Альбом с фотографиями

Пыльная старая тропинка уводит все дальше за край золотисто-алого горизонта, змеясь сквозь малахитовое травяное поле желтой лентой. Теплый ветер шелестит изумрудными резными листьями, а рыжее солнце лучится мягким нежным светом, дарящим лету свою особенную нотку неповторимости. Саске счастливо улыбается, обхватив старшего брата за плечи и устремив взгляд вперед. Итачи не спеша крутит педали велосипеда, аккуратно объезжая попадающиеся на пути камешки и кочки, боясь, чтобы непоседливый отото не упал. - Нии-сан, давай поедем за солнцем? - неожиданно предложил Саске, указывая в сторону заходящего солнца. Итачи усмехнулся, посмотрев в ту же сторону, что и братишка. - Боюсь, что не получится, Саске, - ответил старший Учиха, чуть сбавив скорость. - Оно слишком далеко от нас. - Разве? - нахмурился Саске, все так же не сводя взгляда с рыжевато-алого диска, уже наполовину скрывшегося за линией горизонта. - Да, - едва заметно улыбаясь детской наивности своего отото, произносит Итачи. - На самом деле солнце находится в тысячах километров от нас. Саске замолкает и тяжело вздыхает, крепче обнимая брата за шею. В больших антрацитовых глазах теперь легко можно было прочесть грусть. Итачи уловил эту резкую перемену в настроении братишки и успокаивающе произнес: - Не переживай, отото. Мы не можем догнать солнце, но я могу сделать так, что оно само придет в наш дом. - Правда? - недоверчиво поинтересовался Саске. - Правда, - едва заметно кивнул головой Итачи. А на следующий день младшего Учиху разбудил мелодичный перезвон прикрепленных к оконной раме маленьких хрустальных солнышек, через которые пробивался теплый свет летнего утра, заливавший комнату яркими лучами всех цветов радуги. Пройдет несколько долгих лет, прежде чем Саске вновь переступит порог своей комнаты. И первым, за что зацепится его взгляд, будет одинокое солнышко, чудом уцелевшее в полуразрушенном поместье. Переливаясь тусклым серебром в свете полной луны, оно вновь напомнит последнему Учихе о счастливом детстве, наполненном мелодичным перезвоном хрусталя и тихим смехом любимого старшего брата.