Every breath you take

Макси испытывал сейчас это прекрасное ощущение, когда алкоголь разливается по организму, слегка обжигая все внутри, затуманивая легкой дымкой разум, а затем окутывая тело какой-то невесомой оболочкой. Он крутил в руках пустой бокал, в котором уже не осталось виски, но в котором, ударяясь о стенки сосуда, звенели еще не растаявшие до конца кубики льда. То, что сделал Тони пару дней назад в России, так и не выходило из его головы. Очередная бездумная выходка этого эгоиста отголоском проносилась в мыслях, с каждым разом заставляя все больше думать о ней. И почему каждый раз так больно и одновременно сладко? Бутылка дорогого спиртного была полностью опустошена, теперь оставалось только улавливать оставшийся в комнате витающий аромат, чтобы не потерять хотя бы на время это прекрасное успокаивающее и в то же время доводящее до безумства чувство. С трудом получается сейчас стоять на ногах, но Макси кое-как добирается до спальни на втором этаже и находит в бардаке на полу мобильный телефон. Пальцы сами усердно набирают текст сообщения, который отправляется прямиком на единственный не сохраненный в телефонной книжке, но надолго отложившийся в голове, номер. Через полчаса в дверь позвонили. Макси выключает телевизор, по которому крутили странные ежедневные новости, встает и медленно направляется к двери. Раздается щелчок, и за распахнутой дверью появляется званый гость. - Оливер, я, конечно, не возражаю против прогулки в двенадцать часов ночи, но что за ебаная необходимость была так настойчиво звать меня в такое время? Тони стоял в черной кожаной куртке, застегнутой наполовину, за которой было видно его любимую ярко-бордовую рубашку, в старых, потрепанных временем джинсах и ослепительно белых кроссовках, которые в ночное время так и сияли под лучами уличных фонарей. От него доносился запах ядреного одеколона, подаренного ему Мишель на день святого Валентина, от которого тошнит каждую собаку во дворе (приходилось терпеть, чтобы не обидеть девушку). В руках он держал телефон, экран которого сейчас находился прямо перед лицом Макси с открытым сообщением, в котором было написано: «Приди ко мне, срочно, у меня проблемы». - Давай займемся сексом. Минутное молчание. Тони был слегка ошарашен (хоть и не подал виду) внезапным предложением и не знал, что на него ответить. Макси пытался сфокусировать взгляд на лицо друга, чтобы увидеть его реакцию. Получалось неважно, да и вероятность увидеть очередную ухмылку отбивала всякое желание смотреть в глаза этому эгоисту. Он просто хотел иметь его. - Чувак, я оценил шутку, ха-ха. Ты чутка переборщил с выпивкой, иди проспись. - Я серьезно. Макси схватил парня за куртку, притянул к себе и поцеловал. Тони хотел было начать сопротивляться, но ему дали понять, что сейчас он в чужой власти и что лучше не делать лишних движений. Он чувствовал, как язык юноши ласкает его изнутри, и решил ответить взаимностью. Кое-как закрыв руками дверь, Тони легко отталкивает Макси назад, не прерывая поцелуй, и они падают на диван. Жадный, горячий и невообразимо страстный поцелуй возбуждает обоих, и вот уже Тони оказывается без куртки и рубашки, а Макси оголяет себя до самого конца. Стонем замечает, как напряжена плоть друга, и понимает, что в этот раз ему самому придется доводить дело до конца. Весьма странный способ отомстить. Тони начинает покрывать шею, грудь, живот юноши поцелуями, отчего Макси становится словно околдованным, повинуясь каждому телодвижению Стонема. Ему хочется большего, он намекает юноше, что этого мало. Тогда Тони сжимает в руке твердый член и начинает водить руками от самого основания до головки. Пот выступает на теле Макси и изо рта вырывается первый крик, за которым следует учащенное дыхание, подхватывающее ритм движения руки Стонема. Он с каждым разом двигает ею усерднее, и, понимая, что этого мало, заглатывает член в рот и начинает сосать. Макси изгибается в наслаждении, посасывая пальцы своих рук. Еще мгновение - и он взорвется. В животе начинают происходить невероятные вещи, и вскоре рот Тони наполняется белой жидкостью, которую он моментально выплевывает в бокал из-под виски. - Ну ты и зарядил, - выдыхает он и вытирает рот. Макси приподнимается и садится на диван, поглядывая на свой член - снова встал. Жажда иметь Тони все еще не утолена. Настал черед. Он протягивает к стоящему напротив него парню руки и стягивает брюки. Тони резко оборачивается, но не успевает ничего сказать: его член оказывается в руках Макси. Он вздрагивает, а Оливер сжимает его плоть настолько сильно, насколько хватает сил. В то же время Макси начинает обсасывать пальцы на другой руке, а затем один из них погружает в задницу Стонема. Парень вскрикивает и начинает выгибаться, сжимая ягодицы от пронзившей его тело боли. Макси не останавливается: он двигает палец, ощупывает каждый уголок внутри тела Тони, проводит руками по члену и мошонке, заставляя парня мучиться от наслаждения. Тони поворачивает голову назад, чтобы что-то сказать Макси, однако снова неудача: Макси закрывает ему рот поцелуем. Стонем что-то бубнит, но Макси не дает ему ничего сказать. Рывок - и Тони выпускает из себя струю горячей спермы. Он еле держится на ногах, пытается взять салфетку со стола, в то время как Макси медленно подходит к ящику и достает смазку. Настал самый сладкий момент. Он возвращается к Тони, дарит ему очередной поцелуй между лопатками, заставляя его тело покрыться мурашками, а затем, проведя несколько маленьких процедур, вставляет в парня свой член. Новый крик, новая порция наслаждения, от которой внутри как будто проходит ураган. Макси движется с неумолимой скоростью, заставляя Тони кричать от удовольствия. Он разворачивает юношу лицом к дивану и толкает его. Тони едва успевает упереться руками в спинку дивана, раздвигает ягодицы и теперь в полной мере чувствует прилив новых ощущений, от которых на глазах выступают слезы. Макси сжимает его задницу, с каждым разом двигаясь все сильнее, пока наконец не кончает внутрь. Он вытаскивает из Тони член, и они оба падают на диван, переводя дух. Стонем скрипит от боли внутри себя, а Макси вытирает головку своего члена. Они с минуту сидят молча, пока Макси не решается прервать тишину: - Ты такая сволочь, Стонем, но я так хочу слышать твое дыхание каждое утро. - Ты просто бухой. - Я влюблен. А ты никогда не поймешь этого. Макси бредет в спальню, пока Тони натягивает на себя одежду. На кухне в холодильнике он находит недопитую бутылку коньяка и опустошает ее, а затем поднимается на второй этаж и заглядывает в комнату к Оливеру. Юноша уже крепко спал. Тони накрывает его одеялом, тихонько прикрывает дверь и уходит. Убрав все лишнее со стола в гостиной, он покидает дом.