А знаешь, в тот миг, когда ты улетела...

Аэропорт — Доброе утро, дамы и господа! Командир корабля Эдвард Левин и экипаж от имени авиапредприятия Turkish Airlines рады приветствовать Вас на борту самолета Ту-154, выполняющего рейс по маршруту Лондон-Токио. Протяжённость трассы девять тысяч пятьсот пятьдесят два километра. Время в пути двенадцать часов десять минут. Будьте любезны, застегните ремни безопасности и подтяните их по размеру. Мы желаем Вам приятного полета и хорошего самочувствия. В целях безопасности нашего полета, просим Вас не пользоваться компьютерами и радиотелефонами во время взлета и снижения самолета, — говорила стюардесса, стоя перед пассажирами... — Мам, а куда мы летим? — слегка потянув за рукав кофты, шёпотом спросил ребенок у рядом сидящей девушки. На вид ребенку было года три. У мальчика были розовые, как лепестки сакуры, волосы, широкая улыбка и вздернутый вверх носик. На его щечках играл небольшой, веселый румянец, а его глаза были светло-карими. — Домой, солнышко, — бросив добрый взгляд на своего сына, она легонько поцеловала ребёнка в макушку. У девушки были золотистые, словно лучики волосы, которые были заплетены в два колоска, лицо было бледное, с тонкими чертами, чуть пухлые губки, такой же вздернутый как у сына носик, и карие глаза, которые смотрели на своего сына с такой любовью и нежностью, что мог бы каждый позавидовать. — Куда домой? — мальчик широко открыл глаза, — Я не хочу домой... мне нравится тут! — капризно запротестовал он. — Юки, хватит вредничать! — немного повысив голос, строго посмотрела на него мать. — Ну, мама, — надул губки мальчик, но его обида, была не долгой, все таки, для него его мама безусловно была авторитетом, чуть искоса взглянув на лицо Люси, он вдруг что-то вспомнил и широко улыбнулся во все тридцать два зуба. — Мам, а домой - это к папе, верно? — от слов своего сына, у девушки непроизвольно пошли мурашки по спине, она посмотрела на широко улыбающегося сына и не могла не улыбнуться в ответ, его улыбка, он был слишком похож на своего отца. — Верно, сынок, — она еще раз посмотрела в его шоколадные глаза, горько улыбнулась,и откинулась на спинку кресла, смотря в иллюминатор самолета, уйдя в воспоминания которые пыталась запечатать под сорока замками... Flashback Город Магнолия. — Люси, прошу, не бей меня, честно, это не я, это... это всё Грей придумал, — не найдя ничего лучше, чем спихнуть всю вину на своего лучшего друга, кричал и в это же время пытался убежать розоволосый парень от весьма разъяренной девушки. — Не скидывай на меня всё, тупая головешка, — зарычал в ответ парень, которому тоже не хило досталось от блондиночки, — Это ты во всём виноват! — злобно посмотрел юноша с иссиня-черными волосами. — А ну заткнулись, вы, оба! — все присутствующие в парке, решили от греха подальше побыстрее уйти, от этого ледяного голоса, а у нашей тройки непроизвольно стали волосы дыбом, и они замерли, боязнено уставившись на источник голоса, — Люси, прошу, не бегай, я сейчас сама всё узнаю! — произнесла с виду боевая девушка, и бросила красноречивый взгляд на бегающую парочку — Вы, двое, быстро сюда! — прикрикнула эта же особа на двух парней, которые в ту же секунду подлетели к ней, и как то слишком жалостно посмотрели на девушку, но она была непреклонна, — Кто это сделал?! — ответом послужила тишина. — Я что, неясно выразилась? Я спрашиваю у вас: кто это сделал?! — вокруг нее начала сгущаться темная аура, два парня в унисон, тревожно сглотнули. — Ну... это... сделал короче... я, но идея была Грея, — заикаясь, пытался что-то донести, сжавшийся от страха парень, под чутким взором своей свирепой подруги. — А не хрена подобного, это всё ты! — не вовремя воскликнул Фулбастер. — Да я вообще тут левый! — задохнулся Нацу от возмущения, — Если бы ты мне не предложил, а потом не заставил это выполнить... — Да кто тут тебя заставлял? Сам же первым пошёл... — Да ты, тупой отморозок, меня и заставил.. — А ну заткнулись, оба! — гневно зарычала на них девушка. Парни тут же зло переглянулись и всё-таки замолчали. — Значит, так. Слушать мою команду: что бы завтра же у Люси в комнате на столе стояли букет ирисов и клубничный тортик, а иначе, — девушка посмотрела на них так, что у парней мурашки по коже пробежали... — Эльзи, не стоит, ничего страшного же не произошло, — попыталась успокоить, уже добрая и милая блондинка, свою подругу. — Нет, Люси, ты не права, они же... — Эльза, успокойся, ну, подумаешь, захотел Нацу посмотреть на меня в душе... — как бы не пыталась дышать ровно и спокойно девушка, этого она ему никогда не простит. — Я не сам захотел, — решил оправдаться парень и самым наглым образом перебил блондинку. — Заткнись! Я с тобой потом сама наедине поговорю!- повернула в голову в сторону своего парня Люси, еще не крик но очень близко, — Ну, так, продолжим.- обратилась она к Эльзе уже с невинной улыбкой- Ну, захотел Нацу посмотреть на меня в душе, но ему можно, он же всё-таки мой парень. — Ну, ладно, передаю тебе его на растерзания... — произнесла Эльза, а потом, подумав, обернулась к двум парням и добавила: — Но всё равно клубничный тортик что бы был! — Есть, мэм, — в один голос сказали парни. Люси же подошла к Нацу и также озлоблено прорычала ему: — За мной, — юноше ничего не оставалось делать, как проследовать за ней в женское общежитие. Общая старшая школа Июносеке была самой элитной школой в Токио. Все ученики жили в своих общежитиях, как бы приучаясь к ответственной, взрослой жизни. После того, как Нацу последовал за Люси в ее комнату, он ждал, что сейчас будет вынужден выслушивать крик и визг своей девушки, что он, мол, за дебил и тварь, чтобы он больше никогда к ней не подходил... Какого же было его удивление, когда вместо всего этого он услышал небольшой смешок. — Нацу, какого хрена надо было переться мне в душ с криками, мог же по-тихому как-нибудь просмотреть... — с явной насмешкой поинтересовалась Люси. — Ну, это Грей предложил, — немного смутился он, ответив явно невпопад, после чего, виновато улыбнувшись, произнёс: — Люська, прости меня... — Да ладно, забей, — мило улыбнулась девушка, но потом сразу же смутилась от того, как на нее посмотрел Нацу. Он вдруг начал приближаться всё ближе к Люси, а она, в свою очередь, пятиться назад. Наконец, когда он прижал ее к стенке, юноша что-то ласково прошептал блондинке на ухо, от чего та ещё больше смутилась. — Нацу, мне всего пятнадцать, я не могу... — но потом посмотрела на него и одними губами проговорила: — Давай. Парень начал покрывать её тело лёгкими поцелуями, на что блондинка издавала еле слышные стоны. Он снял с неё верхнюю часть одежды, оставив в юбке и лифчике, начиная мять грудь, при этом всё целуя её. Люси это нравилось, и её руки сами потянулись к ремешку его брюк, начали его расстегивать. Это был её первый раз, и она не сожалела ни капли, что отдается именно ему. Вот уже они обнаженные, Нацу берет Люси за талию, а она, чтоб было удобней, обхватывает его ногами, и он медленно входит в неё. Небольшой вскрик, и с глаз Люси потекли слезы. Парень нежно целует её и шепчет что-то успокоительное на ушко, затем начинает двигаться в ней, сначала медленно, но с каждым разом всё быстрее и быстрее. И вот он кончает, и они падают на кровать, стоящую неподалеку. — Люси, я тебя никогда никому не отдам, — шепчет Нацу ей на ухо... Через две недели Люси узнала, что она беременна. Девушка сразу же забрала свои документы из школы, испугавшись, что Нацу не примет её и их ребенка, а аборт она делать не собиралась. Златовласая особа ему ничего не сказала. После того, как узнал это всё отец Люси, он сразу же купил ей билет на самолет в Англию. Хоть он и не был зол на свою дочь, показавшую себя не с лучшей стороны, мужчина просто не хотел портить репутацию семьи. Уже сидя в аэропорту, Люси написала Нацу сообщение: "Нацу, извини, но я улетаю. В моей жизни появился человек, который дороже мне всех на свете... даже тебя... прости... и надеюсь мы с тобой ни когда не встретимся..." Через четыре года. — Мама, мама, смотри, мы прилетели, — весело проговорил мальчик, трогая свою маму за руку и показывая на окно. Люси слегка улыбнулась и поцеловала мальчика в лоб. — Уважаемые пассажиры, наш самолет совершил посадку в аэропорту города Токио. Температура за бортом двадцать градусов Цельсия, время семнадцать часов. Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Надеемся еще раз увидеть вас на борту нашего самолета. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Сейчас вам будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки...