Простить...

      Девушка миновала лестницу и коридор, оказавшись прямо напротив тяжелой дубовой двери кабинета её горячо любимого дяди. Немного помедлив, чтобы собраться с духом, она все же набралась смелости и постучала, но ответа не последовало. Заходить без разрешения ей не хотелось, но откладывать разговор больше она не могла. Поборов саму себя и мысленно отругав Эффи, за то, что она приучила её соблюдать и чтить различные правила приличия и манеры, она все же вошла вовнутрь.       Её взору предстала привычная картина. Дядя сидел за своим столом, вальяжно расположившись в кресле, потягивая из стакана виски. Вокруг него были разбросаны различные бумаги и папки, несколько раскрытых книг лежало на диванчике рядом со сброшенным пиджаком и ненавистным ему галстуком.       - А, Китнисс, ты все таки пришла? – он оторвал свой взгляд от стакана и переключился на племянницу.       - Откладывать больше не имело смысла.       - Из твоих уст звучит не слишком вдохновляюще, - сделав последний глоток ответил Хеймитч, жестом приглашая посетительницу присесть. – Солнышко не стой, в ногах правды нет.       - А в чем же она есть? – Китнисс подошла к столу и отодвинула стул.       - Вся правда в заднице, поэтому и предлагаю сесть, - улыбнулся дядя и на его щеках появились ямочки, которые делали его похожим на мальчишку.       - Хейм, а что бы сказала Эффи! Где твои манеры? - передразнивая тётю пропищала девушка.       - Там же где и правда! Кстати мой кабинет это единственное место, на которое не распространяются все её правила, так что это мое своеобразное укрытие от урагана, носящегося внизу в новых туфлях.       Действительно личный кабинет Хеймитча был в коей-то мере неприкосновенным для вездесущих рук Эффи. С того момента как семья Эбернетти въехала в новый дом, Эффи переделала здесь казало бы все, начиная от пола и кончая потолком, исключением стала эта комната, или бункер, как называл её сам Хеймитч.       - Так что ты думаешь на счет той выставки? Будешь участвовать или уже передумал? – решила перейти к делу Китнисс, не любившая светские беседы, предпочитая проводить время с пользой.       - Ты все-таки решилась?       - Думаю да, - пожав плечами, ответила племянница.       - Ты уверена? – девушка кивнула. – Хорошо, по-моему, тебе давно пора перестать хандрить и начать все сначала.       - Я не хандрю.       - Разве? – мужчина поднялся с кресла и направился за бутылкой виски, стоящей на журнальном столике. – Последние полгода от тебя почти ничего не слышно, только дежурные вопросы и ответы, которые приходиться вытаскивать из тебя клещами.       - Знаю, но теперь это все в прошлом.       - Это правильно, - отсалютовав стаканом, ответил Хеймитч. – Будешь?       - Нет, спасибо. Не хочу завтра мучиться головной болью.       - Ну, я же не бутылку предлагаю, к тому же с выпивкой этот вечер будет не таким уж и скучным, - улыбнулся Хеймитч, вспоминая, как они вместе с братом раньше засиживались в барах до закрытия, в попытках познакомиться с девушками, после чего бросали это дело и покупали пиво. – Впрочем, выпивка делает все в этой жизни не таким ужасным, каким оно является.       - Так что там с выставкой? Твое предложение еще в силе?       - Разумеется. Отель «PLAZA», пятница, в семь, - заглянув в одну из папок, ответил Хеймитч. – Ты будешь одна? Прислать машину?       - Не надо машины, поведу сама. И да, я буду одна.       - Ну и правильно! Найдешь там себе какого-нибудь щедрого миллионера, как твоя тетушка.       - Не думаю, что мне повезет также как и ей, тем более я уже решила, что этот год я посвящаю самой себе. Хватит с меня парней и переживаний по поводу отношений.       - За это стоит выпить! – ответил дядя, осушив свой стакан до дна. – На том и решим. Думаю, нам стоит спуститься вниз, иначе от праведного гнева моей жены нас не спасет даже мое убежище