Кукушка

Акела, тебе. _____________________________ В городе Город жил Донор. У Донора были серые волосы. Одни сказали бы, что они цвета пепла, другие - что они похожи на серебро. Они серые. Донор был синеглаз, крылат, молчалив, бледен и всегда говорил только правду. В Городе жили также: Музыкант, чья музыка заставляла плакать или смеяться и каменные статуи. Он жил в Доме-На-Берегу, как раз возле моря, и целыми днями писал музыку. О Музыканте слава шла далеко за пределами Города. Башмачник, крепче и красивее его туфлей и сапог не найти было на всём белом свете. Кроме того, башмачник был очень добр, и никогда не отказывал в помощи. Звонарь, что был глух, но знал все свои колокола, ухаживал за ними, как за родными детьми и звонил всегда вовремя. Художник, из-под кисти которого выходили живые картины. Люди на них двигались, ходили, танцевали, а времена года сменяли друг друга. Повар, который никогда не готовил одно и то же блюдо дважды. Принц, который был вежлив и добр с подданными, строг и справедлив. Конюх, который понимал лошадей лучше, чем людей. Писатель, чьи слова отражали эмоции и явления природы так явственно, что читателю казалось, будто он не читает книгу, а спит и видит красочный сон. И много-много других людей. И однажды к Донору пришёл один человек. Он был стар и болен, едва держался на ногах от голода и изнуряющей работы. Человек взял руку Донора в свою дрожащую ладонь и тихо сказал: - Ты крылат, Донор. Я же стар и скоро умру. Всю свою жизнь я работал и видел только товарищей по работе и темноту рудников. Прошу тебя, дай мне свои крылья хотя бы на день. Мне так хочется перед смертью понять, каково это - летать. - Я не могу дать тебе крылья на день, - ответил тот, - Но я могу подарить тебе их навсегда. Конечно, ты уже стар, но остаток жизни сможешь летать. Человек не знал, как и благодарить Донора за такой подарок. На следующий день он умер - на закате подаренные крылья рассыпались, потому что не могли долго существовать не со своим хозяином. Донор всю ночь не спал от боли - резались новые крылья. Утром в его дом постучали. - Доброго утра тебе, - вежливо поклонился ему Музыкант, - Если ты не занят, я хотел бы поговорить с тобой. Донор пригласил гостя на кухню, налил ему чаю и заверил, что готов его внимательно выслушать. - Ты знаешь, я пишу музыку, - начал Музыкант, - Я вижу или чувствую что-то - будь то предмет, человек, явление природы или приятный аромат - и сразу влюбляюсь. И из этой влюблённости вся моя музыка. Но три дня назад я понял, что не могу ни во что влюбиться. Что бы я ни видел, что бы ни делал, с кем бы ни говорил, всё это я уже давно знаю, давно посвятил всему ни один романс, и теперь мне кажется, что Город опустел. Нет, даже хуже, мой мальчик. Я понимаю, что пуст мир. Я не могу полюбить его так, как влюблялся раньше. Во мне умерла музыка. Музыкант посмотрел на Донора, тихо вздохнул и продолжил: - Я понимаю, что просьба моя очень нескромная. Но не мог бы ты отдать мне свои крылья? Я не прошу их мне подарить - нет! - но был бы счастлив, если бы ты дал мне их хотя бы на полдня. Быть может, я смогу влюбиться в небо, если мир для меня потускнел. - Если я отдам свои крылья, то не смогу забрать, - грустно улыбнулся ему Донор, - Поэтому я подарю их тебе. Ведь я тоже люблю твою музыку. И Донор подарил свои крылья Музыканту, который благодарил его со слезами на глазах. ...Потом пришёл Писатель. Он стоял и молчал почти час, и Донор не торопил его. Наконец Писатель сказал: - Я потерял слова, - и умолк, вытирая слёзы со впалых щёк рукавом рубахи. Потом он протянул Донору тетрадь и ушёл. Все сто страниц тетради были расчерчены для письма. И пусты. Ни одного слова. В тот же вечер Донор пришёл к Писателю. - Твои рассказы помогли мне узнать о таком, чего я никогда в мире не видел и вряд ли увижу. Теперь весь город ослеп без твоих книг. Я подарю тебе свои крылья - потому что в небе не нужны слова, небо нельзя прочитать или услышать. Там ты перестанешь плакать... Художник, Повар, Принц, Конюх - все приходили к Донору. Даже Башмачнику нужны были крылья. Они предлагали ему любую плату, но разве можно продать кусочки себя? Донор дарил их, и каждый раз улыбался, думая, что на одного страдающего стало меньше. Люди продолжали приходить. С каждой ночью режущиеся крылья причиняли всё большую боль. Донор кричал и плакал, а на следующий день с улыбкой встречал нового гостя, пришедшего за крыльями. Однажды к Донору пришёл и Звонарь. - Здравствуй... Донор, сидящий в кресле, поднял на него покрасневшие глаза. - Мою колокольню разрушили, колокола сняли и переплавили. Весь Город говорит, что ты даришь крылья... - И ты хочешь попросить меня дать тебе их? - спросил Донор, вскакивая на ноги. Его бледное лицо исказила гримаса боли. Звонарь был глух и, конечно, не мог слышать вопроса. Поэтому он молчал. А Донор расплакался. Он плакал долго и тихо, сотрясаясь всем телом, под сочувственным взглядом Звонаря. А потом расправил крылья и вылетел в окно. И - видит бог! - никогда он не чувствовал себя таким свободным и счастливым, как после отказа помочь нуждающемуся! А Звонарь смотрел ему вслед и улыбался. Ветер трепал перья на его крыльях, закатное солнце бликами играло на щеках. - Что ж, я найду кому отдать ненужные мне теперь крылья. Мне просто казалось, что тебе они нужны, как никому другому.