Chains

Мы с Эллой вышли из сауны и направились в мою комнату. Тело знобило, то ли от резкого холода, то ли от голода. Дом был просто огромным, там можно было легко и просто заблудиться. - Я сейчас оставлю тебя ненадолго, а через пять минут приду, хорошо? - Сказала мне назидательно Элла, пока мы шли по коридору. Я слабо кивнула, шаркающим шагом продолжая путь. Вдруг, я сама не заметила, как на меня налетела блондинка. Она выглядела взросло и серьезно. Глаза ее отражали глубокую осведомленность в происходящем. - Ты дура? - возмущенно вспыхнула она. - Смотреть надо, куда идешь! - Успокойся, Вики! - заступилась за меня Элла. - Во-первых, ты сама виновата. А во-вторых, не кричи на новенькую. - О, так это та, с малокровием. Очень приятно, я Виктория. Для тебя Вики. - Джессика, - тихо отозвалась я. - Джесс. Она удовлетворенно кивнула. - Эрнесто совсем уже охренел, да? - тихонько начала Элла. - Это слабо сказано, Эл, - прошептала Вики. - Голову бы ему оторвать за совращение семнадцатилетних девчонок. Вдруг, позади, тихо кашлянул охранник. Девушки замолкли, Вики обошла нас и пошла вперед по коридору. Мы же отправились в мою комнату. - Ну как она тебе? – спросила Элла, когда мы уже зашли внутрь комнаты. - Хорошая. - Это та самая, кто живет тут уже шесть лет. Я округлила глаза, а девушка улыбнулась, пожала плечами и выбежала, захлопнув дверь. Плюхнувшись на кровать лицом вниз, я начала слегка бить кулаками в кровать и всхлипывать. О Боже, как я хочу домой, к маме и к спокойной жизни. Райан - тварь, будь ты проклят, ты смыл мою жизнь в унитаз. Кристофер. Боже, как я скучаю по нему и по его объятиям. Черт возьми, почему он не ищет меня? Ах да, какая же я идиотка! Возомнила себе о том, что что-то значу для него. Наивная дура. Если бы я была нужна ему, он бы уже нашел меня. У меня началась истерика, я рвала на себе волосы и била ногами в кровать, ощущая тупую нестерпимую боль и представляя фиолетовые синяки, которые утром будут покрывать мои ноги. Дверь со скрипом открылась, и сзади послышался знакомый кашель, принадлежащий Элле.

***

- Не бойся, малышка, все будет замечательно, тебе понравится, - сладко хрипел голос в кромешной темноте. Я пятилась назад столько, сколько позволяло пространство комнаты, упав на кровать, которая неприятно врезалась в ноги. Я отползала по мягкому покрывалу как можно дальше, и даже упершись в изголовье и продолжая лягаться. На меня надвигалась крупная черная мужская фигура, медленно сбрасывающая с себя одежду, тяжело дышащая и тянущая ко мне свои шелудивые руки. Услышав, как на пол с грохотом полетел ремень от брюк, я затаила дыхание. В лунном свете я увидела, как на пол полетели и брюки, а за ними и боксеры. Все внутри меня замерло. Он похотливо усмехнулся и залез на кровать, медленно приближаясь. - Пожалуйста, синьор, - шепотом лепетала я, всхлипывая. - Пожалуйста, не надо, умоляю! - Пожалуйста? - повторил он, уже поглаживая своими шершавыми руками мои ноги. - Умоляешь? Ха-ха-ха. Моя челюсть задрожала, всхлипывания участились. - Синьор, вы же хороший человек, оставьте меня. - Хороший? Оставить? Я мог бы оставить тебя на потом. - Он схватил меня за ноги и, потянув к себе, перекинул ногу и оказался сверху. Он наклонился и схватил мой подбородок. - Но ты слишком аппетитная, что бы оставлять тебя. Ты прекрасна, Джессика, ты настолько невинна, что я даже злюсь на то, что медлю. Он задрал подол моего платья и легким движением порвал трусики. Мне стало жутко противно, я плотно сцепила свои ноги, брыкалась и сглатывала, то и дело всхлипывая. Он пытался силой держать меня за талию, потом так же раздвинуть ноги, но я брыкалась и не давалась. В этот момент он отвесил мне тяжелый удар по лицу, отчего я обмякла, но внутри сохранилось напряжение и страх. - Будь умницей, - возбужденно прохрипел он, приподнявшись и раздвинув мои ноги. Он угрожающе навис надо мной. Я крепко закрыла глаза, закусила губу и сглотнула. Этого я избежать не смогу, как бы ни хотела. Резкий толчок и дикая, дикая боль. Из моих глаз сами собой потекли горячие слезы, я до крови закусила нижнюю губу. Он продолжал двигаться во мне, причиняя нестерпимую боль, от которой я прогибалась в спине и в голос выла. Он таранил меня изнутри. Все смешалось, и боль, и отвращение. Мои разум помутился, и я будто провалилась в глубокую бездну этой нестерпимой боли.