Внутри.

- Блять! За последние полчаса это было уже сорок третье подобное высказывание, Вергилий считал их намеренно, учитывая даже интонации близнеца. А повод материться был, и еще какой. Данте был товарищем двойственным. То есть иногда он мог найти на улице лотерейный билет (который никогда не поднимет) с комбинацией на миллион, а иногда оказаться единственным в толпе человеком...нефилимом, которому на голову упадет кирпич. Нет-нет, серьезно, такой нелепый случай был, так что глава Ордена иногда считал его переломным в интеллектуальном развитии Данте. Был братец-умница, любимец матери, потом бац! - и непонятный тип гоповатого вида. Но к чему все это говорилось - сегодня брюнет умудрился попасть под обстрел. Умные, хорошие ребята в форме и с добрыми глазами превратили охотника в решето, встретив на выходе из Лимбо и без лишних слов начав стрелять. Убить не убили, но когда Данте ввалился в их логово, Кэт отъехала в обморок. Грохоту было... На данный момент девушка находилась у себя в комнате, а близнецы сидели в гостиной. Если конкретно, то сидел один Данте - на стуле, задом наперед, вцепившись пальцами в спинку, а лопатками же развернувшись к Вергилию. Терпко пахло кровью. Яркое освещение навевало мысли об операционном блоке, а тихое гудение сервера - об исследовательски-испытательных лабораториях. - Твою налево мать, аккуратнее там, не в компе своем копаешься! Блять! - Сорок четвертое. Тонкий пинцет, направляемый пальцами в перчатках, входит под смуглую кожу, раздвигая сочащееся алым мясо - даже от легкого давления мелкие сосуды надрываются, лопаются. Выстрел прошел прямо под татуировкой, но пуля зацепила сустав между ребром и позвоночником, что заглушило ее движение. Снаряд застрял в легком и мелко дрожал при каждом вдохе-выдохе, создавая неприятную какофонию сипящих звуков. Будто Данте забавы ради всыпал себе в грудную клетку мелкой гальки. С него бы сталось, дабы удовлетворить свое извечное любопытство. Просто после того случая с идиотской попыткой поковырять свое сердце старший из близнецов и такому бы не удивился. Вергилий раздражено вздохнул и чуть провернул пинцет, на ощупь находя пулю, зацепляя ее и резко вытаскивая. Еще одна упала в лоток, где уже подобного металлолома хоть отбавляй, штук шесть точно. Брюнет повторил любимое ругательство, попутно помянув всю родословную спецназовцев. Услышь про подобное генеалогическое древо какой-нибудь ученый, у него бы шарики за ролики заехали еще на стадии банального представления возможного потомства. - Сколько там еще, Вердж? - Хрипло поинтересовался Данте, мучительно мечтая о сигарете. Но та в пачке, пачка в плаще, а плащ в дерьмо и в прихожей. Хотя охотнику сейчас с его легкими только и курить, ну конечно. Окровавленные пальцы в промокших, некогда синих перчатках скользят по загривку, татуировке и останавливаются на пояснице. Обводят края раневого отверстия, чуть соскальзывают внутрь и надавливают на границу с другой стороны, вынуждая подсохшую было в этом месте кровь хлынуть вниз, к ремню джинс. Запах крови настолько резкий, что кажется старшему из нефелимов сладким. - Еще два, - ледяным тоном садиста говорит Вердж, а кривящийся от боли Данте лишь кивает. Губы у него стали белыми - настолько плотно он их сжимает, весь цвет собрался в уголках. Боль никто не отменял даже для нефелимов... И странные желания тоже. У Верджа есть еще две пули, засевшие в теле близнеца.