Любовь Мион

Ски да йо. Ми-тян. Вот все, что было написано на обороте рекламного объявления автосалона «Акено». Записка Мион давала совершенно лаконичную информацию об ее чувствах. «Подложу записку в «Сновидения»… Нет, манга же сейчас у Кейчи, это он должен мне ее вернуть, а не я… Так. Так. Так-так-так-так. Тогда – просто под дверь? Ха, выбросит. Перед дверью? Еще не факт, что заметит. А может, вообще отказаться от этой затеи?..» Не додумывая идею до конца, Мион бросается на улицу. В Хинамидзаве поздний вечер. Шумит трава, поют цикады, эхом в голове Мион отдается собственный бег, удары подошв о рыхлую землю. Собирается дождь. Воздух начинает неумолимо сыреть, ветер усиливается, дыхание Мион сбивается от долгого бега. Наконец она достигает цели – сквозь заросли кустов ежевики виден дом Кейчи. «Может, не надо? – Надо». Снова разговор со своим внутренним голосом. «Все равно бесполезно. Я же знаю… — Вживую ты ему ни за что никогда ничего такого не скажешь. Не признаешься. Но ведь надо, чтобы он был в курсе! Может, хоть сам решительнее, чем ты, окажется… – Не знаю.… Да. Наверное… — Тряпка. Никогда не думала, что ты будешь такой слабой. Даже парню в любви признаться не можешь. – Да могу я! Только.… Надо ли? – Ты мне надоела уже своим нытьем.… Иди! – Куда? – Да куда хочешь». Мион увидела, как в окне второго этажа погас свет. «Лег спать...» Девушка смяла записку в кулаке. Из глаз закапали слезы. «Не могу! Не могу! Не мо-гу…» Внутренний голос молчал. Мион осталась совершенно одна, наедине сама с собой. Пошел дождь. Девушка отерла крупную каплю со щеки.… Расправила записку на ладони, перечитала. Слова, написанные в спешке, гелевой ручкой, расплывались – оттого, что бумага быстро размокла под дождем. Мион подошла к дому ближе. «Будь что будет». Девушка бросила записку на дорогу и медленно пошла домой сквозь сумеречную стену дождя. — Рена-тян! Рена-тян! – догнал. — Утро, Кейчи-кун, — изумленно произнесла Рена. – Почему сегодня так рано? Кейчи отдышался, поднял голову и – пару секунд на размышление: — Не знаю. Просто так… Вчера рано спать лег. — А… Понятно. Некоторое время стояли на дорожке, молча глядя друг на друга. Молчание. Молчание. Молчание… Шаги. — Эй! Кейчи-кун! Рена-тян! Чего застыли? – Мион поравнялась с Кейчи. Рена смущенно опустила взгляд. Кейчи вздрогнул, словно вышел из оцепенения, взглянул на Мион: — Да так, ничего. Пойдемте в школу. — Ага, — сказала Рена, улыбнувшись подруге. — Пойдемте… «Сегодня утром все было как всегда. Сатоко забыла сменку – второй день подряд! Не вселенская трагедия, конечно, но все-таки неприятно, что либо я, либо Чия-сенсей будет по два раза пол в классе мыть. Сатоко же не заставишь… Сегодня играли в карты. Сначала Рена-тян выиграла. Кажется. А во второй раз – я. После школы немного гуляли с Реной и Кей-тяном. Рика-тян заболела – мы заходили ее проведать. Ничего такого, просто горло. Пишу дома, Шион – в гостях, сидит в большой комнате, ест печеньки. Только что дошло – забыла отдать Кейчи-куну его тетрадь с конспектами!» — Ну, я пойду, — Рена посмотрела Мион вслед. – Ми-тян ушла. Делать нечего… Вырвалось: — Да почему? Удивленный взгляд широко раскрытых голубых глаз... — Ано… В смысле – можно еще погулять… Вдвоем, — смущенно продолжил Кейчи. Рена собирается что-то возразить… — Или давай я тебя просто до дома провожу, — Кейчи быстро находит компромисс. Коротко выдыхает. — Ну, пойдем, Кейчи-кун, — отвечает Рена. Вечереет. Поют цикады. Солнце уходит — не слепит глаз, но немного греет. Небо совершенно, девственно чистое… Они идут по тропинке. Рена вспоминает утренний эпизод. «Утро, Кейчи. Почему так рано? – Вчера рано лег…» Что такого странного в этих словах? Ничего. Но в интонации, с которой они были произнесены, Рене слышится нечто…новое, странное, будоражащее сознание, заставляющее сердце биться быстрее, а шаги – замедляться… Что это? Любовь? Рена еще ни разу в жизни не испытывала ничего подобного. Ей хочется снова поймать эти ощущения. Но она молчит, боясь сказать что-нибудь не то… Кейчи просто шагает рядом с Реной. У него в голове тоже много разных мыслей; и по неясной причине все они так или иначе связаны с той, кто идет сейчас рядом с ним. В последнее время его часто одолевали минутные порывы – странные, необъяснимые: подойти к Рене, заговорить с Реной, взять Рену за руку… Как сейчас. — Слушай, Рена-тян… — Кейчи осторожно дотрагивается до ее пальцев. Девушка вздрагивает и поднимает глаза на Кейчи. – Да, Кейчи-кун? — Ты же не против, если я...ано… – дыхание сбивается. Кейчи берет Рену за руку, не дожидаясь разрешения. Вдруг – чей-то звонкий голос позади: — Кейчи-кун! Конс… — Кейчи оборачивается. — …спекты, — Мион затихает в нерешительности. «Что это? Они держатся за руки?.. Ксо! Ксо! Этого не может быть! Я не верю! Это…» — Что, я, кажется, помешала? – растерянность мгновенно заменяется насмешкой. Рена и Кейчи сразу разнимают руки. Рена стремительно краснеет. — Ми-тян… Вечер. Небо наконец затягивается облаками. И ничего с этим поделать, разумеется, невозможно.