Простить...

      Опершись на ладони, он резким движением спрыгнул с кровати своего небольшого парижского номера. Вот уже больше недели он не смог приблизился и на метр своей цели, все затеи и хитроумные планы оказывались безрезультатными. За неудачей на приеме у Хейсонда, последовал ряд неудачных попыток отыскать хоть малейшую зацепку о Хевенсби, но видимо удача не благоволила ему.       На фоне этой, по его мнению, глобальной проблемы особенно резко выделялись смены в настроении его вынужденной спутницы. В одну минуту Китнисс была тихой и милой, внимательно слушала его идеи, но буквально через секунду взрывалась словно вулкан. Выносить её повышенный тон было выше его сил, поэтому парень предпочитал отсиживаться в своем номере, смиренно ожидая когда, наконец, в его дверь постучит Делли с новой порцией бесполезной информации. Однако сегодня он проснулся с ощущением того, что что-то должно измениться и дело сдвинется с мертвой точки.       Он внимательно осмотрел свои апартаменты: все как обычно, ничего особенного – типичный номер стандарт класса с бежевыми обоями на стенах и двуспальной кроватью с двумя тумбочками. «Да, парень, на большее ты не заработал…» - пронеслось в его мыслях, когда его взгляд упал на слегка помятый, сложенный вдвое листок бумаги, видимо принесенный вчера взволнованной горничной.       Развернув послание, он узнал неровный витиеватый почерк друга, а по совместительству и отличного информатора.

«Кто ищет, тот всегда найдет. Гюго, 19.00 Д.К.»

      Чтение записки подняло его унылое настроение так, что от утренней хандры не осталось и следа, поэтому он сложил его пополам и, сунув в карман пижамных брюк, направился в сторону ванной комнаты.       Он быстро умылся холодной водой и достал бритву. Пит любил свой ритуал бритья - взмах лезвия вдоль привой щеки, от бакенбарда до уголка чувственного рта, затем верхняя губа, сначала справа, от крыла носа, потом слева, затем подбородок. Он находил столь дотошное занятие невероятно расслабляющим и в то же время помогающим очистить мысли от чепухи и сконцентрироваться на главном.       Смыв остатки пены с лица он потянулся за зубной щеткой, когда его взгляд случайно наткнулся на небольшую прямоугольную коробочку в мусорном ведре. Он бы никогда не предал этому событию большого значения, если бы не надпись на ней «Тест на беременность».

***

несколько дней назад

      Красивая, темноволосая девушка вот уже несколько минут ходила взад вперед по своей комнате, крепко сжимая в руках телефон с заведенным таймером.       Подозрение о том, что она может быть беременна зародились в голове совершенно случайно и, если бы её не насторожило странное поведение своего желудка, она бы и вовсе не стала о таком думать, тем более девушка всегда заботилась о мерах контрацепции. Она была предельно осторожна и даже в некоторой степени педантична в таких вопросах, но, как говориться «И на старуху бывает…».       - Боже, сколько можно! – еще никогда пять минут не лились для Китнисс Эвердин так бесконечно долго. Подумать только, из-за каких-то плюса или минуса зависела сейчас её жизнь.       Да, вы можете сказать, что она излишне драматизирует и жизнь не станет хуже, если в ней зарождается новый человечек, но вот только она так не считала. У девушки был целый список, состоящий, по крайней мере, из пяти пунктов, почему этого не должно произойти и первым был тот, что она еще не готова к этому.       - Наконец-то, - её метания прервал противный пищащий звук таймера.       Медленно, на ватных ногах она подошла к небольшому столику в ванной, на котором лежал ответ на все мучавшие её вопросы. Девушка застыла в шаге от своей цели не решаясь взглянуть. Прошли еще пара минут перед тем, как её взгляд опустился вниз.       - Нет… - она попятилась назад, пока спиной не уперлась в косяк двери. – Это невозможно… - её колени предательски подкосились, девушка медленно оседала на пол, обхватив голову обоими руками, безрезультатно пытаясь подавить рвущиеся наружу рыдания. - Нет, не здесь… Не сейчас…       Она никогда не считала себя слабой, бесполезной или не способной принять решение, но сейчас… Сейчас, когда она начала снова более-менее здраво мыслить ,девушка довольно четко осознала, что теперь ей предстоит принять наверно самое важное в своей жизни решение, и это пугало её. «Что теперь делать?» - вот вопрос, на который она искала и не могла найти ответа.       - Джоанна, я просто не знаю, что мне теперь делать, - взволнованный голос Китнисс донесся до подруги сквозь сотни километров.       - Во-первых, успокойся, хорошо? – Китнисс кивнула, не заботясь о том, что Джо этого не увидит. – Во-вторых, сходи к врачу. Может вся твоя беременность, это всего лишь неточный тест и мы еще долго будем смеяться над этим?       - Все семь были не точными?! Думаешь, я сама не догадалась бы сходить в больницу?       - Хорошо, значит, ты беременна, - Джоанна старалась говорить как можно мягче и спокойнее. – Может тогда, я не знаю, ты скажешь обо всем отцу ребенка? Если хочешь, я могу немного подготовить Гейла к этой новости.       - Нет!       - Почему? – голову Мейсон посетила неприятная догадка. – Ты собираешься сделать аборт?       - Конечно нет! – Китнисс была возмущена, что подруга смогла даже в мыслях представить, что она на такое способна. – Ребенок не виноват, что я такая дура!       - Тогда рано или поздно он все равно узнает, я не понимаю, почему ты разговариваешь со мной вместо того, чтобы обрадовать новоявленного папашу. Насколько мне известно, он любит детей, ты только вспомни, сколько он возился с Рори.       - Не в этом дело…       - А в чем тогда?       - В том, что, - набрав в легкие как можно больше кислорода, она приготовилась озвучить еще один, самый пугающий пункт из списка. – Я не уверена, что ребенок от него.       - …       - Джо? – Китнисс итак чувствовала себя паршиво, а теперь, когда лучшая подруга молчала в трубке, ей стало еще хуже. – Джо, пожалуйста, скажи что-нибудь!       - Пит? – это был своего рода риторический вопрос, Джоанне не нужен был ответ, она его итак знала. – Это он тогда был у нас в комнате, в тот вечер после аукциона?       - Да…       - Я знала, то есть догадывалась, - подруга сочувственно улыбнулась. – Господи, Эвердин, ты никогда не могла перед ним устоять…       - И что теперь? – Китнисс не дала ей договорить. - Поздно рассуждать о том, что я совершила тогда ошибку, поздно говорить о том, что ты меня предупреждала, и я… Я все это знаю, и никогда себе не прощу, что не смогла сказать «Нет» в ту ночь, но теперь это все не важно, понимаешь? Есть я, и есть ребенок, уже ничего не изменить…       - Да, ты права.       - И что мне делать?