Wake me up

Дурацкая вечеринка. Зачем я вообще пришел сюда? Доказать себе, что я умею пить? Глупая, глупая идея… Алкоголь растекался по моим венам, заставляя мои ноги подкашиваться. Что Найл туда подмешал? На своей машине я вряд ли смогу вернуться домой. Нужно вызвать такси, чтобы остаться в живых. Набрав номер такси в телефоне, я вызвал машину на улицу, название которой прочитал по табличке, что висит на доме Найла. Я должен пожалеть о том, что сделал сегодня, но это будет уже завтра, когда я подскачу от головной боли, выпутываясь из простыней, чтобы прибежать к толчку. Дорога домой была утомительной. Таксистом оказался мужчина, которому на вид было сорок лет, спокойная музыка наполнила машину, когда он что-то нажал на голубом дисплее. Тяжело выдохнув, я облокотился на сидение, положив голову на мягкое и удобное кресло. Главное, не усни, Стайлс, чтобы не показаться пьяной свиньей водителю. Я громко икнул, быстро закрыв рот рукой и взглядом извиняясь за это перед водителем в зеркале заднего вида. Он лишь улыбнулся и свернул направо, заставляя меня снова положить голову на подголовник. — Веселая вечеринка? — улыбнулся он. Я поднял голову, посмотрев на него. — Не совсем так. — По Вам не скажешь… — прошептал он, очевидно, думая, что я этого не услышал. — Нет, я не пью. Просто это был друг, которого я не видел полгода. Я правда не пью, – шептал невнятно я, оправдываясь перед водителем. Он лишь снова улыбнулся и покачал головой. — Ничего страшного. Я сам люблю шумные компании, когда у меня выходной. Я покачал головой в знак того, что понимаю его, хотя это было совершенно не так. На безымянном пальце левой руки виднелось золотое кольцо, которое он, очевидно, уже не чувствует. Я опустил голову, посмотрев на свои руки, которые лежали на коленях. Сняв кольцо со среднего пальца, я надел его на безымянный, улыбнувшись той мысли, что когда-нибудь я смогу надеть на свой палец золотое колечко. — Приехали, — услышал я, пробуждаясь от легкого сна. Достав из заднего кармана штанов названную сумму, я вручил ее водителю, вываливаясь из автомобиля на дорогу. Машина уехала, оставляя за собой маленькое облачко выхлопных газов, которые я терпеть не могу. Подойдя к подъезду, я достал ключи из кармана пальто, на секунду остановившись. Сегодня слишком хорошая погода, чтобы сидеть дома. Развернувшись на пятках, я спустился по лестнице и сел на предпоследнюю ступеньку, держась за холодные перила, чтобы не упасть. Снег тихо падал на землю, тут же тая, чтобы не мешать жителям мегаполиса на дорогах и на крышах домов. Подняв голову вверх, я открыл рот, позволяя снежинкам падать на мой горячий язык, обожжённый алкоголем. Мы с сестрой любили делать это в детстве, когда возвращались домой из школы. Я засмеялся, закрывая лицо ладонями, словно прячась от снега. — Гарри? — услышал я, опуская голову и оглядывая улицу. Недалеко от меня стояла Оливия, опустив руки вниз и держав в руках какую-то веревочку. Я окинул ее быстрым взглядом, вскакивая со ступенек. — Оливия? — я опустил руки в карман, не находя нужных слов. — Ты так поздно на улице? — Сейчас ведь всего лишь десять часов, Гарри, — улыбнулась она, подходя ближе ко мне. – С тобой все в порядке? Мне казалось, что тебе плохо… — Нет, — я замотал головой, смотря на нее. Приятное тепло разлилось по моему телу, заставляя меня поежится. — Просто я… Я просто был на вечеринке, и немного выпил… Она засмеялась, подойдя к ступенькам и присев на них, поправив пальто. Ее волосы были собраны в конский хвост, перевязаннyю черной резинкой. Она приветливо улыбнулась, похлопав по ступеньке, приглашая присесть меня. На самом деле, я был безмерно рад тому, что она жива, и что она не заперта в своей квартире. В конце концов, она сидит рядом со мной, смотря на меня и мило улыбаясь. Я повернулся к ней, поджав губы. — Как дела? — спрашиваю я, запустив руку в волосы и немного потрепав их. Она вздохнула и посмотрела вдаль. — Все хорошо, Гарри, спасибо. Что-то было не так… Ее взгляд не похож на человека, у которого все нормально, и который живет в любви и согласии со своим парнем. "Прекрати, Стайлс, успокойся". Держи себя в руках и слушай ее, а не свои идиотские мысли. — Оливия, я… Я вижу, что что-то у вас с тем парнем не так… Это ведь не первый раз, когда он ударил тебя. Я был прав? Ее большие глаза посмотрели на меня, быстро заморгав. Я мог поспорить, что она сейчас заплачет, но я не хотел видеть ее слез. Сжав руку в кулак, я легко стукнул себя по коленке, делая так, чтобы она этого не заметила. — Скажи мне. Я хочу знать, Оливия. Прошу… Я достаточно много видел, чтобы узнать настоящую правду. Возможно, это ничего не изменит, но ведь я мог бы помочь тебе, - я посмотрел на нее, сдерживая себя, чтобы не взять ее за дрожащую руку. Она выдохнула, помахав рукой, чтобы слезы не скатились с ее глаз. — Моя мама оставила нас с отцом, когда мне было лишь три года. Побежала за своим счастьем с богатым идиотом, которого она не любила. Я не помню ее, но знаю, что она была красивая, потому что папа мне рассказывал о ней, – она вздохнула, переведя дух. — Когда мне было десять лет, — продолжила Оливия, — и я возвращалась домой со школы, то встретила ее на улице. Она что-то говорила мне, пытаясь обнять меня, что я, мол, ее дочь, что она жалеет, что оставила нас, но я испугалась и прибежала домой. Тогда папа-то и сказал, что это была она. Когда мне исполнилось пятнадцать лет, у папы обнаружили рак желудка, который находился в таком состоянии, что был уже совершенно неоперабельным. Врачи не говорили точно, сколько ему осталось, но я знала, что на счету каждый день, – я видел, как ей было трудно говорить, но с каждым словом, она словно освобождалась от чего-то тяжелого в своей душе. – В семнадцать лет я познакомилась с Дереком. Он был очень мил ко мне, помогал с папой, его отец дружил с моим. Все шло хорошо, пока не скончался мой отец. Это было очень неожиданно, но каждый день он говорил Дереку о том, чтобы тот позаботился обо мне... Я переехала в дом Дерека и его родителей, где, казалось бы, я была в безопасности, но через год, когда мне исполнилось восемнадцать, все перевернулось. Бывшая девушка Дерека объявилась, и я сказала ему о том, что мне неприятен тот факт, что он с ней встречается, пусть только и по-дружески. Тогда Дерек словно сорвался с цепи. Он постоянно кричал на меня, хотя я ничего не делала, что могло способствовать этому, однажды даже ударил... Во время падения после его удара я столкнулась со столом, сильно ушибла голову и заплакала. А он лишь посмеялся, и сказал, что когда я плачу, я становлюсь красивее. Он поцеловал меня, думая о том, что все делает правильно. Он все чаще и чаще стал пропадать в клубах, а я не могу ничего сказать, потому что мне страшно. И мне просто некуда идти, чтобы скрыться от него, понимаешь, Гарри? Мне приходится улыбаться ему. Я словно в каком-то страшном сне, который не прекращается. Я был шокирован. До самой мельчайшей клеточки моего тела я был шокирован. Я никогда не слышал, чтобы парень мог таким образом обращаться с девушкой, считая это абсолютно правильным. Оливия посмотрела на меня, с глазами полными слез. Я хотел что-то сказать, но она неожиданно обняла меня, продолжая всхлипывать и трястись от слез. — Тише, Оливия, не плачь, прошу. Слышишь? — стал шептать я, водя руками по ее спине и тихо похлопывая, чтобы эти не казались слишком интимными, даже если бы мне этого хотелось. Она успокаивалась, глубоко вздохнув и выдохнув, тем самым согрев своим дыханием мои плечо и шею. Ее тело еще содрогалось от слез, но я думаю, ей было намного легче. От нее приятно пахло карамелью и чем-то мягким, домашним. Я почувствовал родное тепло, которое чувствовал прежде только от мамы. Она медленно отдалилась от меня, вытерев слезы. Я быстро нащупал маленький платочек в кармане и протянул его ей. Она посмеялась, но все же взяла его, поднявшись со ступенек и отвернувшись, чтобы воспользоваться моим платком. Я встал со ступенек, закатив глаза, удивившись ее стеснительности и воспитанности. Она убрала платок в карман, повернувшись ко мне и грустно улыбнувшись. — Я провожу тебя! — спохватился я, подбежав к подъездной двери и открыв ее для Оливии. В лифте мы ехали молча, иногда посматривая друг на друга. Она была все такой же милой и открытой девушкой, не строя из себя порно-звезду или кого-то еще, учитывая ее привлекательность. Я не думаю, что сейчас самое время, чтобы рассказать ей о ее парне, который сейчас наверняка развлекается с другой. Когда мы подошли к двери, она томно выдохнула, разворачиваясь ко мне: — Спасибо, Гарри. Мне правда стало легче. Я больше не могла держать все в себе. Все зашло слишком далеко. Слишком. — Оливия, я помогу тебе. Я что-нибудь придумаю, обещаю. Я хочу тебе помочь, я хочу, чтобы ты жила спокойно, не вздрагивая по ночам. Я помогу тебе. Ты веришь мне? Ты должна, – я закрыл глаза, сжимая свою переносицу и отдаляясь от девушки. Она, напротив, подошла быстрым шагом ко мне, и крепко обняла меня за талию, положив голову на плечо. Я был уверен, что она слышит, как бешено бьется сердце в моем груди, готовое пробить дыру и выпасть наружу. Эта девушка начинает воспламенять огонь внутри меня, разгоняя ледяных человечков, что уютно устроились в моей душе. Я обвернул руки вокруг ее талии, прижимая к себе. "Стайлс, успокойся. Она не хочет интимных объятий, отпусти ее". Я послушал свои.. мысли? Или свой внутренний голос?.. Как это там называется? А после ослабил хватку, отпуская ее. Наконец, и она отпустила меня, быстро поцеловала в щеку, оставив влажный след от слез, что был на ее губах, на моей щеке. Я ничего не понимал. Земля кружилась подо мной, а воздух был подобен тому, что обычно бывает в банях. Я положил руку на свою щеку, потрогав аккуратно то место, где только что побывали ее влажные губы. Я услышал, как хлопнула дверь за моей спиной, приведя меня в чувства. Не скрывая улыбки, я вставил ключ в дверную скважину и повернул его два раза, прежде чем оказаться в своей уютной и теплой квартире.