Невыносимая жестокость

Утро наступило быстро. Открыв глаза, Гермиона не сразу смогла заставить себя подняться. Всё тело ныло, голова болела, но было намного лучше, чем прошлым вечером. Медленно сев в кровати, гриффиндорка поморщилась. Острой болью давал о себе знать её многострадальный затылок, но времени жалеть себя не было. Она встала на ноги и отправилась умываться. Ванная комната в башне старост была общей, поэтому девушка очень обрадовалась, что проснулась пораньше и смогла избежать очередной стычки с Малфоем. Наполнив ванную тёплой водой и добавив ароматную пену, Грейнджер аккуратно опустилась в воду и расслабилась. Гермиона была как будто в уютном коконе, в скором времени даже боль отошла на второй план. Это очень радовало волшебницу, ведь день предстоял не из лёгких. Сегодня предстояло Зельеварение и Защита от тёмных искусств со Слизерином. Выйдя из душа и завернувшись в полотенце, Гермиона поспешила в комнату - как раз во время. Через несколько секунд после того, как она скрылась за своей дверью, дверь спальни слизеринца, в свою очередь, громко хлопнула. Проснулся Драко не в лучшем расположении духа, что в последнее время происходило с ним часто. Полежав немного в кровати, Малфой отправился в ванную. В глубине души он надеялся, что встретит грязнокровку и сможет сорвать на ней свою злость, но ему не повезло. Драко не встретил своего врага ни по пути туда, ни по пути обратно. Большой потерей это, конечно, не было. Слизеринец прекрасно помнил, что сегодня у них есть совместные уроки. Злобная усмешка исказила губы блондина, и он стал не спеша одеваться. Тем временем Гермиона уже успела привести себя в порядок и добраться до Большого зала. По своему обыкновению, гриффиндорка села за дальний край стола и принялась завтракать. Она привыкла есть одна, хотя что уж там, Гермиона всё делала одна. После смерти Гарри и Рона, все её "друзья" отвернулись от неё. Первое время было тяжело, но Грейнджер не была бы Грейнджер, если бы не справилась и с этим. Главным её утешением теперь была учёба. Быстро позавтракав, отличница отправилась в библиотеку. Из-за вчерашнего наказания Гермиона не успела закончить эссе по Зельеварению, а прийти без домашнего задания она себе позволить не могла. Когда же в столовой появился Малфой, девушки там уже не было. Гермиона успела дописать эссе и подойти к классу. Как раз вовремя! Ученики только начинали заходить. Заняв последнюю парту в дальнем углу класса, Грейнджер быстро достала все нужные принадлежности и стала ожидать начала урока. Стоит заметить, что учителем и этого предмета был пожиратель смерти, но он гуманнее других относился к гриффиндорке. Не наказывал, не оставлял после уроков, просто ставил низкие оценки и критиковал её работу. Сложно сказать, что было хуже: вечные издевательства Амикуса или порча аттестата профессором Зельеварения. Но что могла поделать Грейнджер? Ответ только один - ничего. Урок прошёл относительно спокойно и без происшествий. Очередная низкая оценка, колкости и оскорбления слизеринцев стали для гриффиндорки привычными. Гермиона научилась не обращать на это внимания и погружаться в свои мысли. Но уже в конце урока произошло кое-что необычное. Группа слизеринцев, которая до этого активно перешёптывалась, неожиданно расступилась, и к Гермионе подошёл Малфой. Выражение его лица было на удивление спокойным, он не стал выкрикивать колкости, как делал это обычно. Присев рядом с девушкой, слизеринец лишь положил свою руку девушке на колено. Гермиона вздрогнула и тут же громко воскликнула: - Убери от меня свои руки, мерзкий хорёк! - Парень никак не отреагировал, тогда гриффиндорка сорвалась на крик: - Ты совсем оглох, Малфой?! Руки убрал, я сказала! Драко опять не ответил, и Грейнджер, не особенно себя контролируя, влепила слизеринцу звонкую пощёчину. Лицо парня исказила гримаса злости. Резко встав, Малфой впечатал девушку в стену и сжал руками её хрупкие плечи. Он посмотрел в ненавистные карие глаза и так, чтобы слышала только Гермиона, прошипел: "Я ещё разберусь с тобой. Только не здесь и не сейчас. Благо, возможность теперь есть". Затем отпустил девушку, и та в бессилии упала на стул. Резко развернувшись в сторону двери, Малфой вышел из класса. За ним потянулись и остальные слизеринцы, ведь урок был давно окончен, но такое шоу никто пропустить не мог. Только потом, идя по коридору, Гермиона поняла, что это был спор. Спор, который Малфой проиграл. Он был уверен, что девушка не посмеет его ударить, а Гермиона доказала обратное. Она чувствовала даже какую-то гордость за свой поступок. Гермиона сильно задержалась в библиотеке, поэтому по коридорам она шла бесшумно, постоянно боясь столкновения с кем-нибудь из профессоров. Ведь тогда ей не поздоровилось бы. Один раз гриффиндорка, правда, чуть не наткнулась на стоящую за поворотом Алекто, но вовремя заметила ее. Дождавшись пока пожирательница уйдёт, Гермиона продолжила свой путь и уже без проблем добралась до Башни старост. Открыв дверь и откинув упавшие на лицо пряди волос, лучшая ученица Хогвартса увидела перед собой на диване озлобленного слизеринца. Глаза Драко были устремлены прямо на неё, и, казалось, он пытался убить Грейнджер одним только взглядом. Слизеринский принц уже давно ждал своего врага в гостиной. Злость, ненависть и жажда мщения так и кипели в нём. Для Драко оставалось загадкой, как эта грязнокровка посмела поднять на него руку, да ещё и на глазах у всех! Он просто не мог ей этого простить, поэтому сегодня собирался замучить свою жертву до полусмерти. Когда Драко уже стал волноваться о том, что девушка решила заночевать где-то в другом месте, он услышал скрип двери и лёгкие шаги. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто пришёл. Малфой буквально чувствовал присутствие Грейнджер. Прямо взглянув на вошедшую в комнату девушку, он заметил, что в глазах смелой и отважной гриффиндорки промелькнул страх. Малфой злобно усмехнулся. - Ну, здравствуй, Грейнджер. А я уж думал, ты не придёшь. - Лучше бы не приходила, - тихо, чтобы не слышал Драко, прошептала Гермиона. - Что ты там бормочешь, грязнокровка? - медленно, растягивая слова, проговорил волшебник. Вместо ответа Гермиона сорвалась с места и побежала в сторону своей спальни. Девушка помнила обещание, данное Малфоем на Зельеварении, и ей совсем не хотелось давать врагу шанс на его выполнение. Но только подбежав к лестнице, Гермиона врезалась в какую-то невидимую стену и, обернувшись, увидела ухмыляющегося парня с палочкой в руках. - Очень недальновидно, Грейнджер, - обманчиво милым голосом проговорил слизеринец, - а я ведь хотел просто поговорить... Гермиона громко рассмеялась, не позволив Драко закончить: - Ой, хорёк, насмешил! Ты думаешь, я настолько глупа, что поверю в этот бред? Я прекрасно знаю, что ты проиграл пари, поэтому хочешь мне отомстить. Но знай - я просто так не сдамся! Новая волна злости вспыхнула в сердце слизеринского принца, и он прошипел, глядя Гермионе прямо в глаза: - Всё-то ты знаешь... Ты унизила меня, ударила! Посмела дотронуться своей поганой рукой. И я отомщу тебе! Столько яда и желчи было в словах Малфоя, а глаза его так бешено на неё смотрели, что это отвлекло Гермиону от нависшей опасности. Этих мгновений хватило слизеринцу, чтобы крикнуть: "Остолбеней!" Девушку отбросило к противоположной стене комнаты, но она быстро поднялась и успешно парировала три последующих попытки атаковать. Драко очень раздражало то, что у Грейнджер так хорошо получается отбивать его заклятия, и он решил резко сменить тактику. Отбросив палочку, Малфой накинулся на девушку и ударил ее кулаком в скулу, стесав нежную кожу. На щеке тут же появился большой отёк, но гриффиндорка ничем не выдала своих чувств. Она лишь усиленно пыталась выбраться из под Малфоя, который навалился на неё сверху и прижал к полу. Гермионе буквально нечем было дышать, и она тихо спросила: - Зачем ты это делаешь? - Потому что могу, - так же тихо ответил парень. На какой-то миг, буквально на долю секунды взгляды двух врагов встретились, и волна непонятного электричества пробежала между ними. Драко в замешательстве ослабил хватку, и Грейнджер потребовалось всего несколько мгновений на то, чтобы скинуть лежащего на ней Малфоя и направить на него палочку на случай, если слизеринец попробует снова напасть. Но Драко не предпринимал никаких попыток возобновить схватку, в его голове бурлили эмоции, происхождение которых он пока не мог понять. Но больше всего выводило из себя то, что в какой-то момент, когда гриффиндорка лежала под ним, Драко вдруг понял, что хочет её. Его мозг отказывался принимать этот факт. В голове крутилась только одна мысль: "Как я могу хотеть её?" Пока Драко приходил в себя и всё обдумывал, сидя на полу гостиной, Гермиона успела благополучно добраться до своей комнаты и, захлопнув за собой дверь, поставить на нее защитные чары. Всё-таки он боялась за свою жизнь. В отличие от Малфоя Грейнджер не мучилась из-за лишних эмоций. Она была просто рада, что всё обошлось, как говорится, малой кровью.