Ты только мой

Держа хрупкое тельце на руках, я шел в сторону нашей спальни. Оказавшись около постели, я аккуратно положил брюнета на постель, и выбросив простынь в угол комнаты, укрыл его теплым пледом. Оставалось только ждать, поэтому сев на стул в углу комнаты рядом с балконом, я наблюдал за тем, как спит мой ангелочек. Первый час – я сидел не шелохнувшись, разглядывая любимый силуэт. Второй час – большую часть времени, я простоял на балконе, выкуривая одну за одной, и разглядывая ночное звездное небо. Третий час – я пошел за ноутбуком и вернувшись обратно в комнату, примостился на прежнее место и начал работу. Писалось просто отвратительно, но это занятие немного расслабляло меня. На четвертом часу ожидания меня вырубило, а затем я проснулся от лучей солнца, бьющих в мое лицо. Открыв глаза, я обнаружил, что ноут упал на пол, а со стороны постели доносится какой-то всхлип. Посмотрев в сторону Мисаки, я увидел, что он в позе эмбриона лежит и плачет, стараясь делать это как можно тише. - Малыш, – я встал и начал подходить к нему. - Почему я снова здесь? – он с трудом выговорил эти слова от переизбытка эмоций. - Потому что я привез тебя сюда, – я сел на край кровати, и коснулся его плеча, от чего брюнет вздрогнул. - Нам нужно поговорить. Брюнет продолжал лежать спиной ко мне, нервно всхлипывая. - Мисаки, то что ты увидел тогда… - Не надо, я прекрасно обо всем знаю, – брюнет вытер слезы ладонью. - Знаешь? - Да, – его голос дрожал. - Ты не любишь меня больше, так? Я с ужасом в глазах уставился на него, дернув парня за плечо, я заставил повернутся лицом к себе. - Посмотри на меня. - Нет, – брюнет смотрел куда-то в сторону. - Мисаки, посмотри на меня, – я взял его за запястье и прислонил к своей груди. – Разве мое сердце билось бы так быстро, если бы я не любил тебя, – я посмотрел ему в глаза, но он продолжал смотреть куда-то в угол комнаты. - Тот парень, чем он лучше? – его голос снова предательски задрожал, а на глаза снова навернулись слезы. Я лег рядом и прижал его тело к себе. - Мисаки, как ты не понимаешь, я люблю тебя, – шепнул я ему на ухо. Он молчал, а я прижимал его хрупкое тело к себе, но следующая фраза сорвала мои тормоза окончательно. - Наверное, это мое наказание, но зато теперь мы квиты, хоть я и не заходил так далеко, – тихо проговорил он, а мои руки от его слов задрожали, тем временем он продолжил. – Я целовался с твоим братом. Руки моментально вспотели, а в груди бешено забилось сердце. - Что ты сказал? – я не мог поверить в это. - Я целовался с Харухико, – повторил он. В следующую секунду я подмял его под себя и грубо впился в его губы. Руки парня я сковал над его головой галстуком, а коленом раздвинул его ноги. - Пусти меня, – парень вырывался, но я его уже не слышал. Волна гнева полностью накрыла меня, и единственная мысль, которая билась в моей голове, была – заставить, подчинить, сделать так, что бы он принадлежал только мне. Сорвав с него нижнее белье, я принялся выцеловывать его шею. Парень бился в истерике, прося отпустить, но я был неумолим. Расстегнув свои брюки, я приспустил их, и наспех смазав свой член слюной, резко вошел в него. Мисаки больше не умолял, он лишь кричал от того, что я вторгался в его тело снова и снова. Он судорожно пытался высвободить руки, но все тщетно. И только после того, как мой взгляд скользнул по его бедрам и я увидел следы крови на простынях, я понял, что натворил. Посмотрев на искусанные в кровь губы парня, и заплаканные глаза, все что я мог сказать это лишь – “Прости”.