На грани

Плебеи. Были такие люди, которых так назвали в Древнем Риме. Низший класс. В 2255 году на Земле слово в целом вышло из употребления, так как низший класс давно уже не существовал. Если не вспоминать о деньгах, разумеется. В остальном все были равны. Более или менее. Но плебеи все еще существовали в кампусе Академии Звездного флота в Сан-Франциско. И плебеи эти были низшие из низших. Это были кадеты-первогодки, которым еще только предстояло показать себя. Они начинали обучение и могли засверкать сверхновой звездой или угаснуть, как белый карлик. Кадет Кирк, стоящий в центре толпы кадетов-первогодок, никак не походил на курсанта плебея. И пусть они стояли более чем в пяти сотнях километрах от Академического кампуса, это было ясно. Если не Кирку, то всем вокруг него. На него то и дело поглядывали. Шепотки несли его имя через бесплодную пустыню Мохаве. Дома, в Айове, для Джима Кирка это было обычным явлением. Местные полицейские, вместе с папашами парочки его бывших девушек, не спускали с него глаз. Городской занозе приходилось терпеть косые взгляды со всех сторон и разговоры за спиной. Он уже проходил через это. Но его старые делишки не объясняли, почему на него пялятся незнакомцы. Кирк уставился на наглецов в упор, давая понять, что принимает вызов. Его окружали десятки молодых кадетов. Возможно, они станут его друзьями, но, более чем вероятно, врагами на следующие четыре года в Академии Звездного флота. «Три года» – поправил себя Кирк. Он обещал капитану Пайку, что закончит обучение за три года. Точнее сказать похвастался. Это было не первое опрометчивое обещание в его жизни, и возможно не последнее. В Академию Звездного флота принимали самых лучших и блестящих представителей Объединенной Федерации планет, готовя их для жизни среди звезд. Большинство студентов вокруг него были землянами, но были и представители инопланетных рас – андорианцы и зарантийцы. Легче легкого было сохранить анонимность в море студентов всех размеров, форм и цветов спектра. Была, наверное, и какая-то другая причина, почему его одноклассники так зациклились на нем. Зеленый парень, стоящий рядом с ним, просто не мог оторвать глаз от Кирка. – Проблемы? – спросил Кирк. Парень пожал плечами и отошел, но Кирк с ним еще не закончил. – Что-то не так с моим лицом? Это была шутка, но Кирк уже начинал думать, что у него прыщ на морде размером с Юпитер или что-то не менее уродливое. Он никак не мог быть самым интересным человеком здесь. Откуда же такое пристальное внимание? – Они ищут твой нимб, – сказал голос позади него. Кирк обернулся и увидел девушку, которая стояла с поднятыми к небу руками, делая упражнения на растяжку, готовясь к предстоящими соревнованиями. Она была землянка, с длинными темными волосами, кожей цвета меди и пронзительными зелеными глазами. Мускулы ее ног обрисовались сквозь ткань форменных брюк, когда она принялась растягивать левую ногу, поставив ее перед правой. Обычно женская форма подразумевала ношение юбки, но сейчас она была заменена брюками, как более подходящей одеждой для полевых условий. – Знаешь, что такое нимб? Их носят ангелы. И сынки ангелов тоже, я слышала. Она переменила позицию, поставив теперь правую ногу вперед. – Ну и как это, чувствовать, что ты уже чем-то знаменит? – спросила девушка. – Похоже на дерьмо, – сказал Кирк. – А ты нахал. Мне такие нравятся. – Она кивнула и коротко улыбнулась. – Моника Линн. – Джим Кирк, – машинально ответил он. Определенно она знала, кем он был. И надо полагать все знали. Это было не удивительно. Отец Джима, Джордж Кирк, погиб, спасаю жену, новорожденного сына и восемь сотен человек, экипаж звездного корабля Объединенной Федерации планет «Кельвин». Капитану Пайку не было нужды напоминать об этом факте Кирку, чтобы склонить его к поступлению в Академию Звездного флота. И об этом все знали. Кирк присоединился к Линн в ее упражнениях. Он не принимал всерьез эти соревнования, но не мешало бы подготовиться к тому, что им предстояло преодолеть. Также это был повод подобраться к ней поближе. Солнце пустыни нещадно палило ему спину, но Кирк рядом с Линн принялся усердно делать наклоны. Их ждал один из самых сложных тестов, которые следовало пройти кадетам-первогодкам Академии Звездного флота. Вот знать бы еще зачем? Кадеты не получали никаких знаков отличия, здесь не присутствовали преподаватели. Курс на выживание в пустыне даже не входил в часть учебной программы Академии. Да и Кирк давно знал, что существует только один тест в Академии Звездного флота, который был действительно важен для дальнейшей карьеры. Но его можно пройти только когда станешь выпускником. Победитель же курса на выживание будет известен всего лишь как лидер кадетов-первогодок. Победитель своих товарищей будет первым в своем потоке, еще до наступления учебы. Старшекурсники, которые ни во что ни ставят плебеев, будут с уважением к нему относиться. И преподаватели будут знать на кого смотреть. В курсе на выживание мог быть только один победитель. Все остальные будут вторыми, а значит – проигравшими. Обычно Кирку на все это было наплевать. Ему не нужно было какое-то глупое соревнование, чтобы что-то там доказать. Но это был его первый шанс сделать что-то такое, что было бы его личным достижением, а не его отца. Отца, которого он никогда не видел. Жизнь такие возможности предоставляет не часто. В нескольких метрах от Кирка, кадет Ниота Ухура закончила свои упражнения и встала на линию старта. Люди уже толкались, занимали позиции, желая быть первыми на линии старта. Она отпихнула кого-то назад, не желая отдать свое место. Другие кадеты проводили время, пытаясь найти что-нибудь в шаттлах, задавая бессмысленные вопросы насчет того, почему у них забирают коммуникаторы. И почему бы не дать им трикодеры для обследования местности или фазеры для защиты от всяких всевозможных опасных тварей, что могли бы быть здесь. Ухура спокойно отдала все, что потребовали, и заторопилась к стартовой черте, чтобы добыть себе место. Ей нужно было всего лишь ее тело и ум, чтобы преодолеть этот курс. С теми, кто стоит рядом, ей предстояло соревноваться все то время, что она будет в Академии. Большинство из тех, кого она встретила в своем первом путешествии в Академию, уже где-то потерялись в толпе. Парни, что способны были затеять случайную драку в баре, в то время как на них уже была надета кадетская форма, были не из тех, кто ее интересует. И это была одна из причин, по которой Ухура радовалась, что отвергла тупое приставание Джима Кирка. Она уже заметила Джима в толпе недалеко от себя. Он даже не уловил, что она заметила его – и это было хорошо. Меньше всего ей хотелось бы, чтобы он подумал, что она им интересуется. Ни за что! Похоже, ему было плевать, он уже болтал с кем-то еще. Хорошо. У нее нет времени для подобного неприятного внимания. Она прибыла в Академию с другой целью. И хорошо бы кто-нибудь объяснил все про ее планы андорианцу, что пристроился позади нее. Две антенны, торчащие из белых волос на голубой голове, повернулись к девушке. Он занялся растяжкой ног, очевидно воображая, что выглядит соблазнительно. Еще чего! «Танас» – представился он, еще когда они летели на шаттле к пустыне, и не оставлял ее в покое с тех пор. – Ты должна присоединиться ко мне в этих соревнованиях. У нас будет отличная команда! – сказал он. Судя по всему, он ничего не знал ни об Ухуре, ни о предстоящих испытаниях. – Это не командные соревнования, – ответила она. – Нет ничего зазорного в том, чтобы прийти вторым, – ответил Танас. Она приставила руку ко лбу, защищая глаза от солнца, и осмотрела местность, делая явную попытку проигнорировать приставучего андорианца. – Тогда я буду рада обогнать тебя, – сказала Ухура. Было непонятно, где находится финиш. Кадетам сказали, что надо бежать в западном направлении, туда, где садится Солнце, пока они не добегут до конца. Возможно, финиш был не виден невооруженным глазом. Мили и мили по пустой пустыне. Поправка. Не пустой. Она полна природных и возможно искусственных препятствий. Если они хотели устроить бега на свежем воздухе, они могли бы использовать территорию академии или выпустить их на улицах Сан-Франциско. Пустыня выбрана не просто так. Они хотели, чтобы соревнование прошло в непривычной всем обстановке. Большинство кадетов жили в современных городах со всеми удобствами: движущимися тротуарами, турболифтами и даже транспортаторами. О, они были все натренированы. Они немало времени провели в спортзалах и на спортивных площадках с отрегулированной природной средой. Немногие из них раньше бегали по подобной территории. И Ухура как раз была таким кадетом. Она родилась и росла в Африке и у нее был опыт жизни при таком климате. Она не могла бы конкурировать с кадетом, выросшим на пустынной планете Вулкан, но и ее опыт чего-то стоил! Танас прекратил свою разминку, когда понял, что Ухура перестала обращать на него внимание. Для него это было немного обидно. Другие девчонки вокруг видели, как с ним обошлась Ухура. Они-то могли бы быть с ним и полюбезней, в отличие от Ухуры, весь интерес которой заключался в том, чтобы обыграть его. Его и всех вокруг. Группа старших кадетов собралась на скале, рядом со стартовой линией, они располагались на дюжину футов выше голов кадетов. И казалось, что это подчеркивает их статус – что они выше всяких там плебеев. Выражение их лиц менялось от самодовольного превосходства до некоторого беспокойства. Возможно, кто-то вспоминал, что делал сам в подобной ситуации. Ухура задалась вопросом – будет ли она стоять на этой скале через несколько лет? Окончит ли она Академию? Победит ли она в этом соревновании? На ее лице появилась решимость. Конечно, она сможет! Но она не могла представить себе, что вернется сюда, чтобы насладиться зрелищем перепуганных кадетов-первогодок. Без такого опыта она вполне могла бы обойтись. Один из старшекурсников, который был в шаттле на котором прилетела Ухура, забрался на самый большой валун, что был на скале. По его вызывающему виду Ухура поняла, что он именно тот, кто выиграл соревнование в свой первый год. Возможно, в его обязанности входило дать отмашку о начале соревнований? Улыбка тронула губы девушки, и она подумала, что все же неплохо будет вернуться сюда в выпускной год. Она сделает это, если победит! Танас принял стойку для начала бега, наклонившись вперед. – Похоже, начинается, – сказал он. Ухура скопировала его позу, готовясь рвануть вперед, через стартовую линию, как только соревнования объявят начавшимся. Старшекурсник, тот, кто стоял на валуне, поднес коммуникатор ко рту. Его голос был усилен динамиками и разносился на всю округу. – Доброе утро, плебеи. До того как вы отправитесь в Академию Звездного флота вам предстоит выдержать курс на выживание в пустыне. Позади Ухуры остальные кадеты тоже приняли позицию полной готовности к старту. – Ваше задание добраться первым до финала. Это все. Никаких правил, никаких других целей. И никаких вторых мест. Никакого приза победителю, никаких оценок, никаких благодарностей. Абсолютно ничего, кроме знания, о том, что тот, кто победил – самый лучший среди всех вас. Солнце вспыхнуло на поднятом вверх фазере. – Гонка начнется по моему знаку, – сказал парень, и фазерный луч ударил в небеса.