Маг Огня. Девятихвостый лис в придачу

Полузадушенный вскрик разорвал тонкую ночную тишину. Парень резко садится на кровати и пытается отдышаться. Сон. Снова этот сон. Он тщетно пытается успокоиться. Сердце бьется, как загнанный раненный зверь, разрывая грудную клетку. Липкий ужас все еще пронизывает тело, витает в воздухе. Руки предательски трясутся, и приходится сжать их в кулаки. - Сон… Всего лишь сон… - тихий, надтреснутый шепот разносится по комнате. Он говорит это скорее для себя, нежели для кого-то еще. Оглядевшись, парень утвердился во мнении, что все что он видел – всего лишь сон. Он все так же находится в их с Хеппи доме – небольшой каменной постройке на краю Магнолии. Красивое место. Постепенно дыхание выравнивается, а сердце приостанавливает свой бешеный бег. Сколько уже раз это повторяется. Почему? Ведь прошло уже столько лет. Долгих 10 лет, которые пролетели столь быстро, столь счастливо. Вспоминая свою жизнь в гильдии, Нацу окончательно успокаивается и падает обратно на кровать. Ночной ветер влетает из открытого окна и развевает волосы странно-розового цвета, приносит покой и уверенность. Ему снилась его прошлая жизнь. Его детство, которое он бы всем сердцем желал забыть навсегда. Его мир. Коноха. И все ее жители. Это был его самый худший кошмар. «Наруто, ты почему не спишь и другим мешаешь?» - прозвучал в голове раздраженный и немного ехидный голос Курамы. Так юношу называл только он. Только лучший друг и, по совместительству учитель и квартирант в подсознании знал это имя. Только он знал все о его прошлом. И он понимал его. Когда они вместе только попали в этот мир, то уже прекрасно дружили. Наруто был единственным, кто верил в то, что биджу на самом деле не ужасные монстры. Он верил, что они такие же как мы. И он первый, после великого Рикудо, заслужил признание Девятихвостого демона Кьюби Но Йоко и смог с ним подружиться. Биджу даже сказал Наруто свое истинно имя, а мальчик в свою очередь доверял Лису, как себе. Это был, наверное, первый друг Наруто. И чуть ли не единственный. В деревне его ненавидели и часто избивали. Мальчик часто грустил. Хоть и жил он с Цунаде-баа-чан и Извращенным Отшельником Джираей, но без родителей он чувствовал себя очень одиноко. Наруто хотел стать Хокаге, а еще он хотел доказать, что он не демон, как считали почти все в деревне. Он хотел, чтобы все поняли, что он – Узумаки Наруто, и он – это он. Курама был всегда рядом. Но все вокруг продолжали ненавидеть ребенка. Курама подбадривал и поддерживал. Но Наруто продолжали избивать. Курама лечил. Но раны на сердце он вылечить не мог. А парнишку продолжали ненавидеть. Все мечты, цели и желания разбивались об неприступную стену ненависти. Шепотки за спиной или даже крик в лицо «демон» возвращают все к исходной точке. Наруто начинает отчаиваться. А его так же ненавидят. И бьют за то, что он «демон». Снова. Все детские мечты разбивались об ненависть. Взгляд за взглядом, слово за слово, и эта чистая детская вера разрушалась. Все люди продолжали называть его «демон». И избивали до полусмерти за смерти своих близких. Наруто вставал в тупик от таких обвинений, и не мог понять: за что? Ведь он всего лишь ребенок. Но всем было плевать. Курама говорил, что это из-за того, что Наруто джинчуурики. А еще он говорил, что люди – как стадо шакалов. Что они идиоты, раз не могут понять, что ребенок не виноват. Но не мог ничего поделать и лишь лечил своего неунывающего друга. Раз за разом. Узумаки Наруто не был бы собой, если бы унывал. Все вокруг видели только радостного проказника, который был слишком глупым, чтоб его слушать. Наруто никому не показывал свои слезы. Только Лис знал, как тяжело его джинчуурики. Как тяжело стучаться в наглухо захлопнутые сердца и как больно вновь смотреть на эти лица, искаженные ненавистью и презрением. Наруто все ненавидели. И ему было тяжело мириться с этим. Ребенка продолжали избивать и даже чуть не убили. В тот день Хатаке Какаши возвращался с миссии и спас Наруто. Правда узнать в том избитом, полуживом и еле шевелящимся теле сына своего любимого сенсея он сначала не смог. Множество переломов, куча синяков и кровь, коей был забрызган ребенок, мало этому способствуют. Копирующий отнес его в больницу и у Цунаде была длинная ночь. С трудом, но на ноги она Наруто поставила. После этого было совершено еще несколько покушений. И снова ненависть, ненависть, ненависть… «Опять у меня кошмары», - нехотя ответил Нацу, поежившись. «Интересно, к чему бы это?» - философски поинтересовался Девятихвостый. «Не к чему, спи давай», - проворчал парень, а сам, несмотря на то, что только что сказал, поднялся и сладко потянулся. Биджу фыркнул и перевернувшись на другой бок, засопел. На улице уже рассвело и ложиться обратно спать Нацу считал бессмысленным. Да и страх снов еще не отпустил его. Об одном воспоминании о них по спине начинали бегать мурашки. Парень подошел к приоткрытому окну и распахнул его настежь. Новый поток ветра влетел в комнату и растрепал волосы юноши. Солнечные блики уже игрались на листьях деревьев и крышах домов. В лесу во всю пели птицы. Утро было ясным и прохладным. Нацу еще немного постоял, любуясь ярко-голубым небом. Раньше его глаза тоже были такие вот голубые. Теперь же, находясь под доработанной версией хенге, они были черного цвета. Когда Наруто еще только попал в этот мир через портал, то почему-то его тело вернулось в возраст где-то лет 5, хотя ему было почти 11. Курама, несмотря на это, благоразумно предложил все равно сменить внешность. Этот мир на первый взгляд казался таким же враждебным, как и родной. Наруто верил своему личному биджу, и они вместе, путем голосования, подобрали такую внешность, что никто бы не узнал маленького джинчуурики даже если бы очень захотел. «Чтобы сбить возможных преследователей со следа окончательно» - сказал тогда Девятихвостый. Волосы было решено сделать розовыми, глаза стали черными, Наруто стал немного выше и более атлетичного телосложения. Лицо стало немного другой формы. Сходство с Наруто уже почти не было. Последним штрихом было изменить имя. И теперь по дорогам этого мира шагал уже не Наруто Узумаки, а Нацу. В последствии появилась и фамилия Драгнил. По этой же причине Курама первым же делом обучил мальчишку скрывать свою чакру. А то мало ли. Наруто тогда был не против, ему нравилось изучать что-то новое. После перемещения в этот мир, уже Нацу вместе с Курамой бродили по городам. Здесь были такие же люди, как и в Конохе. Самые обычные и ничем не примечательные. И это было очень непривычно для мальчика. Вернее не люди, а их отношение к нему. Не было ненавистных взглядов и перешептываний за спиной. Не было ненависти. К нему относились как к обычному пятилетнему ребенку. Нацу слишком боялся, что если хоть кто-то узнает, что в нем запечатан Девятихвостый биджу, то людям уже будет плевать кто он, все будут его ненавидеть. Снова. И по какой-то причине путешественники, а вернее, путешественник и его друг, сидящий в подсознании, встретили дракона. Настоящего дракона. Курама потом долго еще смеялся над своим джинчуурики и его везучестью. Нацу познакомился с ним и даже подружился, рассказал Игнилу свою историю, но ту, которую они сочинили с Кьюби. Позже Игнил взял ребенка к себе, узнав, что у него нет родителей, и обучил писать и читать, а еще он обучил Нацу магии. Магии Огненних Убийц драконов. Нацу был счастлив, проводя время со своим новым знакомым, и даже считал его кем-то вроде своего второго отца. Девятихвостый рассказал Наруто о его родителях, Минато Намикадзе и Кушине Узумаки. Наруто гордился ими и торжественно поклялся не подвести их и стать еще сильнее. Игнил учил мальчика магии, а Курама тем временем вплотную занялся его становлением шиноби. Нацу всему учился быстро и был способным. А еще ему было не занимать упорства, так что и Игнил и Девятихвостый Нацу были довольны. Так же Курама вместе с Нацу изучали фуиндзюцу, ведь клан Узумаки специализировались именно на печатях. Девятихвостый, который был запечатан в двух представительницах этого клана, был хорошим учителем и много чего знал. Они вместе даже разработали специальную печать, чтобы хенге не слетало лишний раз и не тратило столько чакры. Девятихвостый с помощью своей ядовитой чакры выжег ее у Наруто на шее с задней стороны. Сначала было больно, но зато теперь за раскрытие можно было не волноваться. - Эй, Хеппи, вставай! – синий кот, который до этого преспокойно посапывал на диване, подскочил от неожиданности. - А, Нацу, ты уже встал? Чего так рано? – подавив зевок, спросил Хеппи и потянулся. - Эээ… Ну так это, проснулся я! – нашелся с ответом Нацу. Он не говорил ничего своему синему другу. Хеппи, конечно, был достоин доверия, но Нацу боялся. Боялся быть отверженным своим другом после раскрытия своего секрета. Боялся неизвестности. - Ну что, идем в гильдию? – одевая свою любимую жилетку и поправляя шарф из драконьей кожи подаренный Игнилом, спросил Нацу. 7 июля 777 года Игнил исчез. От него остались только воспоминания и этот вот подарок. Исчез на его глазах. Нацу тогда долго бегал и звал дракона, искал его везде. Но Игнила не было. Просто не было. Курама поддерживал своего маленького друга, который не хотел отчаиваться. Нацу тогда поклялся, что найдет дракона во что бы то ни стало. Кричал на весь лес, что не сдастся. И он не сдавался. В честь дракона Игнила у Нацу и появилась новая фамилия – Драгнил. Как еще одно напоминание об его клятве. - Агась! – воскликнул Хеппи в своей привычной манере. Расправив свои белые крылышки он взмыл в воздух и стал летать по домику. Нацу не переставал удивляться этой его способности. Все-таки магия – это очень интересное явление. Жаль, не получилось совместить магию и чакру, а то получилось бы что-то очень сильное. Здешняя магия явно была чем-то несовместимым с чакрой недо-блондина. А летающий кот тем временем вылетел в так кстати распахнутое окно и был таков. «Придется догонять», - последний раз взглянув в зеркало, висящее на стене, Нацу покинул эту обитель и потопал вслед за Хеппи в гильдию Хвост Феи. В гильдию, ставшую ему вторым домом. Хотя нет, единственным. Нацу не мог назвать домом Коноху. А гильдию – мог. *** Входя в гильдию, Нацу как всегда открыл дверь с ноги. Все к этому давно привыкли и уже не обращали внимания. Все-таки гильдия Хвост Феи никогда не славилась своим послушанием, аккуратностью и хорошими манерами. Скорее наоборот. Ребята были сплоченные, веселые, очень громкие. И практически все славились буйным и взрывным характером. Нацу не был исключением. Скорее самым ярким представителем. Он любил за это свою гильдию. В помещении уже было достаточно много народа. Все-таки встал парень уже довольно давно. Мира миролюбиво протирала стаканы за барной стойкой. Макао с Вакабой о чем-то увлечённо беседовали. Кана как всегда пила что-то явно алкогольное, сидя за одним из столов. В мире Наруто столько пила разве что Цунаде-баа-чан, и то - не факт. Грея нигде не было. Наверное опять он ушел на задание. Леви сидела и что-то увлеченно читала. Гажил тоже обретался неподалеку. Сам того не замечая, Нацу сначала сравнивал согильдийцев со своими старыми знакомыми. Было у Грея что-то общее с Учихой Саске. Только поведение было импульсивнее. Грей не выглядел ледышкой, которой плевать на всех, но зато он был ледяным волшебником. Темные волосы и темные глаза. Было что-то невыразимо знакомое в Фуллбастере. И еще был общий дух соперничества. Хотелось быть лучше, сильнее. В Академии Наруто всегда называл Саске своим соперником, а тот вроде бы был не против. Или ему было плевать. С Греем же Нацу постоянно цапались, ругались и дрались. Каждый хотел быть лучше, хотел победить. Они были чем-то неуловимо похожи, несмотря на то, что с Греем у Нацу были более панибратские отношения, чем с гением клана Учиха(там они даже и на дружеские не походили). А Эльза в своих порывах прибить кого-то иногда напоминала Сакуру, ну или Цунаде. Наверное Нацу даже немного скучал по людям, что были добры к нему. Но он старался об этом не думать. Их было немного. Парню не хотелось считать, что он бросил Цунаде-баа-чан и Извращенного Отшельника Джирайю, Копирующего ниндзя Хатаке Какаши и скромную Хинату, которую Наруто однажды спас от похитителей. А еще был старик Теучи из Ичираку рамена, ну и старик-Третий, вот и все, пожалуй. Все это было как-то неправильно. Нацу чувствовал себя виноватым. Ведь он просто сбежал. Легче было просто не думать об этом. Заприметив на барной стойке знакомый синий клубок шерсти, он прямо туда и направился. Хеппи, по своему обыкновению, развалился прямо на столике и подлизывался к Мире, попутно выпрашивая у нее рыбку. Мира улыбалась и о чем-то с ним беседовала. - Доброе утро, Мира! – бодро воскликнул парень и присел за стойку. - А, Нацу, привет. – улыбнулась девушка. Она как всегда улыбалась. Нацу помнил ту взрывную бестию, какой волшебница была раньше. Они с Эльзой постоянно враждовали и дрались. Прямо как Нацу и Грей сейчас. А потом умерла Лисанна, любимая сестра Миры. Тогда девушка стала тихой и кроткой. Казалось, что прошлая Мираджейн умерла вместе с любимой сестрой. Тогда Нацу было очень больно смотреть на то, как плохо было брату и сестре, но помочь никак не мог, и ненавидел себя за это, за слабость. После этого случая розововолосый маг огня тренировался, как проклятый. Он не хотел больше терять друзей или терять семью. Он готов был умереть за них, но смотреть на их страдания было слишком тяжело. Смерть Лисанны сильно ударила и по Нацу. Раньше они прекрасно общались. - Ты какой-то задумчивый, - протянула волшебница, протирая очередной стакан. - Все в порядке! - заверил он девушку, при этом мило улыбнувшись. Ему была приятна такая забота от людей. В своем мире он бы такого никогда не получил. Здесь все было по-другому. Так хорошо, что Нацу очень боялся это потерять, проснуться и оказаться снова в Конохе, понять, что это был сон. И каждое утро радовался новому рассвету в Магнолии. Радовался и чувствовал, что он счастлив. Просто находясь здесь. – А где Люси? - Не знаю, я ее сегодня не видела, - развела руками официантка. - Значит, дома… - логически рассудил Нацу. – Эй, Хеппи, пошли к ней в гости? - Агась! – синий кот взлетел с барной стойки и стал порхать над головой огневика. Где живет Люси Нацу знал с того дня, как она поселилась в Магнолии. Эту девушку розововолосый встретил случайно, когда в очередной раз искал Игнила. Кто-то слышал, что-то об Саламандре, который находился в порту, и Нацу цеплялся за любую информацию и бежал искать. Драгонслеер скучал по старому дракону и не терял надежды однажды найти его. В результате Нацу нашел только самозванца, который пользовался именем Хвоста Феи и наживал себе на этом славу. И еще он встретил там Люси, обычную девушку, которая мечтала вступить в гильдию, в его гильдию, в Хвост Феи. Она оказалась хорошей и доброй, и даже заплатила за Нацу с Хеппи в кафешке, так как у Драгнила не было денег. Она – маг звездных духов. Нацу решил просто пригласить ее вступить в их гильдию магов. Ему было не сложно. А Люси, похоже, была счастлива. Тогда она тоже стала частью семьи. Такой большой и дружной. Любимой семьи. *** Нацу шел, насвистывая себе под нос бодрый мотивчик. Солнце сияло высоко на небе и припекало. Пушистые ватные облака неспешно проплывали сверху и отбрасывали на землю причудливые тени. Еще несколько поворотов, и будет видно дом, в котором Люси снимает комнату. Вокруг стояли яркие домики, из окон свешивались разноцветные цветы за которыми ухаживали заботливые жильцы. Справа был водный канал. Мимо проплывала лодка рыбаков. Вода отражала солнечные лучи и слепила глаза. Нацу наслаждался приятной погодой. Он любил лето. И любил тепло. Все-таки он огненный маг, и огонь – его стихия. Игнорируя дверь, Хеппи нашел нужное окно и влетел в открытую форточку. Нацу же быстро поднялся по лестнице и открыл дверь ключом, который взял у Миры. Нацу уже не в первый раз вот так вот посещает свою подругу, но она никак не привыкнет. Когда Люси зашла в комнату и узрела картину читающего Нацу и летающего по комнате Хеппи, то сначала немного подзависла… - Привет Люська! – улыбнулся Нацу. …а потом включила режим берсерка. - Что вы здесь делаете?! Отдай! – а потом быстро выхватила свой роман из рук Нацу. - Так мы за тобой пришли. А то без тебя в гильдии скууучно, - огневик посмотрел на девушку круглыми невинными глазами. И получил за это по голове тем же романом, так как Люси злилась с каждой секундой все больше. - Люси страаааашная! – кот тоже получил по голове, так как уже развалился на зеркальном столике. *** «Наруто» - позвал из подсознания Курама. «Что?» – Нацу сидел на ступеньках около дома Люси и откровенно скучал. Девушка выставила их и сказала, что переоденется и выйдет. «Есть тут одно дело.. - задумчиво протянул Девятихвостый. – Хотя, нет. Просто будь внимательнее» «Эээ, – парень немного подзавис. – Сказать не хочешь?» «Не-а» - Лис зевнул и завалился обратно спать. «Вот же, не лис, а сурок какой-то» - хмыкнул Нацу. Он точно знал, что если его друг не хочет чего-то говорить, то его уже никакими силами не заставить. Оставалось только согласиться с просьбой Курамы и ждать неприятностей. С этим ничего не поделаешь. *** Люси шла чуть впереди и говорила что-то о своем сне. Ей снилась гильдия и что-то с ней связанное. Нацу слушал и радовался, что хоть у кого-то сны нормальные и приятные. От воспоминаний о его личных кошмарах холодок пробежал по коже. Нда, это не спроста. Да еще и Курама что-то темнит. «Просто будь внимательнее» - это как-то настораживает. Маг неспешно шел за Люси и размышлял. А потом он встретился взглядом с черными, как смоль, глазами. Мир для Нацу перевернулся, а в черных глазах читалась скука и отрешенность. Мимолетный взгляд, и их обладатель скрывается в толпе. А в голове у Нацу звенящая тишина, вакуум. Все в миг потеряло свой смысл. И лишь истерично бьется одна мысль. «Почему?»