Тот самый день

Тридцать первое октября, штат Иллинойс, небольшой городок, а в нем - большой дом Скелтонов. Во дворе дома бегает три маленьких двенадцати -тринадцатилетних скелета - Маргарет, Том и Пиф. Они бегали, резвились и ждали своих друзей, чтобы потом отправиться по городу с криками: "Сласти или Страсти - Мордасти". На чердаке, у окошка, в кресле-качалке сидел семидесятилетний Том Скелтон и смотрел на детвору. В свои пятьдесят семь он решил каждый год в Этот День - Канун Всех святых - El Dia Los Muertos * - сидеть на чердаке, в этом кресле и ждать... Вот и в этот день он ждал. На улице завывал ветер, листья кружились в особом танце мертвых и провожали детишек в "сладкий путь". Все они - десять мальчишек и одна девчушка - одетые-разодетые в различную нечисть - побежали за добычей. Ветер, завывая напутствующую песню, отправился вместе с ними, подхватывая налету танцующую листву. Дети бежали и кричали, а Том провожал их взглядом. Когда все смолкло, и казалось, что на улице и в доме наступила гробовая тишина, когда на чердаке стало так одиноко, так близко, но так далеко от мира, как в тех катакомбах, Том канул в воспоминания. Прошло больше пятидесяти лет, а он помнил все так, словно прошел всего лишь один день. Помнил, как удивился он и его друзья (Ральф, Генри Хэнк, Нибли, Джи-Джи и другие), когда в путешествие Пиф отправил их самих. Помнил, как сердце его остановилось на мгновение, когда Черное Облако - Смерть похитило Пифкина. Как захватывало дух от полета на самодельном змее. Помнил все волнующие приключения: в Египет и Англию, путешествие на метлах над Средневековой Европой. Помнил, как они построили Нотр-Дам, только бегая и созывая все, чему нет работы, одним лишь свистом. Помнил их последний полет в Мексику. Он помнил, как все они, почти не задумываясь, отдали год жизни за Пифкина - родного и любимого Пифкина. И никто не сожалеет о содеянном, ведь год в сопоставлении с целой жизнью - ничто. Помнил, как все они жадно ели кусочки черепа, дабы побыстрее освободить мальчугана. И он помнил свое волнующее прощание со Смерчем, помнил, что Тот пообещал ему встретиться, и знал, что так оно и будет. Том сидел в кресле-качалке до полуночи и грезил о встрече со Смерчем. Когда старые городские часы стали отбивать двенадцать, с мыслями :" Не в этом году - так в следующем", Том встал и направился к выходу. Внезапно на чердаке завыл ветер, кресло стало поскрипывать, и спустя столько лет он услышал знакомые нотки: - Доброй ночи, - проговорил долгожданный голос. - С Праздником. - Смерч. Череп - Да - Кости Смерч, - Том повернулся и посмотрел на кости, спрятанные под длинной черной мантией с капюшоном. - Не жалеешь? - зачем-то спросил он, и так зная ответ. - Издеваешься?! - тихо крикнул Том, догадываясь, что в доме все спят. Он хотел продолжить, но, посмотрев в глаза, которые поблескивали в дали капюшона, остановился. - Ты ждал меня? - Да. Я знал, что ты явишься. В тот же день, в то же время, когда мы попрощались, мы встретимся, - Том откашлял старину и оперся о стену. - Молодчина. Ты готов? - старик уже хотел ответить, но Смерч поднял руку, не дав ему сказать: "Да!" - Ты готов отправиться в дальнее путешествие своих души и разума, умерев здесь, оставив свою старину здесь, оставив свое тело в этом кресле? Как и тогда, почти не задумываясь, он ответил: - Да. Я... Я даю год и оставляю этот кусок мяса здесь. Смерч ничего не ответил, лишь ухмыльнулся. Он встал с кресла, уступая место Тому, а сам отошел на дальнее расстояние и дал ему умереть в спокойствии и одиночестве. Старик сел в кресло и посмотрел в окно. Перед ним не промчалась вся жизнь, перед ним пронеслось все их приключение. Когда они распрощались со Смертью Тогда Том улыбнулся Сейчас... и умер. Его старое, семидесятилетнее тело покинула молодая, тринадцатилетняя душа. Она выглядела как тогда - тринадцатилетний мальчуган в костюме Скелета, а все потому, что Том жил здесь, но был там: в тех приключениях, в тех чувствах и эмоциях, в тех переживаниях, в тех местах, с теми людьми. Смерч подошел к Тому, слегка улыбнулся - так, чтобы нельзя было увидеть, но можно было почувствовать - подхватил его, и вихрем они вылетели из окна к звездам, к новым приключениям, оставив старое тело в кресле-качалке на чердаке. На Тома нахлынули воспоминания. В полете он кричал и смеялся, а на глазах выступили слезы. "Неужели душа может плакать", - удивился про себя мальчуган. "О да, Том! О да! - мысленно послал ему ответ Смерч. - И это еще не конец, малыш. История продолжается!" Том засмеялся и закричал во все горло: - Ты не меняешься, Смерч! - Ты тоже, Том Скелтон... Ты тоже, Скелет - Том...