Маменька

      Иногда Мориске кажется, что в команде Некома играют не старшеклассники, а в лучшем случае старшая группа детского сада.       Ну, те самые шалопаи в коротеньких шортиках – шумные, неугомонные, с вечно разбитыми коленками и носом. Которые бьют друг друга лопаткой по сопатке, а через минуту уже снова дружат и играют в одной песочнице. А иногда не через минуту, а иногда расшибают сопатку, а иногда… Короче, иногда зовут воспитателя. Или, вот как в его случае…       – Ма-а-а-а-ам, а Тора опять маленьких обижает, – нарочито писклявым голосом жалуется Тетсуро, и отворачивается, пытаясь скрыть смех. Ага. Значит, Тора опять пошёл первогодкам лекции читать и авторитетом давить. Ну куда лезет, договорились же, что центральных блокирующих Тетсуро натаскивает… А этот большой ребёнок с вороньим гнездом на голове и ухом не ведёт – только плечи трясутся от смеха. Толку от него в таких делах…       Тору от молодняка приходится оттаскивать силой. Вернее, не совсем оттаскивать. На четыре окрика он не реагирует, поэтому приходится переходить к активным действиям.       – Ох, сынок, тебе сейчас и влетит, – Мориске деловито похрустывает костяшками пальцев. Это показное, конечно же. Он ведь хороший семпай, никакого рукоприкладства. Ну, почти. Вот с ноги пониже пояса, если молодняк зарывается – это пожалуйста. Влетает чаще всего Льву или Со – эти двое очень уж гиперактивные, и не всегда понимают, когда шутки как-то незаметно перестают таковыми быть. Но с Торой так не получается, поэтому Мориске подпрыгивает и без размаха бьёт его ребром ладони вдоль высветленного ирокеза, здорово подпортив его форму. А затем с недовольным видом читает скукожившемуся на полу в позе сэйдза Торе нотации, старательно игнорируя задыхающуюся от смеха команду.

***

      Фукунага – молчун, каких поискать. От него почти невозможно добиться внятного ответа – он только кивает или мотает головой. Мориске это напоминает младшего племянника – говорить тот ещё не научился, и тётя Сачико всегда играет с ним в угадайку. Очень похоже.       – Ну что не так? – кряхтит Мориске, когда вся команда в очередной раз зависает, пытаясь выбить из Фукунаги ответ на простой вопрос – живой ли он после четвёртого за тренировку прилетевшего ему в голову мяча. – Нос цел? Да? Что – «мм», цел или нет? Голова кружится? Нет? Да? Так нет или да? Ну-ка, скажи «а»!       Фукунага выглядит почти жалко и переводит рассеянный взгляд с его лица на зарешёченные часы на стене, на озадаченно жующего нижнюю губу Нобу, на растёкшегося по полу бесформенным пятном Льва – и никак не может определиться, мотать головой или кивать.       – Что ж ты игнорируешь твою мать, твою мать? – не выдерживает Мориске на пятой минуте расспросов, и осекается, осознав, что ляпнул что-то не то.       Команда почти скулит от восторга.       Толпа балбесов. Зато Фукунага, не иначе как от шока, вдруг обнаруживает в себе дар речи, и едва ли не впервые за эти два года отвечает связными предложениями.

***

      – Я же тебе девять раз уже показывал, плечи выше, локти ниже, – ворчит Мориске, вручную "настраивая" выдохшегося Шибаяму. – И-и раз! И-и... Локти ниже!       – Терпению маменьки нет предела, – посмеиваются сзади.       – Нобу, и ты туда же... – Мориске обречённо вздыхает.       – Да ты не заморачивайся, папенька и сам такой же, – фыркает Тетсуро. Зараза.       – Хватит нас женить, – почти обиженно ворчит Мориске. – Лев, не отлынивай!       – Пожалел бы сынка, – снова подаёт голос Нобу, и Мориске очень хочется его стукнуть. Но вместо этого он ещё раз поправляет руки Шибаяме, и идёт поднимать опять свалившегося Льва.

***

      – Кенма, ты себе зрение посадишь с этими своими игрушками, – негромко сетует Мориске, пока они едут в Тохоку на дружеский матч. Кенма сидит, поджав колени к подбородку и уткнувшись взглядом в какую-то из своих игровых консолей – Яку в них не разбирается. – И испортишь осанку, не сутулься так!       – Мам, я только уровень пройду – и всё, – на автомате отвечает Кенма, выпрямившись, и озадаченно моргает. – Ой. Извини, Яку-сан.       Мориске только обречённо вздыхает. Конское ржание команды он уже научился игнорировать.

***

      – Вы мне уже всю кровь выпили! – нарочито причитает Мориске после очередной тренировки. Молодняк снова пришлось растаскивать за шкирки и успокаивать, а это как-то не способствует собственному душевному равновесию. – Я к вам в няньки не нанимался!       – Так мам же и не нанимают! – Тора округляет глаза. Юморист выискался, ага.       – Маменька, ну куда ж мы без тебя? – смеётся Тетсуро. – А если серьёзно, Мори, ты не обижайся. Мы ж любя. Да, народ?       Слушая, как команда вразнобой тянет оглушительное «да-а-а-а», Мориске думает, что даже при всём желании не сможет всерьёз на них сердиться.

***

      – А это кто? – старший племяш тычет пальцем в фотографию на столе. Ребёнок деятельный, даже сверх меры, поэтому фоторамку лучше убрать подальше от края – и от греха тоже.       – Команда моя, – вздыхает Мориске, пряча улыбку. – Сынки.