Зеркало душ

Побег – это дело замечательное. Побег из неплохо охраняемого убежища Орочимару неподалеку от границы страны Звука с Огнем – это дело вдвойне замечательное и ровно настолько же трудное. А если вы еще и будущее тело Орочимару, а ваша подруга – его постоянный ассистент в операциях, а так же ваш персональный ирьенин – то сложность этого дела возрастала еще на парочку пунктов. В общем, куда не кинь, всюду клин. Радовало Харуку только то, что Орочимару физически не мог постоянно находиться только в одном из своих убежищ, ему приходилось посещать и другие. В свою очередь девочки ни разу не покидали пределов подземелий, гордо именовавшихся Центральными, в которых очутились в свой самый первый день (Змеиный саннин предпочитал держать учениц в непосредственной близости). Из минусов: они уже пять лет не видели нормального солнечного света. Из плюсов: ни с Четверкой Звука, ни с Джуго или Кимимаро, они, к счастью, не пересеклись. До них доходили слухи о каком-то попавшем в лапы Орочимару мечнике из Скрытого Тумана, но Суйгецу (никто другой под это описание не подходил) находился в другом, Восточном, убежище. Кабуто уже несколько лет безвылазно шпионил для саннина в Конохе, так что с ним девочки тоже не виделись. Второй радующей Харуку вещью было то, что в убежище все же поставлялись продукты и медикаменты, и на время этой «инвентаризации», как назвала этот процесс Митсуко, уровень защищенности подземелий заметно снижался. И вот, настал день, когда две радующие Харуку вещи пересеклись. Узнала она об этом практически случайно, подслушав разговор двух шиноби Звука о поставке какого-то нового оборудования, пока возвращалась с очередной тренировки. Несколькими часами ранее Орочимару отправился на проверку в свое Южное убежище, находившееся где-то в глубине страны Земли, что давало девочкам минимум две недели без их сенсея. Практически вынырнув из тени рядом с болтавшей парочкой, которая, завидев «Тринадцатую», заметно побелела, Харука с самым равнодушным лицом, какое она только могла напустить на себя в момент невероятного ликования, прошла мимо них. Юмию шугалась большая часть обитателей подземелья – после того, как она в одиночку расправилась на тренировке сразу с тремя носителями печати на радость Орочимару (Митсуко, чертыхаясь, латала ее раны целый час), о ней поползли совсем уж невероятные слухи. От шиноби к шиноби количество побежденных экспериментов только росло, пока не достигло совсем астрономических цифр вроде тридцати. Ну, а про слухи вроде того, что Орочимару призвал себе в качестве будущего тела какого-то демона, и говорить нечего было. Впрочем, Харуке это было только на руку: ни ее, ни ее подругу, протекцию над которой она обозначила достаточно ясно еще в первый их год пребывания здесь, никто не донимал. Они спокойно тренировались, разве что с оглядкой на то, что Орочимару в любой момент прийти в голову забросить кого-то из них драться с очередным экспериментом. - Сегодня ночью мы сбежим, - бросила Харука в сторону Митсуко сразу после того, как вошла в их комнату и закрыла дверь. Такара, до этого изучавшая за столиком какой-то свиток, развернулась так резко, что чуть не свалилась со стула, услышав непривычную русскую речь. - Ты не шутишь сейчас? – от непривычных сочетаний звуков у Митсуко заплетался язык. Впрочем, извлекшая из своего шкафчика уже собранный рюкзак (которые они с Такарой «позаимствовали» у шиноби Звука, благо снабжение у убежища было что надо и мелкие пропажи никто особо не замечал) Харука выглядела вполне серьезной. - Змеюка-сан с утра отправился в страну Земли, а сегодня ночью как раз поставка нового оборудования, - пояснила она. Митсуко не удержалась от радостной улыбки и, закрыв свиток, направилась к своему шкафчику. План побега был прост, как все гениальное. На свою беду, Орочимару уже начал договариваться с Казекаге о нападении на Коноху… оставалось только принести Хокаге скопированный свиток с письмом на блюдечке с голубой каемочкой. Маршрут был следующий: добраться до Ханагакуре, деревни, в которой проживали их с Митсуко кланы до трагедии, а уже оттуда пойти в Коноху. В назначенный час, оставив вместо себя в кроватях теневых клонов, девочки выбрались из комнаты и направились в сторону одного из черных ходов. Такара постоянно сканировала окружающие коридоры с помощью своих новоприобретенных сенсорных способностей, но пока что никаких препятствий они не встретили. «Неужели нам решили отсыпать немного удачи», - подумалось Митсуко, когда они добрались до нужного места и спрятались за грудой деревянных ящиков. Прислушиваясь к монотонным разговорам звуковиков, девочки все ближе подбирались к заветному выходу. Улучив момент, пока двое шиноби заносили особенно большой ящик, Харука и Митсуко выскользнули через проход, снаружи замаскированный скалами и практически незаметный. А затем, когда Такара подала сигнал, что шиноби Звука ничего не заметили, судя по их монотонным передвижениям, подруги побежали вниз по горному склону. На первом же привале спустя пару часов Митсуко напела мелодию из «Миссия невыполнима», а Харука впервые за последнюю вечность улыбнулась по-настоящему.

***

До Ханагакуре, которое находилось в стране Огня и носило название скрытой деревни чисто номинально, на деле представляя собой без поддержки оружейных кланов обычный мелкий городок, они добрались в рекордно короткие сроки. Такара, завидев издалека верхушки цветущих деревьев вишни, едва не распугала всю живность в округе и сразу же принялась бегать туда-сюда между сакурами, из-за которых деревня и получила свое названия (хана - цветок). Впрочем, когда они добрались до закрытой барьером территории их здешних кланов, настроение у юного сенсора быстро опустилось ниже плинтуса. Будто бы волна холодной воды обдала Митсуко, заставляя глубоко вздохнуть, подавляя подступавшую панику. Квартал клана Юмия ощущался огромным пятном из самых темных чувств, которые только могла опознать Такара. Снаружи все выглядело вполне цивильно - светлые симпатичные дома в традиционном стиле, особо не испорченные временем, аккуратные выложенные камнем дорожки, хотя и порядком поросшие травой. Случайно попавший сюда человек вряд ли бы догадался, что здесь случилось. Шесть лет назад на этом месте вырезали друг друга кланы-соперники. Блондинка перевела взгляд на Харуку и мысленно вздохнула: «Не чувствовала бы волнения ее чакры, подумала бы, что ей в самом деле все равно». Юмия держалась во всех смыслах ровно: вышколено-прямая спина, абсолютное спокойствие на лице и безразличный взгляд. После всего того, через что они с подругой прошли в подземельях, тщательно отмытое от крови место сражения особого ужаса ей не внушало, хотя и напрягало. По-хорошему, им нужно было сейчас разделиться, чтобы закончить все дела здесь как можно быстрее, но Митсуко отказалась отпускать ладонь Харуки дольше, чем на две минуты, пока подруга возилась с барьером, защищающим главный дом, послушно отозвавшимся на знакомую чакру принцессы клана. В Такаре еще кипел страх того, что их найдут прихвостни их экс-сенсея, хотя поводов волноваться особо и не было - Юмия не сомневалась, что самоубийц, готовых отправить весть о том, что два самых удачных эксперимента Орочимару за последние несколько лет сбежали прямо из под носа его подчиненных, в подземельях не было. Так что узнает обо всем саннин только по своему возвращению в убежище, а без его приказа никакой «тяжелой артиллерии» за ними не отправят. Запутать следы для пущенного за ними поискового отряда не было так уж сложно. Впрочем, Харука особо не возражала компании подруги. Вдвоем было намного спокойнее обследовать квартал-призрак. Барьер, препятствующий проникновению посторонних на территорию, явно давал надежду на то, что содержимое хотя бы главного дома, в котором жила маленькая Юмия, осталось нетронутым. Войдя в смутно знакомую по воспоминаниям предыдущей владелицы тела прихожую, Харука безошибочно направилась к комнате «своих» родителей. Митсуко же только вертела головой, разглядывая очень красивое, но заросшее пылью и паутиной, помещение. - Ничего себе, - присвистнула Такара, когда, повинуясь влитой Харукой чакре, часть стены отъехала, открывая вид на глубокую нишу-тайник. В ней располагались несколько катан, танто, копья-яри… Митсуко едва успевала вспоминать названия видов оружия, на которое натыкалась взглядом. Таким арсеналом, наверное, можно было вооружить небольшую армию. - Это принадлежало родителям Харуки… в смысле, моим родителям, - осеклась Юмия. На удивление Митсуко, она засунула руку куда-то вгубь ниши, что-то щелкнуло, отъехала дощечка, и на свет показалась выемка, в которой стоял небольшой сейф. - Ну, прямо крестный отец… - пробормотала Такара, наблюдая, как подруга ловко расправляется с механическим замком, - А вот и карманные деньги на рамен из Ичираку! - Я так думаю, что тут даже хватит средств, чтобы нам свое Ичираку открыть, - со вздохом ответила Харука, разглядывая стопки зеленоватых банкнот, - Только придется с этим повременить. Совершеннолетие-то здесь только после получения ранга генина дают. Дальше началось монотонное запечатывание всех найденных вещей в заранее приготовленные свитки, которые затем перекочевали в пространственные печати на теле Харуки. За этим занятием девочки и не заметили, как время начало приближаться к вечеру. Несмотря на вялые протесты Митсуко, Юмии удалось уговорить ее переночевать прямо в доме под защитным барьером. Впрочем, Такара категорически не хотела оставаться в спальне, поэтому было решено ложиться прямо на кухне. - Да какие тут призраки? Даже они бы в такой пыли не стали жить, - сетовала Такара, протирая стол. Вода была добыта с помощью простой техники Суйтона Харуки, а нагрета Катоном Митсуко, ведро и тряпки нашлись прямо на кухне. Юмия же предпочла мыть посуду молча, перед этим отправив теневого клона под хенге в сам городок за продуктами. Посещения главного дома квартала Такара они решили здраво отложить на завтрашнее утро. Впрочем, весь хмурый настрой Митсуко испарился, как только клон Харуки вернулся с покупками. Разглядев в сетчатой сумке цветастые коробочки заварного рамена, Такара вмиг забыла про свою тираду о рабском детском труде. Харука еще даже не закончила разбирать воспоминания копии (ничего интересного услышать не удалось), а Митсуко уже ставила чайник. - Хочешь себе и в этом мире гастрит? – со вздохом спросила Юмия, аккуратно нарезая рыбу. - Тю, я же ирьенин! – отрываясь от поглощения «скопища усилителей вкуса», отмахнулась Митсуко, - Вот как-то раз я в лаборатории чуть кислоту не проглотила, там-то да, язва гарантирована! - Ладно, можешь и мою лапшу тоже съесть, - любуясь выражением вселенского счастья на лице подруги, сказала Харука. Сама она предпочла быстро сделать овощной салат, сварить рис и пожарить рыбное филе (последнее делалось под чутким руководством Митсуко, поскольку еще с жизни в родном мире кулинарные навыки Юмии оставляли желать лучшего). Поев и отмывшись от пыли, девочки легли спать на найденном в кладовке и тщательно выбитом футоне. Вообще-то, они нашли их целых три штуки, но Митсуко отказывалась спать дальше, чем в десяти сантиметрах от Харуки, так что Юмии пришлось смириться с обнимавшей ее как плюшевого медведя Такарой. - Завтра отправляемся в Коноху, - сказала Митсуко куда-то в плечо подруге, - Переживаешь? Харука тяжело вздохнула. Переволновавшаяся Такара не могла уснуть и поэтому по привычке бормотала все, что приходит ей в голову. Спасибо еще, что клон не купил ничего из сладостей – после шоколада успокоить ее стало бы совсем невозможно. - А сама как думаешь? – лениво приоткрыв один глаз, ответила Харука. Митсуко засопела в два раза активнее, - Спи давай. Нам с утра посещать квартал твоего клана, а потом собираться в дорогу. Дождавшись, пока подруга уснет, Харука выбралась из ее жарких (температура ее тела стабильно держалась на отметке 37) объятий и вышла на веранду. Присев на порог, Юмия просто начала любоваться звездным небом, которое в предыдущем мире она почти не видела из-за светового загрязнения города. Когда луна уже начала двоиться, а глаза слипаться, Харука тоскливо оглядела заросший травой дворик и вернулась к подруге. Завтра и далее их правда ждали великие дела.