Багровые небеса

      Багровый небосвод, словно залитый чуть спёкшейся кровью, затянул смрадный угольно-чёрный дым, разъедающий глаза, тяжко оседающий на легких, заставляющий кашлять, тратить силы. Бешеные искры, мечущиеся в безумном языческом танце по всему полю битвы, взывающие Марс освятить бойню, резко жгли кожу, особенно если набрасывались целым снопом.       Всадник, желающий положить конец безумию одним ударом, галопом пронёсся мимо закашлявшегося истрёпанного воина в красном капюшоне. Блеснула немилосердная сталь…       В момент удара воин распрямился. В момент, когда лезвие прорубило кожу на шее, мышцы, трахею и позвонки, белые глаза вспыхнули с неверием. Мир медленно начал крениться на правую сторону; мозг ещё продолжал работать, и секундная боль прочно засела внутри, не имея выхода. Он не понимал, не мог принять произошедшее. Ещё слишком рано для его конца. Он не был готов к такому исходу — для него битва только началась.       Прежде уверенные, ныне безвольные руки дрогнули, выпуская тяжёлый меч. Сильное тело грузно рухнуло на колени, сбросив с себя клочки ткани и волос, подпрыгнули и бряцнули доспехи на сотрясшейся груди. Кровь объяла торс падшего нефилима, гладкой рекой стекая вниз на взрытое сотнями ног поле битвы.       Мир перекувыркнулся, перемешав черноту и багрянец. Угасающий разум сухо шептал: «Смерть… смерть идёт».       Отсечённая голова пала в лужу, где грязная вода вмиг смешалась с кровью. Внезапно пробежавший импульс заставил веки моргнуть, но лицо, искажённое неверием и загубленным в зародыше криком, не разгладил.       Вернулся тот самый удачливый всадник, описав круг на коне. Спешился, нагнулся и, вцепившись в белые волосы поверженного противника, поднял победный трофей над головой, огласив поле брани торжествующим криком.       Обезглавленное тело Войны недолго пролежало без внимания. Победителю было важно потешить раненую от потерь гордость — осквернить останки. За ноги верёвкой привязав труп к коню, воин пустил животное вскачь — пусть все видят, пусть все знают. С Войной покончено.       Но не было ему ведомо, что плоть не есть тюрьма для Всадника Апокалипсиса. Душа Войны спустилась в мир Мёртвых и пронеслась по нему верхом на огненном коне, как жуткий ураган, не дав никому себя раскрыть, даже Костяному Владыке. Не узнанный, не пойманный, он покинул серые равнины, преодолел завесу из злобной тени рокового часа и вернулся туда, где застыли в вечном ожидании его братья.       Однажды он снова вступит в бой под багровыми небесами, а пока настало забвение.