Раб

На следующий день, когда я проснулся, графа уже не было в особняке. Мария меня накормила, и я пошел работать в сад. К обеду я уже закончил со всем бурьяном, вспушил землю, помыл камни, что окружали отделения разных клумб. От нечего делать я пошел в библиотеку и читал до вечера. Все ушли, а графа ещё не было. Это мне нравилось, потому что сильно отличалось от предыдущей жизни. Вернулся граф раньше вчерашнего. Я по привычке подошел, чтобы взять вещи, но тут граф резко одернул мешок, с которым вернулся и отдалив его максимально далеко от меня заговорил грубым голосом: -Не прикасайся к нему, – такой же силы голос, как и обычно, однако его властный, тяжелый тон, почти заставил мое сердце остановится от страха. Я сделал пару шагов назад, склонив голову, ожидая наказания. Но ничего не последовало, граф спокойно прошел мимо в свою комнату. Что же там было, что он так оберегает? Мне стало страшно, я опять его разозлил. Я отнес книгу в библиотеку. По дороге вспомнил, что Мария попросила напомнить графу, что завтра она на работу не выходит и что еда на завтра приготовлена, и стоит на столе. Подойдя к двери его комнаты, мне хотелось убежать, ведь скорее всего он зол. Однако если я скажу это ему завтра, он скорее всего, разозлиться еще сильнее. Так я простоял около получаса у двери, решаясь стучать или нет. В итоге я решился и постучал, никто не ответил, я постучал во второй раз, опять тишина. Самым правильным и логическим делом было бы развернуться и уйти. Однако наверно это была моя судьба, положить руку на ручку и повернуть ее. В комнате горели свечи. Кровать не расстелена, вещей графа не было. Только я собрался уходить, как увидел на тумбе книгу, в черной кожаной обложке. Ноги сами понесли меня к ней. На кожаной обложке было выжжен скелет, державший в руках пятиугольную звезду, в которой заплеталась змея. Черная магия. Запрещенная литература, за которую церковь сжигает на костре. Я в ужасе попятился к двери. Я служу у колдуна. Он убивает людей, снимает с них кожу, проклинает прохожих и наводит порчу на детей. Я выбежал с комнаты графа и помчался к своей комнате, но не успел дотянутся к ручке, как увидел его подымающегося по лестнице. Остановившись, я попытался совладать своими чувствами и скрыть признаки страха. Поднявшись он посмотрел на меня, неопределенным взглядом и стал идти к себе. -Мария просила передать, что завтра ее не будет, она просила вас об одном отгуле, месяц назад и вы дали ей разрешение… - начал я говорить, максимально стараясь сделать свой голос спокойным. -Знаю. – спокойно ответил граф, проходя мимо меня. Судя по всему, он меня не заметил возле своей комнаты. Всю ночь я крутился, от того что снились кошмары, разного содержания. Просыпался я раз двадцать. Снилось как меня убивает граф… выпивает мою кровь… режет на части… наводит порчу… проклинает… Решив, что лучше не спать, чем смотреть эти кошмары, я оделся и пошел на кухню. Ни Марии, ни Ванессы еще не было. Я перекусил хлебом и пошел в сад. Я работал долго, точнее сказать находил себе работу долго. А перед глазами все время проплывали образы той книги и ночных кошмаров, с собственной смертью. Я смывал пыль с листка розы, когда за спиной послышался леденящий душу голос: -Хорошая работа. – перед глазами промелькнула картина, как он загоняет мне в шею крюк для прополки бурьяна, от этого уголки глаз стали влажными, но я не позволил себе проронить не слезинки. Вместо этого я, делая свой голос как можно тверже и радостней, ответил: -Рад, что вам нравится, господин. – я боялся повернуться, потому глупо продолжал стирать пыль с листьев. -На сегодня ты свободен. – говорил он подходя ближе. – Не хочешь поиграть в шахматы? – этот вопрос был неожиданным для меня, на столько, что я повернулся, с очень удивленным выражением лица. Увидев мое лицо, он ехидно улыбнулся. Я вспомнил рассказы людей о колдунах, считалось, что если ты проиграешь колдуну или колдунье, то твоя душа навеки будет принадлежать ему, ей. -Но я не умею играть. – виновато сказал правду я. А сам в глубине души искренне радовался, что не умею. -Жаль. Просто я взял отпуск на месяц и решил поиграть, а Мария и Ванесса не умеют. Думал хоть ты умеешь. Ничего, я тебя научу. Ладно, пойду, погуляю. – сказал граф и развернувшись, направился ко входу, но у двери остановился и невзначай сказал, глядя в яркое небо. - Знаешь, этой ночью будет прекрасная полная луна. Дверь за ним закрылась и он уже не мог увидеть мое перекошенное от ужаса лицо, трясущиеся ноги и текущие слезы по бледного цвета коже. Все-таки он знает, что я был у него в комнате, он меня убьет за то, что я знаю его тайну. Он сделает это сегодня. Я доживаю последние часы жизни. Граф ушел из дому, а я все еще сидел в саду и вспоминал всю свою жизнь, или она мелькала сама у меня перед глазами? Когда слезы высохли, а глаза перестали быть красными я пошел и пообедал, может быть, последний раз в своей жизни… Стемнело. Граф еще не пришел со своей прогулки. Я сидел в комнате на подоконнике окна и смотрел, как подымается полная луна. Она напоминала мне лезвие от гильотины, чем выше она подымается, тем меньше у тебя остается времени. Всегда я видел в пятнах луны разных животных: рыб, собак, кроликов, драконов. Сегодня же я видел в ней улыбающийся череп. Я с ужасом прислушивался к каждому шороху. Пару минут назад ушли Мария и Ванесса. Когда за ними закрылась дверь и я остался стоять в темнеющей комнате, мне казалось, что в любую секунду на плечо ляжет рука графа и он выйдет из тьмы особняка с ритуальным ножом в руках. Его вечно усмехающееся и одновременно ледяное лицо, мерещилось в каждом углу. Послышался удар входной двери – вернулся граф. По всему телу пробежались орды мурашек, я будто приклеился к окну, даже руку оторвать от стекла не мог. Я успел смириться с тем, что сегодня умру, но часть моей сущности все еще отчаянно хотела жить. Я ждал, когда повернется ручка двери и войдет граф, несущий мою смерть. Но ручка все не поворачивалась… ожидание стало нестерпимым… мое внимание привлекло какое-то движение, за окном. Присмотревшись я увидел в саду графа. Он шел медленно, снимая пиджак, расстегивая жабо и верхние пуговицы кофты, он развязал ленту, что сдерживала прямые волосы. Оставляя все это между грядками, он уселся под вишней, упершись спиной на ее ствол. К окну, с которого я наблюдал за ним, он сидел боком. Граф сидел подогнув ногу, запустив левую руку в распушенную землю клумбы с ирисом, а второй рукой обводил закрывшиеся лепестки роз. Он вдыхал раскрывшиеся ночью белые цветки драцены, на ее пьянящий аромат слетелись ночные бабочки, на колено графа прыгнула квакша, вздувая свои мешки на щеках, из своих норок вылезли ночные змеи и ящерицы. Граф смотрел на луну и практически не шевелился. Что он делает? Почему там? Он что, не собирается меня убивать? Меня засыпали собственные вопросы, и ни на один я не знал ответа. Граф сидел там под деревом, я тут мучился в ожидании смерти, а луна подымалась все выше и выше. Свет ее серебряных лучей освещал графа с ног до головы, мне начало казаться, что луна существует исключительно для него. Я забыл о смерти, перестал боятся, все казалось бессмысленным, до того момента когда граф открыл глаза и посмотрел не в мое окно, а прямо в мои глаза. Каждый глаз светился своим огнем. В них не было ненависти, в них не было вообще никаких чувств. Так прошло около пяти секунд, я закрыл окно шторой, у меня не хватало сил противостоять ему. Постояв пару минут спиной к окну, я пошел в кровать спать. В голове мелькало лишь две мысли – пока он мне ничего не сделает; он все знает и это только начало его игры. Проснулся я рано утром. На столике было две серебренные монеты. Это меня удивило, так как он же говорил, что будет давать одну в неделю. Теперь был повод сходить в город. Я оделся, взял одну монету и спустился в кухню. Мария меня накормила, Ванесса убиралась в доме. -Доброе утро Велиант! – радостно улыбнулась Мария, помешивая что-то в кастрюле. -Доброе. А где граф? – спросил я запихивая еду в рот. -Спит еще. – пожала плечами она. Интересно эти обе знают, что он колдун? Хотя это навряд. -Я пойду в город, на рынок, скажете графу? -Да без проблем. Но ты не долго, будь осторожен. – по матерински посоветовала она. Я кивнул и побежал из города, на свободу. Я гулял, наслаждаясь жизни, гулял, осматривал округи. Купил себе некоторой одежды, смог попробовать ту еду, которой никогда даже не видел. Начало дня был идеальным и жизнерадостный. Когда солнце начало подыматься, пришло время возвращаться к работе садовника. Хоть искренне не хотелось. Вернувшись я узнал, что граф все еще спит. Неужели он просидел в саду всю ночь? Я немного радуясь, что не увижу его, пошел работать в сад. Не описать моего удивления когда я увидел, что все цветы, что вчера окружали графа в саду, особенно вишня – зацвели. Этот цветущий участок казался вырванным из мира сего. Как колдун мог такое наколдовать? Ведь их магия направлена лишь на уничтожение прекрасного! Работая, я к своему несчастью и огромному огорчению нашел запонку графа, в виде двух крыльев. Теперь придется с ним встретиться. Может, он специально ее тут оставил? Может, проверяет меня? Лучше вечером, только не сейчас. Когда я уже не знал, что еще сделать в саду, уже медленно темнело. Я помыл вещи, сложил в камору. Помыл запонку и поплелся наверх. У двери я сомневался еще пару минут, но ничего другого не оставалось. Я постучал пару раз. Тишина. Долго не раздумывая я повернулся и направился прочь от проклятой комнаты. -Войди! – остановил меня женский голос, из комнаты. Я удивленно вернулся и повернув ручку двери неуверенно вошел. Посреди комнаты стояла женщина. На ее теле переливалось серебренное вечернее платье, оно напоминало чешую русалки, в которой отражается величие луны. Кровавые волосы уложены сзади и лишь три пряди свисали на лицо и щеки, подчеркивая ее прекрасные черты лица. Серьги, ожерелье, кольца, браслеты и заколки в волосах были с одного набора. Я никогда не видел такой красивой, манящей и одновременно пугающей особы. Хотя наверно видел, это был проклятый граф. С этой мыслью я заметил ее глаза они были разными как у него. Граф стоял ко мне спиной, к женщине лицом, на половину, закрывая ее своим телом. Он не шевелился, напоминая статую. Женщина зашевелила правой рукой, что скрывалась от моих глаз и я услышал как граф застонал. Она же не прекращала смотреть мне в глаза. Они такие же холодные и глубокие как и у графа, но все таки не такие. Она ехидно улыбнулась и еле слышно засмеялась, от этого страшного смеха, мое тело превратилось в лед. -Какой у тебя милый раб. Совсем невинный… чистый, как хрусталь… - заговорила она, завораживающим голосом, обходя графа и идя по направлению ко мне. Перчатка на правой руке была не серебренной, а алой. В моих глазах застыл страх. Что здесь происходит? – Братец я хочу его. Ты не против? Граф упал на колено и я увидел нож, торчащий в его животе. Я сделал шаг к графу, чтобы помочь, но меня обвили руки, одна серебряная, другая алая. Когда она успела зайти за мою спину? Тоже колдунья – подумал я. Она взяла меня за подбородок, наклоняя голову вправо. Почему-то я не мог пошевелиться. Граф выплюнул кровь со рта и прохрипел: -Тронешь его… убью! – он выдернул нож и на ковер потекла кровь. Его шатало, но женщина засмеялась и проговорила: -Не будь жадиной, его кровь должна быть прекрасна на вкус. Не так ли? – ее голос резал меня изнутри. Она склонилась надо мной и я увидел белоснежные зубы, а среди них очень острых два клыка. Она вампир? – Ты его еще не пробовал? – В ее голосе слышалось удивление, после она опять засмеялась. Моему страху не было придела. – Смотри я его выпью до дна и ты ничего не сделаешь! Граф с ненавистью сделал рывок и метнул кинжал измазанный собственной кровью. Лезвие пролетело у самой моей шее. Лезвие ее не задело, а кровь графа загорелась, соприкоснувшись с ее кожей. Она закричала, как Сирена, стекло в окне треснуло и разлетелось на тысячи осколков, впуская лунный свет. -Я еще вернусь… братик!!! – послышался голос, хоть ее уже не было. Граф, поняв, что уже все в порядке, упал на пол облокотился о стену и закрыв рану рукой, скривившись, застонал от боли. Его, как снег, окружали осколки стекла. Я бросился к нему снимая жакет, затем чтобы порвать и сделать что-то на подобии бинта, чтобы остановить кровотечение. Он поднял руку останавливая меня, на пол пути: -Уходи в свою комнату, закрой двери и не выходи до утра. – приказал он, кривясь от боли. Я даже не подумал так сделать, вместо этого, я нагло подошел и разорвав его кофту стал осматривать рану. – Ты глухой? Я сказал, чтоб ты убрался! – все еще давясь своей кровью крикнул он. -Если не остановить кровотечение, вы умрете! – тоже крикнул я, впервые в жизни подняв голос на своего хозяина. Это его ошеломило. Это так читалось по разноцветным глазам, в них было огромное удивление. -Я не умру, это легкая рана. Присмотрись! – тихо сказал он. Я так и сделал, стал всматриваться. От того, что я увидел у меня задрожали руки. Его рана понемногу затягивалась, сама по себе, я вопросительно поднял на него глаза. -Уходи немедленно! Иначе умрешь. – опять крикнул он. -Но ее тут нет, она не причинит мне вреда. – оправдался я. -Она нет, а я да. – он скривился, так сильно что я увидел два белых клыка. -Вы вампир! – прошептал я в голос. -Да, и из-за раны, сейчас мне чертовски много крови хочется, я голоден. Потому хочешь жить - уходи. Бегом! – крикнул он, а я как истукан даже моргнуть не могу. Неожиданно для себя и еще более неожиданно для графа, я проговорил: -Тогда пейте. Повисла тишина. Зачем я это сказал? Я ведь не хочу ему отдавать себя на съедение. Так почему я это сказал? Его удивленные глаза, были мутными, казалось, что он уже начал умирать. С уголков рта все еще капала кровь. Он схватился за бок, застонал: -Ни за что. Если я тебя укушу, то ты станешь таким же… уродом! Я не хочу чтобы мой хозяин умер. Притом такой хозяин. Да он колдун, да вампир. Но он хорошо относится ко мне. Защитил меня от этой стервы. И я хочу, чтобы он жил. Все это промелькнуло в моей голове и я понял, что должен сделать. Подымаюсь на ноги, беру бокал со стола, подхожу к ножу, подымаю и резким движением режу себе ладонь, вскрикиваю от боли. Кровь начинает ручейком стекать в бокал. Когда он наполнился я отнес его графу и не обращая внимания на его слабое сопротивление прикладываю край бокала к его губам. Бледность лица, за эти минуты стала еще более выразительной, глаза более мутными, движение вялые, он почти на грани сознания. Однако после первого глотка, он все же начинает пить. Я наблюдал за этой неимоверным изменением. Лицо с каждым глотком становится все более живым и румяным, глотки увеличиваются, синие губы становятся алыми. Я вздохнул с облегчением. Теперь можно успокоится. Он допил до конца, поставил бокал на пол. Рана затянулась, полностью исчезнув. -Дай руку. – приказал он своим живым, командирским тоном, я не мог возразить и протянул порезанную ладонь, с которой все еще текла кровь. Он распрямил ее и прислонив к губам, прошелся языком вдоль пореза. Я чувствовал его немного шершавый, обжигающе горячий язык на ладони. Было больно и почему-то приятно, от этого я скривился и застонал. Он отпустил руку и открыв глаза я не увидел на ней пореза, а он исчез. -Слюна вампира заживляет, но не превращает. Хотя есть немного побочные эффекты, ненадолго. А теперь иди. – сказал он. Я радостно улыбнулся и резко встал. Лучше я этого не делал. Из-за того, что я поделился кровью, у меня закружилась голова, потемнело в глазах и я потерял сознание. Но перед тем, как я полностью погрузился во тьму, я почувствовал, как сильные горячие руки обхватили мое тело, а голос графа называл меня по имени и пытался вернуть к сознанию. Однако это не помогало, я отключился и попал в мир спокойствия. Но всего на несколько секунд. В этом искусственном сне я видел графа, чувствовал его рядом, как он держит меня за руку и кажется, даже, плачет. Через раненную ладонь, ко мне переносились все его чувства. Наверно это как раз и были побочные эффекты, того, что он заживил мою руку. Меня удивляло то как он переживает за меня. Никогда не думал, что колдуны и тем более вампиры могут чувствовать, вообще что либо. А граф чувствовал. Когда сознание ко мне постепенно начало возвращаться, я понял, точнее почувствовал, что лежу на мягком, наверное, меня перенесли на кровать. Свет слепил глаза, уже было утро, провалялся без сознания я слишком долго. Руку что-то еле ощутимо сжимало. Повернув голову и открыв глаза, первое что я увидел было лицо графа. Замученный, явно не спавший пару ночей, с растрепанной прической он держал меня за руку и радостно улыбался. -Ты проснулся! – сорванным голосом прошептал он и, кинувшись на кровать, обнял. -Хозяин, успокойтесь. – попытался я напомнить ему, что он мой господин, а я раб. -Прости, ты три дня был без сознания, я не знал, что думать. Три дня? Нда-а-а-а, наверно я переборщил с отданием крови. А еще чертовски хочется кушать, аж живот сводит. -Я тебе еды принесу, а ты лежи. – наверно он прочитал мои мысли. Через пять минут прибежал с огромным подносом, со здоровой горой разнообразной еды. -Спасибо. – кивнул я и принялся поглощать все подряд. А он сидел рядом на кровати и смотрел, как я ем. Когда же я доел, он забрал поднос и протянул мне кубок с какой-то подозрительной жидкостью. Я неуверенно взял его в руки. -Это зелье поможет тебе уснуть и увеличит уровень крови. – объяснил граф, видя мое сомнение. Я все выпил, хоть на вкус, напоминало болотную воду. Не успел граф закрыть за собой дверь, как я опять вырубился.