Убийца

》Люк После того, как мы с Эштоном выбрали день для его встречи с Калумом (что произойдет на вечеринке в эти выходные, которую устраивает один из друзей Майкла – Джек), он ушел, оставляя меня и Майкла наедине. Было около одиннадцати, и за все это время мы почти ничего не сделали; просто сидели и смотрели разные скучные кулинарные шоу (Майклу, кажется, они очень нравились) и ели что попало. Мне было Н е в е р о я т н о скучно. Но это все же лучше, чем химия. Наверное. Как он это делает? Я перевел взгляд на зеленоглазого и зеленоволосого беглеца, наблюдая за тем, как тот ест картофельные чипсы. Он не похож на психа. Тем не менее, это то, кем он является. Этот парень один из самых психически нездоровых людей, который я знаю, помимо меня самого, но он очень хорошо скрывает это. Как ему удается? Притянув колени к груди, я свернулся калачиком на краю дивана. Майкл посмотрел на меня, уголки его вишнево-красных губ слегка приподнялись. Он ничего не сказал, наверное, потому что был глубоко в своих мыслях. Или просто был очень занят телевизором. Я хочу быть посвященным в его маленький секрет. Хочу знать настоящего Майкла. Не бесспорно обаятельного и кокетливого подростка. Хочу побывать в голове у серийного убийцы. Я хочу засунуть свой нос в каждый темный и пустынный уголок его прекрасного запутанного разума. Хочу знать его сильные стороны, его слабости и лимиты. Я хочу знать, что заставляет психа тикать. Что могло пойти не так в его жизни, что он теперь убивает? Искоса бросив взгляд на парня, я утонул в его безупречности. Его скульптурные линии челюсти, легкая щетина, которая щекотала бы мое лицо, начни я целовать его шею, милый маленький нос, как у котенка. Его невинные зеленые глаза, которые хранили в себе столько искаженных мыслей и воспоминаний. Невероятно пухлые губы, которые могли бы оставить бесчисленное множество отметин на моей коже. Этот отвратительно сладкий голос, тот, что посылает волны электричества вниз по всему телу. Все еще не отрывая глаз от телевизора, он быстро придвинулся ближе ко мне. Я разжал руки вокруг колен, ноги теперь упирались в пол. Сейчас наши бедра соприкасались, его бледная рука покоилась на внутренней части моего. Я вздрогнул, его пальцы стали нежно сжимать верхнюю часть моего бедра. - Майкл? – прошептал я, наслаждаясь его прикосновениями. Не хочу, чтобы он отпускал. Он почти заставляет меня забыть обо всем вокруг. Каждую ужасную вещь, каждый ужасный и отвратительный момент, через который мне пришлось пройти. Он, как вода, которая смывает прошлое и почти очищает все. Почти. - Да, малыш? – спросил он, успокаивающе вырисовывая круги большим пальцем на моем бедре. Он только что назвал меня малышом. Я, наверное, сейчас блевану бабочками и божьими коровками, и вообще каждым милым насекомым, которое когда-либо украсит эту чертову землю, потому что н и ч т о никогда не сравнится с этим чувством, когда Майкл называет меня малышом. - Поцелуешь меня? Его глаза встретились с моими, размыто-зеленый столкнулся с океанически синим и Все Вдруг Остановилось. Его губы обрушились на мои в лихорадочном беспорядке, нежные, клубничного цвета, они прижимались к моим собственным. Мои руки нашли свой путь к его голове, оттягивая электрически-зеленые пряди. Его руки сильнее сжали мои бедра, прежде чем он посадил меня на себя, сам откидываясь на спинку дивана. Теперь мои ноги обвивали его с двух сторон, соединяясь за спиной, и я не мог не чувствовать, словно одежда между нами была сделана из цемента в сотни метров толщиной. Она была барьером, и я бы сделал все что угодного, чтобы избавиться от него. Господи, Боже мой, я встретил этого парня только вчера и уже планирую заняться с ним сексом. Должно быть, я ненормальный или что-то в этом роде. Каждое оставленное им прикосновение ощущалось, как огонь; холодный, красивый огонь, который прожигал до самого ядра, и, казалось, оставался там. Я даже не заметил, что мы оба были уже без рубашек, пока он не начал оставлять небрежные поцелуи в районе ключицы. По бледной коже побежали мурашки, пока Майкл продолжал свое наступление с поцелуями на моей груди. Я откинул голову назад от удовольствия, когда он засосал кожу, оставляя заметный синяк ближе к середине моей шеи, такой сильный, что мои родители точно его увидят. В порыве поцелуев, Майкл толкнул меня назад, а сам навис сверху. Его бедра двигались, вырисовывая круги, трение между нами до такой степени захватывающее, что сложно было даже сделать вдох. Он снова соединил наши губы; на этот раз поцелуй медленный, менее нуждающийся. Этот поцелуй выражал желание. Мы жаждали друг друга, как виртуальные незнакомцы жаждут быть до безумия близко друг к другу во всех отношениях. Этот поцелуй, как никакой другой, демонстрировал страсть. Он остановился на секунду и нахмурился. - Что не так? - Люк, ты и представить себе не можешь, как сильно я хочу это сделать, но… - Но ты не хочешь? Такое ощущение, что мое сердце разлетелось на части; снова вернулось в состояние сломанной мозаики, в котором оно всегда было. Я не люблю быть зависимым от кого-то, особенно от человека, которого встретил всего лишь несколько часов назад, но не могу ничего поделать с тем, что он сделал со мной за эти часы, что мы знали друг друга. Я даже не знаю его второе имя, но чувствую, что мог бы разделить всю оставшуюся жизнь вместе с ним и я ненавижу это, ненавижу, ненавижу, ненавижу. - Господи, Люк, я хочу, но мы не можем сделать это сейчас. Пока что не можем. Я хочу, чтобы твой первый раз был с человеком, в которого ты влюблен. С тем, кто будет любить тебя до смерти, и я надеюсь быть этим кем-то, но в эту секунду, на данный момент я им не являюсь, - выдохнул Майкл, все еще лежал на мне и поддерживая свой вес на локтях. Я кивнул, плотно закрывая глаза. Всплески цвета в темноте моих век – довольно-таки замечательная вещь. Фосфен*, узоры света, двигающиеся за твоими веками. Я закрыл глаза, чтобы не видеть прекрасного парня на мне, но даже тогда я все еще продолжал видеть его в темноте, и, может, это означает что-то философское, типа он освещает мою тьму и сможет спасти меня от всех демонов или что-то в этом роде. А может это просто свет за его спиной оставил его запечатленным в моем зрении. В любом случае, он по-прежнему выглядел прекрасно, хотя и был сделан из света в моей маленькой темноте. - Майкл? – спросил я, глаза все еще закрыты. - Да, малыш? – бабочки и божьи коровки были кошмарно близко к тому, чтобы вырваться наружу. - Так как ты не будешь делать это, сможешь сделать кое-что другое? - Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать тебя счастливым, - его успокаивающий голос захлестнул меня, и почувствовал, словно каждая плохая вещь, которая когда-либо была сделана мной, оказалась смыта. Я открыл глаза, свежая зеленая трава встретилась с блеклым голубым небом. - Я хочу, чтобы ты взял меня с собой в следующий раз, когда пойдешь убивать. ____________________________________________________________________________ * Фосфен — зрительное ощущение, возникающее у человека без воздействия света на глаз. Представляет собой светящиеся точки, фигуры, появляющиеся самостоятельно в темноте.