Простить...

      Китнисс сидела в удобном кресле из красного дерева, терпеливо дожидаясь загадочного гостя, по словам Хеймитча лучшего человека в своем деле. Вокруг царила напряженная атмосфера. Воздух словно был пропитан неизвестностью, а Китнисс давно усвоила, что неведение хуже всего. Но как она не пыталась разговорить дядю, он лишь отмахивался, отвечая что-то вроде: «Подожди немного, солнышко. Сейчас придет мой человек, и мы во всем разберемся».       За дверью послышались тяжелые размеренные шаги, сопровождаемые тихим скрипом половиц, наконец, в дверь постучались и, не дождавшись ответа, открыли. На пороге стоял высокий, подтянутый молодой человек, одетый в строгий костюм темно-серого цвета, точно такого же цвета галстук и белую рубашку. Его глаза были скрыты за темными очками, лишь волосы цвета пшеницы казалось совсем не знали расчёски или же просто не разделяли стремления хозяина выглядеть как самая важная персона в этой комнате.       Все то время, пока Китнисс его без стеснения разглядывала, он о чем-то увлеченно разговаривал по телефону, даже не посмотрев в её сторону. Казалось, его вид должен был произвести неизгладимое впечатление, однако Китнисс только фыркнула, поспешно отвернувшись, когда молодой человек попрощался с собеседником на другом конце провода.       - Здравствуйте, мистер Эбернетти, прошу прощения за моё опоздание, - проговорил почти ледяной голос, показавшийся Китнисс смутно знакомым. – Возникли некоторые сложности с вашим делом, но мне почти удалось их уладить.       - Рад слышать, проходите, - Хеймитч пожал руку своему собеседнику и жестом предложил сесть, указывая на место рядом с племянницей. – Познакомьтесь, это Китнисс Эвердин, моя правая рука, а по совместительству и племянница, - молодой человек снял очки и, обернувшись в сторону девушки, протянул руку для делового рукопожатия.       Следующее пара секунд показалась Китнисс вечностью. Она узнала его, это без сомнений был он. Тот человек, которого она думала, что забыла, выкинула из своей головы уже навсегда.       - Питер Мелларк, - поприветствовал её парень. – Приятно познакомиться, - он как бы ненароком сделал ударение на последнем слове, призывая девушку к ответным действиям.       - Китнисс Эвердин, - она вложила свою руку в протянутую ладонь больше на автомате, нежели из собственного желания. Она все еще была в шоке.       В комнате повисла неловкая пауза. Китнисс судорожно пыталась придумать как ей вести себя дальше, а Пит внимательно разглядывал её лицо, стараясь найти хоть какой то подвох. Хеймитч же с интересом перелистывал бумаги, только что принесенные Питом.       - Что же вы стоите, присаживайтесь, - оторвавшись от чтения, прервал молчание Хеймитч. – Мистер Мелларк, вы точно уверены, что без этого никак не обойтись?       - Я проверил все возможные способы сгладить эту ситуацию мирно, однако сделать это практически невозможно, - серьёзным тоном заговорил Пит, оторвав свой пристальный взгляд от девушки. – Могу вас заверить, что если объявится истинный обладатель этой картины, то вас непременно привлекут к делу. Это грозит не только потерей репутации на рынке, - он перевел свой взгляд на Китнисс и чуть помедлив, продолжил. - В самом худшем случае вы будете объявлены соучастником.       - Хеймитч, о чем он говорит? Он же шутит? – в глазах девушки отчетливо читалось недоумение.       - Милая, я не хотел тебе рассказывать пока все не будет предельно ясно, - Эбернетти налил себе немного виски и сделал глоток. – Понимаешь, в моем бизнесе есть определенные риски на которые мне приходится идти, но все это безопасно до того момента, пока на аукционе соблюдаются все правила. Но я бессилен их контролировать. Я лишь могу полагаться на честность своих коллег.       - Я все еще не понимаю о чем ты, - она перевела растерянный взгляд на Пита, надеясь, что хоть он прояснит ситуацию, но парень лишь отрешенно помотал головой.       - Китнисс, все будет в порядке. Мистер Мелларк здесь именно для этого. Он специализируется на делах связанных с искусством и торговлей антиквариатом.       - И давно? – девушка обратилась к Питу.       - Что давно?       - Давно ли вы занимаетесь адвокатской практикой? – она намеренно выделила «вы», отчего Пит нахмурился.       - Уже почти год практикую и вполне успешно, - стараясь придать невозмутимости своему голосу, ответил он.       - О… Мистер Мелларк скромничает, - вмешался Хеймитч.       - Едва ли, - фыркнула Китнисс.       - За последние полгода он не проиграл не единого дела и всегда его клиенты оставались в плюсе. Мне его посоветовал Люк Паркер.       - А, ну тогда все понятно. Если даже мистер Паркер считает что вы лучший в своем деле, то мой дядя действительно в надежных руках, - ответила Китнисс, а Пит смог уловить нотки сарказма в её голосе. – Ну и что же за дело? Может кто-нибудь из вас мне нормально объяснить? Мистер адвокат, может вы?       - Попробую, - Пит решил не обращать внимания на странное поведение своей старой знакомой и продолжил. – Видите ли, мисс Эвердин, не все продавцы предметов старины, включая живопись, чисты на руку. Иногда случаются ситуации, когда продавец этих самых ценностей, присваивает себе чужое произведение искусства, что в дальнейшем не редко сходит ему с рук, так как многие организаторы аукционов не особо заморачиваются с бумагами стараясь как можно быстрее сбыть товар. Лишь когда покупатель, уже приобретя товар, вознамерится его продать официально, как делает это ваш дядя, а не на черном рынке, ему пройдётся представить документы на свой товар, а также доказать подлинность.       - То есть, вы хотите сказать, что кто-то продал моему дяде краденую картину?       - Да, именно это он и хочет сказать, - опередил адвоката Хеймитч, предчувствуя новую перепалку, по их косым взглядам друг на друга.       - И что же нам теперь делать?       - Нам? – удивился Пит. – Ничего.       - Но вы же сказали, что есть выход, - не отступалась Китнисс.       - Я и сейчас это говорю, вот только я не уверен в вашем непосредственном в нем участии, - он подарил гневный взгляд Китнисс и посмотрев на Хеймитча добавил. - Простите, но я до сих пор не понимаю, каким образом эта ситуация связана с мисс Эвердин.       - Она мой представитель в таких делах и все проблемы я буду решать через нее. На данный момент мне необходимо находиться дома и я не могу следовать предложенному вами плану, а она может.       - Ладно, а она в курсе, что ей предстоит делать?       - Еще нет, я не хотел её беспокоить раньше времени.       - Понятно.       Они разговаривали, совершенно забыв о присутствии девушки в комнате, поэтому она решила непременно о себе напомнить.       - Эй, я все еще здесь! Что мне надо делать?       Мужчины вкратце объяснили ей свой план, не забыв упомянуть о возможном риске и опасности данной затеи. Но Китнисс это ничуть не смутило, она с детства любила приключения и просто не могла отказаться от такой возможности, тем более она чувствовала некую вину со своей стороны за то, что именно она посоветовала Эбернетти приобрести ту картину. Поэтому когда дядя спросил, согласна ли она, девушка ответила:       - Я в деле.       - Приятно слышать, - немного обреченно ответил Пит. – Завтра в восемь на станции. Все бумаги будут у меня.