый на Фила. - И кстати, можешь быть свободен. Глыба, которую все так ласково величали Микки, молча кивнула, оставив свой груз посреди комнаты прямо напротив Филиппа. Привязанное к стулу тело Дороти обмякло, безвольно свесив голову, отчего густые чёрные волосы практически полностью закрывали глаза пленника. Видимо, ему не хило досталось. Фил внимательно глядел на товарища перед собой, безуспешно пытаясь понять, дышит ли тот и жив ли вообще. Однако в полумраке комнаты ничего не мог разглядеть. По спине пробежал неприятный холодок, а в голове всплывали картинки с убитым Гиллом. - Эй, Дороти! Дороти! - взвился он, пытаясь хоть как-то дозваться до своего друга. - Сука! Что ты с ним сделал? Зелёные глаза, полные гнева и злости, уставились на Отто. Если бы таким образом можно было убивать, то серый был бы давно мёртв. Филипп замер в ожидании ответа. Если хакер отправился на тот свет, то был ли смысл рассказывать правду? - Не смотри на меня таким взглядом, полным ненависти. Он живой. Просто мне пришлось его немного оглушить. Ничего, скоро он придёт в себя. И будь уверен, что это самая малая часть того, что может с ним случиться по твоей вине. В своей речи блондин намеренно выделял то, что виноват именно Филипп. Ведь если бы он не упрямился, то Дороти был бы в полном порядке. А сейчас, когда организации срочно нужна информация о замыслах кучки недоделанных революционеров, другого более действенного способа придумать лейтенант не мог. Разве что переходить к пыткам времён инквизиции, не иначе. - Ну что? Попробуем разбудить твоего друга? Отто приблизился к хакеру, обойдя того со спины. Он положил ладонь на его голову, бесцеремонно сжимая в кулаке пряди густых волос. Потянув безвольное тело на себя, серый резким рывком приложил голову несчастного об стол. Тот коротко взвыл и даже немного пришёл в себя от новой волны боли. Но лейтенант на этом не остановился. Удар, ещё один, после которого послышался тихий хруст. Кажется, это была переносица Дороти. Фил сжал зубы. Было видно, как его подбородок мелко затрясся от напряжения. Смотреть на то, как его товарища избивают, он не мог. Грызло чувство вины, поскольку хакер был самым спокойным и безобидным из их команды. - Хватит! Остановись! - не выдержал Филипп, вскочив со своего места и опрокинув стул. - Не трогай его, сукин сын! Дороти тут совершенно ни при чём! Он просто взломал ваши чёртовы камеры! Рыжий тяжело и нервно дышал, сильно раздувая ноздри и громко втягивая воздух. В конце концов, ему, бывшему наркоману, уже терять нечего, а вот Дороти совсем другое дело. Если бы не спортивный азарт, он бы не вступил в их группировку. Да что уж там говорить, с его-то знаниями и способностями, он мог бы устроиться в этой жизни весьма неплохо. Филипп это понимал, поэтому не мог оставаться в стороне. - Хорошенько подумай, прежде чем снова делать такие необдуманные поступки. Посмотри, твой друг рассчитывает на тебя. Ты ведь понимаешь, что если с ним что-нибудь случится, то виноват будешь ты. А если ты поможешь найти девушек, то мы привезём их сюда, к вам. И все будут, во всяком случае, живы и здоровы. Разве не здорово, Филипп? Будешь продолжать упрямиться, и среди твоих друзей станет на одного покойника больше. Разумеется, Гофман не намеревался никого убивать. Более того, он совсем не бил Дороти по рукам. Казалось бы, что в этом такого? Однако военные уже успели выяснить, что тот хакер. Причем хакер довольно неплохой. Может быть, его деятельность понадобится организации, а работает любой программист преимущественно руками. К тому же, отшибать ему последние мозги тоже никто не собирался. Фил, конечно же, едва ли сумел заметить такой тонкий расчёт в ударах, которые наносили его другу. - И без тебя знаю, - огрызнулся он, глубоко вздыхая. Никого предавать не хотелось, но и смерти одного из них уже хватит. - Хорошо, я согласен рассказать то, что знаю. И у меня есть условие! Вы сейчас же окажете ему помощь, а также я хочу быть уверен, что Дороти больше и пальцем не тронут! Рыжеволосый был сейчас не в том положении, чтобы ставить военным условия, но это было сделано скорее для очищения своей собственной совести. Пусть Фил и Дороти часто доставали, подшучивали и издевались друг над другом вплоть до скрытой ненависти, но ведь они были знакомы ещё со времён школьной скамьи. - Хорошо, - коротко бросил Отто, добавляя, - думаю, что мы сможем договориться. Филипп согласился идти хоть на какие-то уступки. Теперь лейтенант был более уверен в том, что наркомана удастся расколоть, а беднягу хакера можно увезти и немного подлечить. Вряд ли он теперь понадобится на допросе. Открыв дверь комнаты, Гофман выглянул в довольно широкий коридор и подозвал кого-то из своих жестом. Лампы, висевшие снаружи, слепили глаза, отчего Фил то и дело жмурился в попытках что-либо рассмотреть. И вот, к лейтенанту резво подбежали двое молодых ребят в светло-серой форме. - Берт, доставь этого в лазарет, - кивнул мужчина в сторону бессознательного тела. Через каких-то несколько мгновений безвольную тушку Дороти отвязали от стула, подхватили на руки и унесли прочь в свет ярких коллагеновых ламп. - Как видишь, Фил, свое обещание я выполнил. Теперь я надеюсь, что и ты сдержишь свое слово? - тяжелая металлическая дверь захлопнулась, вновь оставляя пленного наедине с военным. - Для тебя Филипп, - как всегда огрызнулся рыжеволосый, чуть осмелев, но стараясь сильно не хамить. - Мы с тобой вместе не тусили, чтобы ты мог меня так называть. Кое-как подняв скованными руками стул, Фил присел на него. Запястья были заточены в наручники, что явно стесняло движения пленника. Парень сейчас тёр глаза, предательски заслезившиеся от яркого света. Лишь один интересный факт не давал Филиппу покоя, червём сомнения засев в его голове. Отчего-то казалось, словно этот серый был раньше знаком Филу, но такого не могло быть. Наркоман не жаловал военных, так что не мог общаться с ними. Может, они виделись когда-то? - Хорошо, Филипп. Раз уж это так важно для тебя. Пререкаться Гофман не стал, не стоило это того. Он поднял освободившийся стул, на котором совсем недавно сидел Дороти, поставил его рядом с Филиппом, а затем сел. Дальнейшие действия лейтенанта заставили парня внутреннее напрячься. Немного нагнувшись вперед, тот обеими руками крепко ухватился за сидение стула по обе стороны от Фила и, словно ему не понадобилось никаких усилий, развернул стул на девяносто градусов. Теперь их лица находились напротив друг друга. По рыжему прокатилась волна мурашек, Отто совершенно наглым способом вторгся в его личное пространство. - Я слушаю тебя очень внимательно, - лейтенант пристально смотрел на оппонента, не сводя с него глаз. От такого действия со стороны военного Фил стушевался. Долго сидеть под таким взглядом он не мог, поэтому практически сразу откинулся на спинку стула, чтобы хоть как-то увеличить расстояние между собой и оппонентом. - Что именно тебя интересует? - буркнул рыжеволосый, опустив взгляд и уставившись на свои руки, закованные в наручники. - Как я уже говорил, моей задачей было лишь помочь в краже документов. И с ней я справился хорошо, как считаешь? - парнишка поднял голову, просияв от собственной победы, но строгий и холодный взгляд Отто вновь вернул гордеца с небес на землю. - Наша группа планировала выйти наружу. В архивных бумагах мы нашли подтверждение того, что поверхность через столько лет уже будет пригодна для жизни. Вот и всё. - Да, Филипп, это всё уже более или менее понятно, - тем временем подхватил Отто, продолжив свой допрос и уже поясняя более конкретно, что именно ему необходимо узнать. - Насколько я понимаю, девушки хотят продолжить начатое, верно? И они будут искать выход. Вот только мне не совсем ясно, где именно он находится? Ты сам знаешь, в Аркаиме имеется несколько потенциальных выходов. Конечно, ни один из них сейчас не используется, но всё же… - С чего ты взял, что девушек несколько? - сперва спросил Фил, однако потом опомнился. - Ах да, Вик всё растрепал. Набить бы ему морду хорошенько, - зло фыркнул он, между тем судорожно думая, как ему лучше поступить. - Когда мы просматривали карту города, у нас было несколько идей. Мы должны были проверить эти выходы, а потом решить, какой использовать, но вы очень не вовремя помешали. Поэтому я не знаю, в какой именно они направились. Да, эта ложь была весьма правдоподобной. Потом Фил намеренно назовёт им несколько неверных объектов, и пусть ищут сами. К тому времени, если всё дальше пошло по плану, Эбили и Бони должны будут покинуть пределы города. Хотя бы девчонки исполнят свою мечту, ну а Филипп как-нибудь выкарабкается из этой передряги. Не впервой, в конце концов. - Не переживай за Виктора, морду ему и так не плохо набили. Отто не смог сдержать едва заметной улыбки. Всё же Виктор ему самому пришёлся не по душе. Было в нём что-то отталкивающее, в этой манере ставить личные счеты и интересы превыше всего. Ведь именно так он и поступил, в одночасье предав своих товарищей. - Что ж, раз уж на то пошло, придётся проверить все варианты из тех, что вы обсуждали. Ты не переживай, солдат у нас более чем достаточно, чтобы приставить по небольшому отряду к каждому выходу. Найдём твоих подружек, - отозвался лейтенант со скрытой долей издёвки. - Проверяйте, мне-то что из этого? Я уже всё рассказал из того, что знал. Дальше уж увольте, как-нибудь без меня справитесь, - хмыкнул Филипп, где-то в глубине души радуясь тому, что предатель получил по заслугам. Рыжий всегда мечтал ему врезать пару раз, но тот был слишком высок относительно роста самого паренька. - Наконец-то справедливость восторжествовала. Лучше бы его убили, а не Гилла. Он был отличным парнем, не то что эта выскочка. Я никогда не сомневался, он нас сдаст рано или поздно. - Если бы вы не отстреливались, то никто бы не погиб. Изначально приказа стрелять не было, а из-за вашего Гилла серьезное ранение получил один из моих друзей. Говоря всё это, Отто надеялся, что рыжеволосый хоть немного задумается и, может быть, в следующий раз более охотно пойдёт на сотрудничество. На данный момент лейтенант услышал всё, что хотел. Естественно, без некоторых подробностей, но пока достаточно и этого. Поднявшись на ноги, блондин небрежно отпихнул стул ногой в сторону, проходя через помещение и отпирая тяжелую дверь. В глаза Фила снова ударил яркий свет, а где-то на фоне послышались посторонние голоса. - Уведите его.
