Жвачка

Дома Бекхён был как никогда тихим и внимательным. - Я сварил кашу и сделал тебе чай. - Бек, уже всё нормально. - Иди, поешь. Пока я ела, он сидел напротив и молча ковырялся в своей тарелке. - Бекхён, что не так? - А? – он вынырнул из своих мыслей. - О чём ты разговаривал с Чонином? - С Чонином? – он замолчал. – Мы говорили о том, что он придурок. - В смысле? - В прямом. Он извинялся передо мной. И… Опять замолчал. - И что ещё? - Тебя так интересует этот парень? – он поднял голову и посмотрел на меня. - Нет! Просто… ты не договорил, вот я и… - Он сказал, что мне повезло. - Повезло? - Да. В том, что у меня есть ты. Ты же по-прежнему есть у меня? – и смотрит так серьёзно, что мне даже неуютно стало под этим взглядом. - О чём ты думаешь? - Ты будешь со мной? - Бек… - Будешь? - Конечно! Я всегда с тобой! Была и буду! Что это за разговоры? Что творится в этой буйной голове? – и я, шутя, щёлкнула его по лбу. Он резко перехватил мою руку, и погладил кончиками пальцев мою ладонь. - Щекотно! – засмеялась. Он грустно улыбнулся. - Ну, хоть какие-то эмоции я у тебя вызываю… - Бек… - Доедай. Я наелся, - он встал и ушёл в ванную. - Ты идёшь спать? – спрашиваю у сидящего перед теликом Бекхёна. - Ложись, я лягу в зале. - Что? Почему? Бек… - Я посмотреть одно кино! – затараторил он. – Фильм заканчивается поздно, не хочу тебя тревожить! - Честно? - Да! – кивает. - Что ж, как хочешь… Но я, конечно, Бек, тебе не верю… И я ушла в свою комнату. Пока лежала и прислушивалась к бормотанию телика в зале, снова вспомнился этот дурацкий день. Внутри какое-то чувство, словно я что-то упустила, не заметила, не поняла… Как-будто все что-то знают, это знание прямо висит в воздухе, и только до одной меня так и не может дойти. С этими мыслями я и заснула. Суббота встретила меня уборкой и походом по магазинам. Бекхён был странно молчалив, отвечал односложно, часто вообще не слышал вопроса. После десятка попыток и вовсе перестала пытаться втянуть его в беседу. Мы переговаривались с мамой, вешая на Бека очередной пакет с покупками. Он молча принимал его и снова погружался в свои мысли. После обеда я позвонила Дио. У него дома как раз сидел Сухо, поэтому мы обсудили насущный вопрос по громкой связи. - Что будете делать? – спрашиваю. - Вот сейчас и мучаемся над этим вопросом. - Ваши варианты? - Мы склоняемся к тому, что стоит поучаствовать. Не знаем, правда, что делать с проектом. - Что именно? - Ну, усовершенствовать тот, что есть, или состряпать новый? - Ааа… - А ты? Вернее, вы с Чонином что думаете? - Ничего. - Совсем? - Совсем. - Может, вам стоит обсудить это? Всё-таки президентская стипендия – это не жалкие копейки. - Может и стоит… - Подумай. Опять разделитесь: с него – чертёж, с тебя – всё остальное. И выступление, как мы, можете разделить. - Ребят, вы – лучшие! - Чего это ты? - Мы ведь тогда будем конкурентами, а вы мне тут советуете, как лучше поступить. - Ну, мы же друзья, вроде… - Друзья… - я покосилась на Бекхёна, который сидел и смотрел в окно. Мы попрощались. Вечером Бек начал куда-то собираться. - Ты куда? - Гулять. - Без меня? - А ты отдыхай. - Я хорошо себя чувствую! - Знаю я тебя. Спать ложись. - Эй! Что за дискриминация?! Я пойду с тобой! - Нет, - он упрямо смотрел на меня. – Я пойду один. Мне нужно побыть одному, понимаешь? - Нет, честно говоря. - Вот поэтому я и иду один. - Бек, - ловлю за край чёрной футболки, - что случилось? Ты на себя не похож! Поговори со мной. - Всё нормально. Не жди меня, ложись спать. И он ушёл. В три часа ночи зазвонил телефон. - Да? – поднимаю и сонно сиплю. - Это Чонин. - Чонин? – сажусь. – Это же номер Бека! - Извини, что разбудил, но тут такое дело… - Что случилось?! – врубила свет. - В общем… Бека забрали в полицию.