Адские муки

Это лето так прекрасно! Вот так бы всю жизнь стоять тут под вишней, смотреть на белые тучи и чтобы этот свежий загородный ветер трепал мои волосы. Триста километров от города, с одной стороны - десять километров просторного поля, с другой -стороны километровое озеро, прекрасный сад и два моих дома. Это самая настоящая свобода – вырваться подальше от этих надоедливых людей в свой мир, где ты один. -Джон, ты чего там с ведром заснул? Ну, может, почти, один. Но это нечего, бабушка завтра вечером уедет к своим знакомым, потому я тут. Надо за домом присмотреть. Дотащив ведро со свежей водой, из колодца, пошел есть свежие блинчики. Что-что, а готовит бабушка просто замечательно. -Слышь Джон, вот это я завтра уезжаю. Я совсем забыла тебе сказать, приедет один парнишка. Он у меня жил в прошлом году. Я не знаю, кем он работает и вообще, что, где, как, но он хороший мальчик, всегда помогал, не ленивый, ему как тебе двадцать два. -Бабушка мне все еще двадцать один. -Но все равно скоро будет двадцать два. Поживете тут вдвоем, пока я не вернусь. А то он отпуск взял, а поехать некуда, так я и предложила ему сюда приехать. Все равно дом пустой. -Так обычно ездят на море, или куда-нибудь на курорты. Чего ему в деревню вздумалось поехать. – я не очень то был рад, что кого-то принесут черти. Ведь надеялся целую неделю побыть наедине. А тут - нате вам, подарочек. -Кажется, он как раз хотел в безлюдное место. Ну это уже его дела. Так о чем это я, ах да, он приедет на маршрутке. Встретим его вместе, заодно сама сяду и поеду. Ты с ним внучек подружись, хорошо? -Ладно. Согласился я не с очень радостным выражением лица, но куда уж деваться. День прошел очень хорошо, а вот с вечера все пошло кувырком. Чуть не убился когда подымался по ступенькам, уснуть никак не мог, всю ночь крутился у себя на втором этаже. На первом у нас кухня, а во втором, маленьком деревянном домике, бабушка спит. Там кроме печки, стола и кровати, вообще ничего нет. А этот дом уже кирпичный, утепленные стены, чердачная комната – моя комната, с шикарным евро ремонтом, здесь три кровати, стол телевизор. Хоть телик я наверно вообще не включаю, больше читаю под абрикосом в тени, на срубленном дереве. Утром голова болела и страшно хотелось спать. Еще встать пришлось рано, из-за маршрутки, что шла в семь часов утра. Потому, встал аж в шесть. Пока дошли до остановки, уже и маршрутка подъехала. Из нее вышло всего трое людей. Все мужчины. Один щуплый мелкий парнишка, пытавшийся дернуть сумку в три раза тяжелее чем он, второй огромный кабан, с конкретным перегаром и еще кто-то в бейсболке с увесистым портфелем. -Макс сюда. – помахав рукой, призвала бабушка кого-то к себе. Я же с сонным любопытством ждал, кто отреагирует. Отреагировал тот высокий, мускулистый громоотвод, с портфелем. Почему-то моей первой мыслю было то, что если он прихлопнет меня своей сумкой, от меня останется лишь мокрое пятно. Макс тем временем расцеловался с бабулей и выпрямился во весь рост. Он был на голову выше меня. Кажется спортсмен, у тех, кто ничем не занимается, такого тела быть не может. -Знакомьтесь Макс это Джон. Джон это Макс. Мы с ним просто пожали друг другу руки и кивнули. Он тоже был сонным. Хоть и не настолько как я. Через пять минут прибыла бабушкина маршрутка и она уехала. За эти минуты, я немного рассмотрел лицо Макса. Хоть под бейсболкой и черными очками это было проблематично. Он немного напоминал выросшего заядлого хулигана, со времен школы, за которым бегали девчонки, но еще чаще от которого убегали слабые. И еще этот шрам на шее, он почему-то притягивал свое внимания, заставляя рассмотреть его вблизи. Я мотнул головой, возвращая мысли назад. Я понял одно, что он никаких чувств не вызывает, ни отрицательных, ни положительных. Мы молча пошлепали к дому. За всю дорогу, на протяжении часа, мы не проронили ни слова. Слишком сильно хотелось спать, всем. Дойдя к дому, ко мне наконец дошло, что он будет спать в моей комнате. Значит видеться мы с ним будем еще чаще чем я предполагал. Поднявшись по лестнице и войдя в комнату, я завалился в свою кровать и простонал своему новому сожителю: -Те две свободны, выбирай какая нравиться. – наблюдая за ним, одним полуоткрытым глазом, я смотрел как он кинул, на ближнюю ко мне кровать, свою сумку. Это и так было очевидно, что он выберет ее, она намного больше третей и как раз подходила ему по размерам. Макс стал распаковывать вещи, сначала простыни, наволочки, затем штаны, футболки, книги… и как это все вместилось в его портфель? Затем он стал вытягивать: бритву, шампунь, мыло, полотенца, обувь, плеер, пару дисков… нет, все же у него вместо сумки черная дыра. Наблюдая за ним, я медленно уснул. Разбудила меня мобильная мелодия. Мелодия, точно, не моего мобильника, значит Макса. Я еле открыл глаза. Он как раз выходил из комнаты. Закрыв за собой дверь, он остался на небольшой площадке, где луче всего ловила сеть. Я ехидно улыбнулся, неужели он думал, что его не будет слышно? Через эти, на вид, широкие двери все превосходно слышно. Даже если я не хотел слушать его разговор, то его слова будто звучали прямо у меня в голове. -Я сбежал не для того, чтобы ты мне звонил в первый же день. – грубым тоном ответил Макс и замолчал слушая голос в трубке. – Я не понимаю, на кой черт я оставил тебя, следить за делами. Ты хоть головой пользуешься? Если он не может убить, сделай это сам…. Мне все равно как ты это сделаешь! Размажь по стене, засунь в мясорубку живым, удуши, порежь на мелкие части, выбирай, что тебе больше нравиться. Ты должен выполнить этот заказ! Подключи фантазию. Макс опять замолчал. А по моей спине поползли мурашки, сердце пропустило пару ударов. Неужели он преступник, убийца? -Кость, если я вернусь и не увижу хорошего навара, то ты отправишься вслед за Игорем. Ты меня понял. Потом даже плакать не сможешь! У меня рука на Игоря не дрогнула, а на тебя и подавно не дрогнет. Все я отключаю мобильный и попробуй мне только позвонить из-за такого пустяка опять. От всего услышанного у меня сжался желудок, я еле мог вдохнуть воздух, так почему-то было страшно. Я месяц пробуду один на один с хладнокровным убийцей. За дверью послышались шаги по лестнице и легкие ругательства. А следы моего недавнее сна и усталости исчезли. Мне хотелось бежать, звать милицию… но куда бежать? Кто мне поверит? Что я - мелкий человечек, могу сделать? Остается лишь прожит это время и не чем его не дразнить и не бесить. Через пол часа я наконец совладал со своими мыслями, осознав, что это не так уж и страшно. Ведь не убьет он меня здесь?! Когда все мысли пришли в норму, я вдруг услышал, что на кухни что-то готовиться на сковороде и как стучит нож о деревянную доску. Будучи личностью любопытной, я, позабыв о своих страхах, спустился вниз. Увиденная картина была, слабо говоря, удивительной. В сковороде жарилось мясо, рядом кипел соус и варилась картошка. Макс умело резал свежие огурцы с огорода, рядом, уже порезанные, в мыске красовались редиска, зеленый, помидоры и укроп с петрушкой. На самом Максе красовался красный фартук с белыми ромашками. Он так нелепо смотрелся на его могучем теле, что я рассмеялся. От неожиданности, Макс дернул рукой и нож, выскользнув, порезал ему палец. Кровь тут же выступила и закапала на пол. -Ой извини! – удивляясь своему сорвавшемуся голосу, воскликнул я. -Да ладно и не такое бывало! – совершенно спокойно пожал плечами тот, а у меня аж сердце екнуло. А что же тогда бывало? -Я сейчас за аптечкой сбегаю. – прохрипел я, и побежал наверх, заодно переводя дыхание. По дороге, проклиная свою глупость и думая о том, как еще долго я проживу на этом белом свете. Через секунду я уже возвращался с бинтом, перекисью и зеленкой. -Дай забинтую. – сказал я, забегая на кухню и глядя, как он обсасывает раненый палец. Он тут же протянул его. Я вздохнул с огромным облегчением – порез не глубокий. Быстро продезинфицировал, замазал и забинтовал рану. Тут я нарвался на удивленный взгляд Макса. – Что ты так на меня смотришь? – не сдержался я и спросил. -Ты кто? Впервые вижу, чтобы так быстро и качественно бинтовали! – объяснился Макс. -А, я учусь на медика. – радостно улыбнулся я. -Классно, главное полезно. – в ответ улыбнулся он – значит не злиться, у меня как будто гора с плеч упала. – Через пол часа будет ужин! – посмотрев на плиту, оповестил он. – А чего ты вначале засмеялся? -А, это… ну я увидел на тебе фартук… и понимаешь… -Понимаю! Я действительно, глуповато смотрюсь в нем. – клацнув языком согласился Макс. – Слушай, тут есть выход на речку? Хочу завтра утром рыбу половить. -Да конечно. Если идти по дороге вдоль огорода, а потом немного налево, то сразу увидишь кладку. Просто за кустами ее совсем не видно. – рассказал я маршрут. – Ты извини, это я должен готовить еду, ты ведь гость. -Не говори глупостей. Я рад, что смог сюда попасть, тут просто классно. Тихо, спокойно, природа, а самое главное очень далеко от людей и цивилизации. От этих слов у меня опять свело желудок, от страха. Однако, если не обращать внимания на тот телефонный разговор, он вполне нормальный парень, общительный и с чувством юмора. Вскоре я накрыл на стол и мы сели ужинать. Солнце уже давно село, когда мы закончили мыть посуду. Еда была просто замечательной, я такой вкуснятины еще никогда в своей жизни не ел. Я сделал комплимент Максу, но он лишь махнул рукой и сказал, что это пустяки и нечего особенного в этом нет. Приняв душ и вернувшись в комнату, я посоветовал ему взять что-нибудь луче чем одни трусы и полотенце, потому, что комары любят свежую кровушку. Но он лишь фыркнул, что я похож на заботливую маму. Через пол часа, я умирал со смеху, валяясь на кровати, не в силах остановиться. Макс гордо вернулся после душа, закутавшись в одно лишь махровое полотенце, а на его теле было около пятидесяти огромных укусов. Однако я невзначай отметил, что тело у него просто офигенно красивое. Закончив смеяться я предложил ему крем от комариных укусов. -Ты как ходячая аптечка! – съехидничал он, когда я мазал ему укусы на спине. Моей улыбки он увидеть не мог. Он мотнул мокрой головой и на меня попали холодные брызги, от чего я возмутился: -Ей, голову вытирать надо! Заболеть хочешь? -Хватит на сегодня твоих пророчеств. – подымая указательный палец вверх, возразил Макс и пошел доставать с сумки второе полотенце, для головы. -От черт! – выругался он. -Что уже случилось? – заинтересовано выглядывая из-за его спины, спросил я. В ответ он из портфеля достал полулитровую бутылку водки. – Думал, что у твоей бабушки есть муж, так взял, чтобы выставиться. А потом вспомнил, что она вдова. Что делать? Я то не очень люблю пить, стараюсь вести здоровый образ жизни. – озадаченно, объяснил все Макс и растерянным взглядом посмотрел мне в глаза. В ответ я лишь пожал плечами. -Ее не так уж и много, можно отметить знакомство. На кухне еще остались помидоры и огурцы. -Ну, давай. – согласился он. Через минуту, на столе уже была закуска и разлитое по рюмкам горючее. -За знакомство! – мы чокнулись и осушили по первому стакану. Оба скривились и кинулись за закуской. После второй, мы начали рассказывать анекдоты и заливаться смехом. После третей, Макс рассказал, что является владельцем небольшого ресторанчика. А после четвертой, я проговорился, о том, что слышал телефонный разговор. -Могу представить, что ты подумал! – заливаясь смехом, сказал Макс. -Вообще, что ты наемный убийца! – честно признался я, тоже заливаясь смехом. – Ведь ты говорил кому-то, кого-то убить. -А ведь на самом деле, мне звонил помощник повара. У нас заказали свежую рыбу - суши. Это классно смотрится. Она лежит на тарелке, нарезанная мелкими кусочками, а голова с глазами шевелятся и моргают. Так шеф повар, заявил, что так над существом издеваться не будет и отказывается это делать. Потому я и приказал заместителю, сделать все своими руками, раз тот болван не может. Параллельно покричал на него. -Это понял, но ты угрожал ему, что сделаешь с ним тоже самое, что и с каким-то Игорем. -Так Игорь мой брат, я его отправил в школу для поваров. А там так все строго, что просто жуть. Вот и приходиться угрожать остальным этой же школой. Она для них как ад. – заливаясь смехом, он откусил часть огурца. – А ты что думал, я его убил? -Ну а что ж еще? – мы опять залились смехом. На ногах уже почти никто не мог стоять. Эти детские дозы сильно врезали нам по мозгам. На пятой рюмке, вырубился свет… Буквально! В селе такое постоянно. От этого мы засмеялись пуще прежнего. -У меня здесь где-то был фонарик. – вспомнил я и встал, чтобы пойти к тумбочке, с вещами. -О, точно, я с собой тоже брал! – воскликнул Макс и резко подорвавшись с места, направляясь к кровати, на которой я сидел и где была его сумка. В результате он натолкнулся на меня и мы оба, с грохотом полетели вниз на кровать. Хорошо что не на пол, однако он придавил меня своим телом. Мы опять заржали. Я попытался встать, но натолкнулся лицом на его плечо. Макс был в одних штанах и тепло его тела, сжигало меня, преодолевая тонкую кофту, что была на мне. Повисла непонятная тишина, а в голове стали появляться такие мысли, что я обрадовался, что свет вырубили и не видно моих горящих щек. Будучи полностью пьяным, с помутившимся рассудком я выдохнул горячий воздух ему в шею. На удивление Макс протяжно застонал. -Надо найти фонарик. – проговорил он мне прямо в ухо и все во мне сжалось, от наслаждения. Интересно он специально? Знаю точно, что дрожь, пробежавшую по всему моему телу, он почувствовал на все сто процентов. Я смутно почувствовал, как его рука обхватила мою кисть и наши пальцы переплелись. Его горячее дыхание коснулось меня на шее и медленно стало опускаться к ямке возле ключицы. И тут, будто со стороны я услышал свой собственный стонущий, практически умоляющий голос: -Нет, я не люблю муж… -Я тоже. – перебив меня, сказал Макс и так горячо поцеловал меня в губы, что в ту же секунду мне стало все равно. Его язык играл с моим и даже отвратительный привкус водки, не мог испортить этого наслаждения. Он прижимал меня к себе, так же сильно, как и я его. Мы целовались, обжигая друг друга губами. Я так не хотел, чтобы он отстранялся от меня, чтобы этот рай не прекращался. Но Макс оторвал свои губы от моих… Таким одиноким и брошенным я себя еще никогда не чувствовал. Послышался треск ниток и пуговицы моей кофты, полетели в разные стороны. Было слышно как они падают и катятся по линолеуму. Я тяжело дышал, так было жарко. Но стало еще жарче, когда он стал хаотично целовать всего меня. Лаская руками и губами мои плечи, грудь, живот, он наслаждался стонами и вздрагиванием моего тела, от каждого прикосновения. Я поймал себя на мысли, что ни с одной девушкой, мне не было так хорошо. На огромное удивления, мне нравилось чувствовать на себе его крепкое тело и то, как сильно и одновременно нежно, он сжимал мою руку. Я хотел его… нет, не просто хотел, а хотел как никого в этом мире. Приподнявшись, я обхватил его за шею руками и потянул на себя, Макс не удержал равновесие и с силой повалился на меня. Как же мне это понравилось. Я стал целовать и посасывать его шею, прямо там, где с бешеной силой пульсирует вена. Знаю, завтра там будет огромный засос, но не могу сдерживать себя, когда он так стонет от наслаждения. От такой услады, у него сбивается дыхание и Макс начинает тяжело дышать. Это заводит меня еще сильнее. Я медленно перехожу по шее к мочке уха и начинаю играть с ней. Как приятно чувствовать мелкую дрожь его тела. Его рука проскакивает в мои льняные штаны, и от неожиданности я вскрикиваю, впиваясь ногтями в его спину. Неужели он хочет это сделать? И на свое удивление понимаю, что хочу этого также. Его ласки с каждой секундой становились все энергичней. Продолжая работать рукой, он целовал мою грудь, играл с сосками, а потом стал медленно опускаться вниз, постепенно стягивая с меня штаны. Через несколько секунд мы оба уже были полностью голыми и я всем телом чувствовал какой он возбужденный. Наше тела переплетались, лаская друг друга и вот наконец он придвинул меня к себе в плотную и посадил себе на бедра. Наши животы соприкасались. Макс дышал мне на губы, медлил… будто спрашивая разрешения. Я обвил его шею руками и поцеловал так крепко, как только мог. Он положил на мою талию руки и наконец сделал это. Он вошел в меня… медленно… нежно… больно… божественно! Я застонал, хоть хотелось кричать от этого болезненного наслаждения. А он начал опять ласкать языком мои соски, медленно входя глубже. Я двинул бедрами и сквозь темноту увидел, как Макс закусил губу, чтобы не закричать. Ускоряя движения наших тел, я наслаждался выражениями его лица. Чувствуя его в себе, хотелось чтобы так было всегда, вечно. Большой… горячий…и этой ночью только мой! А потом мир для нас двоих, одновременно расплылся, разнесся на тысячи молекул, уничтожился и собрался обратно в экстазе… экстазе, что длился секунду, но растянулся в вечность… и вечность, что уменьшилась до секунды блаженства. Все закончилось но мы не выпускали, друг друга с объятий, будто боялись, что исчезнем, что это окажется сном. Обнимаясь, мы заснули.