Уроки танцев

Чимин не выглядит счастливым. Он рад видеть Юнги, как и всегда с тех пор, как они «подружились», рад видеть и курицу, но сам по себе рад как-то не очень. - Эй, ты почему не сказал мне, что ваши соревнования уже закончились? – строго спрашивает Юнги, усаживаясь на пол. Чимин резко поднимает голову и удивлённо моргает. - А откуда ты знаешь, хён? – он продолжает как-то по-дурацки хлопать глазами, и это мило, ну правда. - Я знаю всё, - помедлив, отвечает Юнги со своим самым безразличным видом, но взгляд у него тёплый, и он сам об этом знает. – Так что? Чимин вдруг внешне весь сдувается. Его взгляд устремлён точно в пол, а руки нервно теребят завязки штанов, и вот это Юнги уже совсем не нравится. - Я проиграл, хён, - наконец выдавливает Чимин так обречённо, будто только что потерял всю свою семью. Юнги передёргивает. Он хорошо знает, что это за противный вид ситуации. Эта такая, когда нужно быть понимающим хёном и говорить добрые и успокаивающие слова. Юнги так не любит и не умеет, поэтому никто из его немногочисленных донсенов даже не пытается делиться с ним своими проблемами, к их же счастью. Но Чимин знает Юнги не так давно, а ещё Юнги пришёл к нему сам и даже с курицей, поэтому это должно было случиться. - Ты занял второе место, - напоминает Юнги, с каждым словом переступая через себя. – Второе место – сомнительный проигрыш. - Я ошибся три раза, а одна связка вышла у меня так коряво, как не выходила ещё никогда, - бормочет Чимин, словно стремясь добить самого себя. – Если бы не это, я бы выиграл, хён. Тем более ты так помог мне… Юнги морщится. Он ненавидит нытьё, ненавидит это бесполезное самонакручивание, но и то, и другое не чуждо и ему самому. Правда, свои эмоции Юнги обычно держит при себе, и никому проблем они не доставляют. - Второе место – это обидно, но не настолько плохо, чтобы сидеть тут и страдать, особенно когда к тебе пришёл хён с твоей любимой курочкой, - настаивает он, пододвигаясь поближе к Чимину и запуская пальцы в его мягкие волосы. – Если ты собираешься сидеть тут и киснуть, я уйду, потому что ты раздул проблему из ничего. Юнги редко использует свои драгоценные пальцы, чтобы помассировать кому-то голову. Максимум в приступах невероятной доброты и максимум Чонгуку, потому что он милый ребёнок. Только вот Чонгук сразу отшатывается или просто кривится, а Чимин, напротив, льнёт под руку и жмурится от удовольствия. Юнги это как-то подкупает. - Но ты сказал мне победить, - снова неуверенно пытается Чимин, но сразу же замолкает, когда Юнги легонько стукает его по щеке свободной рукой. - Второе место – это тоже победа, - заверяет Юнги, хотя на самом деле совсем так не думает и обычно и сам парится в случае неудачи. – Ты обошёл одного паренька, которому помогал мой донсен, поэтому я не в обиде. И Чимин улыбается. Так тепло и с закрытыми глазами, и Юнги улыбается тоже, потому что не может иначе и всё равно никто не видит. - Хён, ты знаешь, что ты совсем не умеешь успокаивать? – Чимин смеётся, так же легко и счастливо, как прежде, и это здорово, действительно здорово. Юнги дёргает его за волосы в наказание, но не спорит, потому что это как бы и так прописная истина. - Ешь уже, - ворчливо приказывает он, решив, что сессия доброты на сегодня закончена. Чимин кивает и с явной неохотой отодвигается к коробкам с едой, но уже через пару минут вгрызается в птичье мясо с таким аппетитом, что Юнги не сомневается, что сделал правильный выбор. Если Чонгук ест жадно, но аккуратно, всегда держа под рукой пару влажных или обыкновенных бумажных салфеток, то Чимин ест жадно и неряшливо. В процессе поглощения самого первого кусочка он ухитряется измазать себе все губы, жертвами второго становятся щёки и подбородок. Когда третий выпадает из его жирных рук на пол, Чимин издаёт вопль раненого зверя, и Юнги с усмешкой пододвигает к нему свою порцию, хоть и не ел ничего с самого утра. Ему настолько не жалко, что даже странно. Когда в коробках остаются только самые мелкие крошки, Чимин вытягивает ноги и откидывается на отставленные за спину руки со счастливым вздохом. Юнги прикусывает непишущий кончик ручки и улыбается краешком рта, потому что этот идиот обляпал всю майку и изгадил пол. - Хён, - тянет Чимин, придвигаясь поближе, - было так здорово, когда ты вот так вот делал. Он ложится на бок, тычет лбом в руку Юнги и смотрит с предвкушением. - Ты же не щенок, - хмыкает Юнги, немного удивлённый, однако, такой прямотой. Этого ему ещё не хватало. Но Чимин надувает губы и действительно становится очень похожим на побитого щенка, поэтому Юнги сдаётся и легонько проводит рукой по его волосам. Чимин жмурится и тянется за прикосновением, и Юнги аж противно от того, как им обоим это нравится. Потом Чимин устраивается наиболее удобным для себя образом, обвыкается и принимается рассказывать о том, что остальная группа не пожелала возвращаться к старому времени, предоставив ему окно в два часа, что менеджер со второй работы слишком жестокий, и о прочей ерунде вроде реакции его кошки на новый корм. Юнги, конечно же, всё равно, но голос у Чимина очень приятный и успокаивающий. Юнги ведёт пальцами от макушки до уха Чимина с лёгким нажимом и мысленно спрашивает самого себя, что же он творит со своей жизнью. Мин Юнги спит до трёх, не слишком жалует людей в принципе и выбирается куда-то только по острой нужде или стараниями Намджуна или Чонгука. Существование Пак Чимина идёт вразрез с его жизненными принципами, но это первый и единственный случай, когда кто-то побеждает принципы Мин Юнги, а не наоборот. Поэтому Юнги скидывает три вызова от Тэхёна подряд, а после хосокова вообще выключает звук и честно пытается уловить суть в том бесконечном потоке информации, что обрушивает на него Чимин, но вскоре сдаётся. Юнги вообще отвратительный слушатель, особенно если ему неинтересно, но Чимин, кажется, даже не замечает. - Хён, а почему ты ничего не рассказываешь? – интересуется Чимин, когда Юнги уже совсем расслабляется и никак не ожидает подвоха. - И что же ты хочешь узнать? – щурится Юнги. Куда больше, чем слушать, он не любит говорить, в особенности о себе. - Всё, - Чимин перекатывается на живот, позаботившись, однако, о том, чтобы рука Юнги легко доставала до его головы, и выжидающе смотрит. - Нет, - после непродолжительной паузы произносит Юнги, и Чимин каким-то образом чувствует, что в этот раз его грязные приёмчики не сработают, и только тяжело вздыхает. - А мне хотелось бы узнать о тебе побольше, - бормочет он, возвращаясь к своему прежнему положению. Юнги безразлично пожимает плечами и силой заставляет голову Чимина замереть на месте для собственного удобства. Юнги думает, что Чимин очень простой. Даже слишком простой, а ещё глупый, потому что доверяется не пойми кому уж слишком быстро. Но этот не пойми кто – Юнги, а Юнги безвреден, если его не злить, поэтому, пожалуй, всё в порядке. Юнги проверяет время и протягивает свой телефон Чимину, потому что это уже почти время уходить, но тот протестующе стонет, отмахиваясь. В такие моменты Чимин жутко походит на Чонгука, лишь с той разницей, что у Чонгука полно своих мамок, поэтому до него Юнги и дела нет, а у Чимина нет никого, и Юнги становиться для него мамкой очень не хочется. Но ещё немного, и Чимин опоздает на работу к своему ужасному менеджеру и за это получит сполна, поэтому Юнги отпихивает его и встаёт на ноги. Чимин ноет, что не выспался и очень устал, но быстро сдаётся и послушно уходит умываться. На протяжении всей дороги до метро Чимин по своей воле делает Юнги ответный массаж руки и улыбается. Этим вечером Юнги приходится тащиться в студию, потому что Намджун настаивает на немедленной записи. В крошечной комнатке на полу сидят все, кроме Чонгука, которого, по словам уже нехило развеселившегося Тэхёна, мама не пустила, и Юнги быстро забивается в угол к Сокджину, чтобы лишний раз не раздражаться. Хосок ровно в таком состоянии, чтобы навязчиво предлагать всем сыграть в бутылочку на поцелуи, посему тут же лишается полупустой бутылки с какой-то намешанной дрянью с помощью всё того же злого Сокджина, который очень сильно ждёт своей очереди и перманентно пилит по этому поводу Намджуна. Намджун и сам рвёт и мечет, и атмосфера постепенно становится всё более напряжённой, поэтому Юнги вызывается быть последним и увеличивает громкость музыки в наушниках до максимума. Он едва не забывает сдержать улыбку, когда Чимин присылает ему селку из вагона метро и просит ответную, и чувствует себя немного сумасшедшим, поворачиваясь таким образом, чтобы в кадр влезли и его лицо, и стремительно разгорающийся спор на заднем плане. Чимин шлёт кучу смеющихся смайлов и сообщает, что узнал Намджуна, как будто это было кому-то интересно. К концу записи Сокджина Чимин успевает добраться до дома и сфотографироваться со своей кошкой у шкафа. Он пишет, что смертельно устал и что его и без того огромные мешки под глазами стали ещё больше, и Юнги мысленно соглашается, что они действительно ужасны. Правда, через минут пять Чимин выясняет, что новая серия его любимого аниме уже появилась в интернете, поэтому его отход ко сну откладывается. Юнги в очередной раз признаёт его идиотом и уходит записываться. Всё выходит неожиданно легко и быстро, потому что Юнги в непривычно хорошем настроении. Намджун смотрит на него с благодарностью и уважением, но это не особо трогает, потому что Хосок как-то снова начинает бесить, Сокджин давно свалил домой, а Чимин перестал писать, отвлёкшись на своё аниме. Из-за всего этого Юнги очень хочется домой и кофе, поэтому он уходит до того, как неадекватная часть их компании о нём вспоминает. До дома пешком пятнадцать минут от силы, но Юнги так и тянет поймать такси, потому что на очередной селке Чимин такой сонный и такой под одеялом, что тоже хорошо бы уже так, но денег в кармане хватит только на автобус, а их Юнги на дух не переносит. От скуки он делится этим с Чимином, который ни капли не удивляется и шлёт подбадривающие сообщения одно за другим, пока Юнги не прерывает его коротким «хватит, я дома». Чимин вообще уже давно должен спать во имя своих мешков под глазами, но упорно продолжает свой монолог в сообщениях, перескакивая с темы на тему. Юнги ужинает под аккомпанемент пиликанья уведомлений, но не раздражается, хоть и всё равно не успевает всё прочитать, потому что… потому что ему тоже иногда хочется побыть с кем-то, пусть и виртуально. Только не с Хосоком и Тэхёном. Под конец Чимин вообще наглеет и просит срочно позвонить ему, оправдываясь, что на его балансе едва хватает средств на интернет. Юнги звонит, потому что снова добрый, но вместо приветствия говорит строгое и якобы раздражённое «Ну?» в профилактических целях. - Хён, у меня завтра выходной, - хвастается Чимин слишком бодрым для усталого человека голосом. – Давай завтра встретимся? Ну, просто погуляем. - Я не гуляю, особенно просто, Чиминни, - напоминает ему Юнги, немало удивлённый поступившим предложением. - Я знаю, - спокойно выдаёт Чимин, и Юнги соглашается только потому, что ему интересно, чем это всё закончится. От «просто погулять» Юнги спасает ужасный ливень, который он терпеть точно не намерен, о чём и объявляет вслух. Чимин дуется, поэтому его, мокрого и поникшего, на свой страх и риск Юнги тащит к себе домой. Творческий беспорядок Юнги настолько приходится Чимину по душе, что он не торопится ни переодеться, ни хотя бы вытереться и шлёпает всё дальше и дальше вглубь, оставляя за собой мокрый след, поэтому его приходится ловить и утаскивать в ванную силой. Там Чимин затихает и странно улыбается, а потом вдруг прижимается и лезет целоваться, что даже заставляет Юнги на время забыть о мокрых шмотках, которые неприятно облепляют тело. Вскоре оказывается, что после неудавшегося «просто погулять» Чимин рассчитывает ещё и на секс, но Юнги всё ещё помнит о том, на каких соплях держатся его драгоценные занавески и как давно в этом здании не меняли трубы, поэтому быстро сворачивает все мероприятия и решительно выталкивает голого (чтобы точно ни на что не накапал) и уже возбуждённого Чимина из ванной, набросив ему на голову полотенце. Правда, так просто тот не сдаётся, а в спальне Юнги никаких хлипких предметов нет. Конечно, потом Юнги ворчит для вида, что из-за дождевой воды теперь даже на подушке не полежать, но Чимин будто знает, что это всё не всерьёз и только смеётся и целует Юнги в шею. До вечера они разговаривают на кухне, причём именно разговаривают, так как Чимину очень многое интересно, а Юнги проще отвечать, чем спорить. Да и не так уж он против. Чимину далеко ехать домой, поэтому он остаётся на ночь. Утром Юнги честно готов часами признаваться ему в любви, потому что на часах почти три, Чимин уже давно на работе вместе со своими вещами, а Юнги даже ни разу не проснулся. Такими способностями не обладает никто из его знакомых, и это одна из причин, по которым Юнги обычно не ходит в гости с ночёвкой и не зовёт никого к себе. После такого Юнги даже почти собирается подарить Хосоку нормальный подарок на день рождения. Чимин привычно шлёт селки в течение дня, но теперь ещё и позволяет себе добавить, что скучает. Юнги привычно отвечает раз в два часа, но, пожалуй, с чуть большей теплотой. Вечером Чимин заявляется к Юнги снова, потому что его третья работа совсем рядом. В этот раз Чимин действительно вымотанный и тихий, но тихий не пугающе, а комфортно. Он растягивается рядом с Юнги перед телевизором, подныривает головой под руку Юнги и молчит, потому что в данный момент так удобно. Чимин вообще очень чуток к настроениям Юнги. Он будто чувствует всё и оказывается очень даже неглупым. Чимин может быть шумным и в разговорах, и в постели, но может быть ещё и вот таким вот тихим и ласковым или просто тихим. Юнги обычно неуютно с яркими людьми, но с Чимином уютно, потому что Чимин зеркально отражает то, что Юнги необходимо, преобразовав это под себя. И так получается, что нежности для Чимина чёрствому Юнги не жалко тоже. Просто Чимин такой тактильный, улыбчивый и жмётся, и на самом деле для него не жалко ничего. Чимин иногда чем-то напоминает домашнее животное, такое тёплое, игривое и преданное, но куда лучше, потому что умело обращается с кофеваркой Юнги, приятно пахнет и не линяет. Те два часа в танцевальной школе становятся для Чимина фиксированным окном, и он тратит их на сон, еду, которую заботливо привозит Юнги, и самого Юнги. Да, Юнги продлевает свой абонемент снова, потому что у Чимина вообще-вообще нет свободного времени и потому что Чимин дурак и не успевает поесть. У Юнги тоже есть работа, но она вполне соответствует его запросам и лени и требует для своего успешного выполнения только наличия ноутбука с интернетом у Юнги под рукой. Но у Чимина мало лени, зато огромное шило в заднице и неуёмная энергия везде, поэтому он мотается по всему городу туда-сюда и ещё и умудряется жаловаться Юнги на свой собственный выбор. Впрочем, Юнги не против, потому что всё так же пропускает больше половины речей Чимина мимо ушей. Их отношения скорее напоминают дружеский секс, чем что-либо ещё, так как никаких признаний и прочей романтической ерунды не было и нет. Юнги любит Чимина, действительно любит, как бы громко это ни звучало, но Чимин постоянно пишет, что скучает, подставляется под любое прикосновение с дурацкой улыбкой и лезет сам, поэтому Юнги плевать, как там это называется или выглядит. У общительного и открытого Чимина парадоксально нет друзей, иначе он бы, пожалуй, не проводил всё своё свободное время в компании ворчливого Юнги, и Юнги это очень нравится. Юнги жуткий собственник, поэтому Чимин – это его маленький секрет, о котором знает только Намджун, и хватит на этом. Чонгук не оставляет попыток узнать, на кого их променяли, но Юнги не расколется ни за что и никогда, потому что Чимин такой чудесный и обязательно найдёт общий язык с этими придурками (и вообще с кем угодно, если дать ему шанс), а Юнги просто не может этого допустить. Юнги эгоист, но Чимин виноват сам. Чимин приезжает к Юнги после третьей работы и в случаях, когда свободна хотя бы половина дня, но Юнги заглядывает в съёмную квартиру Чимина только один раз и всего на пару часов, потому что в незнакомой обстановке как-то неуютно и кошка Чимина оказывается не менее ревнивым созданием. А вот Чимину уютно везде, поэтому он не жалуется и едет сам. Чимин выучивает все привычки Юнги даже слишком быстро и прогибается под них, и теперь причин злиться на него нет ну вообще. Юнги выучивает привычки Чимина ещё быстрее, потому что их можно по пальцам перечесть, а всё остальное – сплошные спонтанность и непредсказуемость. Когда Чимина вновь делегируют на какой-то там конкурс, Юнги заносит Чонгука в чёрный список контактов и садится за написание подходящего трека. Когда Чимин забывает у себя дома что-то очень важное и никак не может уйти с работы, Юнги едет сначала за ключами, потом – за вещью, затем – снова к Чимину, хоть и ненавидит мотаться туда-сюда и чиминову кошку. Когда Чимин устаёт эмоционально или физически, Юнги ерошит рукой его волосы, почёсывая кожу головы так, как нравится некоторым домашним животным и Чимину. Когда Чимину нужен Юнги, Юнги всегда рядом. Но и Чимин всегда рядом, несмотря на свою занятость. Чимин в свои свободные вечера или после третьей работы готовит ужин, моет посуду и прибирается (странно, что в своей квартире он даже не думает наводить порядок), что облегчает Юнги жизнь просто невероятным образом. Но это только материальная и самая неважная часть его помощи, потому что самая главная сила Чимина в другом: он умеет поднимать Юнги настроение так, как больше никому не удаётся. И Юнги ценит это настолько, что готов поступиться ради Чимина своими принципами и личным комфортом. Юнги покупает кровать побольше, потому что старая маловата для двоих, и делает вид, что и так давно собирался, но Чимин не верит и принимается обживать свою половину, хотя ему никто не разрешал. Юнги не останавливает его, потому что квартира всё равно уже вся в следах Чимина. И при всём этом они не живут вместе и не собираются. Хосок в последнее время лапочка, поэтому Юнги идёт покупать ему подарок на день рождения заранее (за полгода, если точнее), зная, что может передумать в любой момент. Потому что из сумасшедших идей иногда рождается что-то стоящее. Например, Пак Чимин, который как раз присылает селку, сделанную на лестнице у квартиры Юнги, и просит себе персональный комплект ключей.