Когда я убью его

Они делают это снова и снова. Оберин - потому что ненавидит. Эллария - потому что любит. Гора - потом что жертва. Когда Красный Змей прибыл в Королевскую Гавань, никто даже не предполагал, что все обернется так. И все же... Оберин слишком сильно ненавидит, чтобы оставить Горе безнаказанным его преступление. Эллария слишком сильно любит, чтобы превозмочь себя и не потворствовать любовнику в его безумствах. А Гора - жертва, и ему вообще никто выбора не давал. Они делают это снова и не могут остановиться. Каждую ночь Эллария снимает дневное платье и надевает другое - паутину из золотых нитей и тончайших цепочек, в которую искусно вплетены драгоценные камни. Узоры из них прикрывают срамные места, но оставляют столько простора для фантазии, что Эллария кажется более обнаженной, чем тогда, когда на ней нет ничего. Такие же золотые нити она вплетает в волосы, обвивает вокруг шеи, запястий и щиколоток. Наносит на губы кармин, делая их блестящими и соблазнительными. Наносит на виски специальные духи, которые дорнийские шлюхи из высшего сословия используют для соблазнения. И всегда Оберин очень внимательно наблюдает за тем, как она собирается. Потом придирчиво осматривает ее с ног до головы, не упуская случая обласкать грудь или задницу, и говорит одну только фразу: - Ты - совершенство, любовь моя. Каждую ночь потом Эллария идет к Клигану в его комнаты в Красном Замке и обольщает его. Он такой огромный, такой сильный, но в его взгляде Эллария читает что-то вроде восхищения. Оно и не удивительно. Что он видел в жизни, кроме войны, крови и насилия? Считай, что ничего. Никакого представления о том, как надо обходиться с женщинами. Он умеет только одно - причинять боль, иногда смертельную. Эллария улыбается, томным грудным голосом рассказывает, как нравится ей Гора, двигается плавно, как вода или как змея. Она и есть змея - настоящая подруга Красного Змея, и в этом ее сила. Она представляет себя змеей, когда трахается с Горой, и только это дает ей силу выдержать. Гора причиняет боль и ей тоже, но Эллария знает, что за каждый синяк, за каждый разрыв, за каждую сдвинутую со своего места косточку Оберин вознаградит ее своей любовью. Несколько минут напоследок, в которые Эллария позволяет себе короткую передышку, она лежит на грубой постели Клигана, состоящей из звериных шкур. Ей нужно собраться с силами и взять себя в руки, чтобы не сорваться и не воткнуть Горе в глаз отравленную шпильку, искусно спрятанную в пышной прическе, а улыбнуться и заверить его, что лучшего любовника у нее не было. Только так они смогут осуществить план Оберина, его месть - изощренную и извращенную, как он сам. - Когда я убью его, ты станешь моей, - говорит Гора, и в его представлении это, должно быть, похоже на признание в любви. Оно заставляет Элларию содрогнуться, но Гора ничего не замечает. Все это время Оберин ждет ее снаружи. Сидит на полу в стенной нише, скрытый от случайных глаз ночной темнотой, и прислушивается. Ему безумно интересно, что происходит внутри, и если бы он мог, то стал бы не только слушать, но и смотреть. Его возбуждает наблюдать за тем, как его любовницу берет кто-то другой. Точно так же возбуждается Эллария, когда на ее глазах он трахается с другими. Они стоят друг друга, и поэтому Оберин точно знает: пройдет немного времени, совсем немного, и он осуществит свою месть. А Эллария ему поможет. И однажды это случается. Оберин снова сидит на полу и вслушивается в закрытую дверь, но сегодня он сосредоточен и напряжен больше обычного. Если бы он действительно смог стать змеем не только по прозвищу, то вполз бы в любую щель, только бы все видеть и слышать. Все контролировать. Нервы напряжены до предела. На виске бьется жилка, но пульс ровный и не ускоренный. Так бывает, когда Оберин готовится к бою, и потом он, как правило, не проигрывает. Сегодня тоже бой, вот только сражаться предстоит совсем другим оружием, нежели меч или копье. Он сидит и прислушивается, потому что не может держать все под контролем. Пока не может. Вечность спустя открывается дверь, и в желто-оранжевом от света факелов проеме появляется черный силуэт Элларии. Оберин не может различить черты ее лица, ее тела, но по тому, как она стоит, опираясь только на одну ногу и придерживаясь руками за дверные косяки, он понимает, что она изнурена. Гора совсем ее измотал, и Красный Змей решает, что за это он тоже заплатит. Он поднимается одним тягучим движением и делает шаг ей навстречу. За прошедшие несколько секунд глаза успевают привыкнуть к свету, и теперь Оберин видит и усталость на лице любовницы, и кривую презрительную гримасу на ее губах и ненависть в ее запавших глазах. Ненавистью к Клигану Эллария заразилась от него. Ненавистью и жаждой мести, а то, что он проделывал с ней каждую ночь из многих последних, только растравило ее. - Теперь твоя очередь, любовь моя. Голос ее звучит глухо, и душа Красного Змея, если допустить, что она у него вообще есть, наполняется нежностью и состраданием. Он проводит ладонью по лицу Элларии, чтобы ободрить ее хоть немного. Заправляет за ухо выбившиеся из прически пряди. - Я знаю, тебе здесь не нравится, - говорит он. – Когда я убью его, мы сразу же поедем домой. И я дам тебе все, что ты пожелаешь. Она усмехается и отступает на шаг назад, давая ему возможность войти и уже совершить задуманное. Сейчас больше всего ей хочется, чтобы все поскорее закончилось. Гора лежит пластом на постели из звериных шкур и всем видом оправдывает свое прозвище, только не скачет. При факельном свете его кожа отливает нездоровой ноздреватой желтизной, но Красного Змея это не смущает. Он обходит Гору по кругу, останавливается перед его головой и опускается на уровень его глаз. - Ты изнасиловал мою сестру Элию и убил ее детей. За это я сделаю с тобой то же самое. Улыбка змеится на тонких губах. Маленькие глазки Горы, погребенные в складках грубого лица, сверкают яростью, но единственное, что он может сейчас делать – это нечленораздельно мычать. Красного Змея не зря считают лучшим в мире знатоком ядов, а Дорн – родиной самых экзотических и опасных из них. Сегодня Гора, распаленный и расслабленный чужой соблазнительной женщиной, потерял бдительность. Всего на мгновение, но в это мгновение Эллария воткнула в него отравленную шпильку. Правда, не в глаз, а в шею, но для нее это больше не имеет значения. Огромный рыцарь не успел даже сообразить, что случилось, как оказался полностью парализованным. Но сознание… сознание осталось при нем, чтобы он мог полностью понимать то, что будет происходить дальше. А дальше Оберин будет мстить – за них обоих. За Элию и Элларию. Она садится на стул, чтобы видеть все как следует. Она забывает прикрыться, но стыд – это что-то за пределами моральных представлений Элларии Сэнд. Ей все равно. Она действительно заразилась от любовника жаждой мести, и теперь настало время утолить эту жажду. Оберин не утруждает себя тем, чтобы раздеться. Обнажает только оружие – знак его мужественности, уже налившийся кровью и стоящий, как копье. - Ты изнасиловал мою сестру Элию и убил ее детей. За это я сделаю с тобой то же самое. Голос звенит обертонами стали и ненависти. Гора совсем не во вкусе Красного Змея, но это его не смущает. Мысль о мести пьянит и возбуждает лучше самых горячих и утонченных любовников. Особенно мысль о такой мести. Никто никогда не видел, чтобы Клиган проявлял интерес к людям своего пола, а значит, для него это будет в сто крат больней и унизительней. И он обязательно вспомнит об этом, когда дело дойдет до поединка, а значит, будет деморализован с самого начала. Многие считают, что Гора не ведает страха в своей жестокости. Но только не Оберин. Красный Змей хорошо знает, что пронять можно каждого, и хорошо знает людей. Лиши Гору уверенности в собственной мужественности, и Гора упадет. Так случается – горы тоже не вечны. - Ты изнасиловал мою сестру Элию и убил ее детей. За это я сделаю с тобой то же самое. На то, чтобы раздвинуть массивные ляжки, уходят некоторое время и усилия, но оно того стоит. Повезло хотя бы в том, что Элларии каким-то чудом удалось уронить его на живот. И вот Гора – голый, с раздвинутыми ногами, парализованный, беззащитный, готовый к жертвоприношению. Оберин облизывает ладонь, смазывает собственной слюной стоящий член и вламывается в тело горы с той же яростью и горячностью, как бросается в битву. Посуху сначала идет туго, но он не чувствует боли. Гора воет, но не может ровным счетом ничего. Когда появляется кровь, Оберин ускоряется, чтобы разорвать его еще больше. Вторую часть мести он оставляет до поединка, хочет насладиться убийством отдельно. И чтобы никто не смог сказать, что Красный Змей побоялся сразиться в честном бою. Лучше мести может быть только месть, растянутая во времени. За его спиной Эллария начинает смеяться и, похоже, не может остановиться. Все это длится целую вечность, похожую на ту, что Оберин провел в ожидании. Он останавливается, не кончив. Ему не нужна сейчас разрядка, не нужна оргазменная эйфория. Это он предпочитает получать с кем-то, кого действительно хочет. С Горой же ему достаточно обозначить сам факт. Он останавливается, когда жертва переходит с воя на хрип. Выходит из огромного тела, обтирается первым попавшимся под руку куском ткани и приводит в порядок одежду. Дело сделано, и можно уходить. К утру Гору отпустит от яда, и лучше в этот момент находиться от него как можно дальше. Он не посмеет напасть на гостей Красного Замка в присутствии Ланнистеров, а уж о том, чтобы обеспечить себе поблизости любого из львов, Оберин позаботится отдельно. Напоследок он обходит Гору и снова заглядывает ему в лицо. - Вспомни об этом, когда я буду тебя убивать. Через несколько дней они танцуют смертельный танец на ристалище, и по взгляду Клигана Красный Змей точно знает – тот помнит все. Каждую секунду унижения и позора. Оберин смеется и роняет гору. На себя. Месть свершается.

Июль 2014 года