Любовь к молоку

- Питер, может, перестанешь на меня так пялиться? Я не виноват, что молоко так быстро закончилось. - Да его здесь кроме тебя никто и не пьет, Стайлз. И я буду пялиться столько, сколько захочу. - Ну...вообще, иногда его пьет Айзек, который тоже периодически сюда приходит,— сообщает Стайлз, невольно покраснев под взглядом, однако, невозмутимо продолжая,— я не картина, чтобы так смотреть. - И не статуя, чтобы не трогать,— улыбается Питер фирменной Хейловской улыбкой, больше похожей на оскал, и касается парня рукой,- Ты в этом доме более желанный гость. Стайлз хитро прищуривает глаза и делает небольшой шаг вперед: - Тогда, получается, и молоко тоже теперь здесь появляется чаще...как приманка? Питер подходит ближе и кладет руку на шею подростка: - Молоко закончилось, но, как видишь, ты все еще здесь. - Теперь ты винишь меня за любовь к молоку? Мой отец его ненавидит. А здесь я нахожу то что мне нравится, то что я хочу, то что мне нужно,— Стайлз аккуратно сглатывает, но не убирает руку со своей шеи. - Мы все еще говорим о молоке? — Питер говорит нарочито медленно, давая парню проникнуться ситуацией. Стайлз ненавидит эту ситуацию. Эту насмешку в голосе Питера, то что Питер , скорее всего, знает что-то, о чем Стайлз только догадывается, самого Питера. Особенно Питера. Но он был готов признать, что все, что он сказал было правдой. Он чувствовал себя здесь комфортно, в этом доме, на этом кожаном диване, рядом с Питером. Особенно рядом с Питером. - Хейл, я не намерен выслушивать твои практически пошлые намеки. Ни настроения, ни желания у меня нет,— подросток старается успокоить сердцебиение. Питера забавляет эта ситуация. От Стайлза просто несет подростковым возбуждением, когда Питер нарушает его личное пространство. И он просто не может сдержаться, чтобы не подшутить над ним. Ему нравится издеваться над Скотом, Дереком и , конечно же, Стайлзом. Особенно над Стайлзом. - Не будь смешным, мальчик. В моих словах нет ни капли намека. Не выдавай желаемое за действительное,— Питер делает шаг назад, давая Стилински возможность вдохнуть полной грудью. Стайлзу приятно общество Питера. С ним он может говорить обо всем, зомби-дядюшка оказался весьма приятным собеседником. Стайлз рассказывает про обожаемую вселенную Marvel и о чудовищах, которых он видел в бестиарии. Иногда они болтают часами, иногда часами молчат. Стайлз приходит к Питеру, потому что тот понимающий и ненавязчивый. - Если ты закончил свои издевки, то может расскажешь мне про волков? Мы не закончили в прошлый раз,— Стайлз плюхнулся в кресло и поправил задравшуюся рубашку. Питеру приятно общество Стайлза. Ему надоели неуравновешенные подростки из стаи племянника. А со Стайлзом можно было нормально поговорить. Мальчишка был начитанным, если не сказать умным. Иногда Стайлз заваливался почитать, иногда посмотреть сериал на большой плазме. Питер приходил к Стайлзу, потому что тот интересный и наблюдательный. - Ты опять за свое? Что тебя интересует на этот раз? — мужчина говорит размеренно, ведет себя сдержано,— я еще и не начинал издеваться. - В прошлый раз ты начал говорить про волчьи пары, но нас прервали. - Да, наш хмурый альфа появился в самый неподходящий момент,— копировал интонацию подростка Питер и улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз. Свое общение они умело скрывали ото всех уже несколько месяцев. По негласной договоренности, они сошлись на том, что их попросту не поймут. А отвечать на многочисленные вопросы никому не хотелось. Стайлз слишком умный для своего возраста подросток, поедающий Аддерол пачками и страдающий ADHD.* Питер слишком сильный и властный для бывшего альфы, везде ищет выгоду и патологически боится привязанности. У Стайлза для защиты есть сарказм. У Питера — изощренный ум. Иногда Стайлзу кажется, что зомби-дядюшка из дома не выходит, если у него нет плана. - Ну хорошо, хочешь про создание пар, расскажу об этом,— Питер располагается на диване напротив,— Пара бывает у каждого оборотня, от нее он получает силу. Быстрее лечится, быстрее двигается, лучше дерется. Пара поддерживает своего оборотня, и защищает его, не может причинить ему боль. - А ты сам выбираешь пару, или это похоже...на судьбу,— перебивает Стайлз и сразу же замолкает под пристальным взглядом. - Что за девчачьи разговоры, какая судьба? Нет. Пару выбирает внутренний волк. Так мы и узнаем об этом. - А человек может стать парой? — интересуется парень и начинает нервно ерзать в кресле. В уголках глаз старшего Хейла появляется улыбка. - Может. Правда, тогда это немного накладно. Как ты и сам знаешь, оборотни живут намного дольше людей. Единственным выходом из ситуации является обращение пары. Хотя есть те, кто любит пострадать. Но в любом случае оборотень не может обратить пару без ее согласия. В голову Стилински медленно закрадывается подозрение. - А если человек умрет? Например, от старости, или его кто-нибудь убьет. Питер задумался. Он что-то слышал об этом. - Существует поверье, что если оборотень намеренно убьет своего человека, то он сможет полностью обращаться. А если ты помнишь, то у нас это показатель силы. - Это значит, что у оборотней, которые с рождения умеют полностью обращаться, нет пары? — Стайлз заинтересованно наклонился, стараясь уловить каждое слово мужчины. - Скорее всего да, но не могу сказать точно. Спросить об этом Талию возможности не представилось. Стайлз молчал. Он хотел узнать больше, но боялся спросить. Точнее, боялся услышать ответ. Так они и сидели, молча, смотря по сторонам, стараясь не встречаться взглядом. Наконец Стайлз решился. - А ты бы убил своего человека ради этого? — он сказал это тихо и сразу же пожалел. Питер встал и направился к бару. Налив полстакана виски, он вернулся на место. - Не знаю, скорее всего нет. Выгоднее этого человека оставить подле себя. - А если бы была необходимость? - Тогда да. Я уже давно не поступаю основываясь на чувствах. Если бы от этого была польза, я бы его убил,— Питер сделал большой глоток и повертел стакан в руках,— хочешь? Стайлз внимательно посмотрел на часы и отрицательно качнул головой. - Не пью хотя бы до шести вечера. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Голова болела от мыслей о том, что целый рассказ про пары подходит к их с Питером отношениям. Оборотень защищал его, даже предлагал укус, вместо того чтобы привычно перегрызть горло. И сейчас Стайлз боялся, что все это может оказаться очередным коварным планом Хейла. Выбросить мысли из головы не получалось. - Господи, я буквально слышу как работает твой мозг. Успокойся,— Питер ухмыльнулся. - А что если я твоя пара? — парень произнес это почти жалобно. - Кто прости? Моя пара? Издеваешься,— Питер надменно засмеялся в голос,— неужто я тебе настолько нравлюсь?! - Да пошел ты. Стайлзу вдруг стало обидно. Какого черта этот престарелый маньяк издевается над ним? - Еще скажи что обиделся. Девчонка, ей-богу. Молока налить? — Питер заговорщецки подмигнул. Стилински встал, собрал свои вещи в рюкзак. Окинул комнату взглядом и подошел к Питеру. - Завтра молоко появится в холодильнике? Он впервые спросил разрешения прийти. - Часам к семи оно будет ждать тебя здесь. Стайлз кивнул и направился к выходу. Только на секунду остановился в проеме. - Интересно, если бы я был твоей парой, ты бы меня убил? — и парень вышел в коридор, захлопнув за собой дверь. Питер не спеша поднялся с дивана, убрал книги в шкаф, налил еще немного виски и сел на опустевшее кресло. - Мне тоже интересно, что бы я с тобой сделал.