II. Приключение на Ж - Не буди во мне стерву!

POV Автор. Небо постепенно светлело. Снег всё так же медленно падал крупными хлопьями. В парке на скамье сидел молодой человек. Его взор был обращён к земле. Быстрой походкой к нему приближался ещё один парень. Сев рядом, он откинул капюшон и стряхнул с нег с осветлённых волос. Взглянув на друга он тяжело вздохнул. — Эй, Кикван, — обратился к нему блондин — Ты чего такой кислый? Она тебя отшила что ли? — Нет, — покачав головой, ответил парень. — Тогда чего ты тут нос повесил? В чём проблема? — В том, что ты оказался прав… — вздохнул Кикван, вытянув ноги и взглянув на небо. — Прав? В чём? — Она беременна. И точно не от меня, это я сто процентов знаю, — горько усмехнувшись, сказал парень, смахивая с лица хлопья снега — Поэтому я ей ничего не сказал. — Ясень пень, — хмыкнул блондин — Ты же с ней не спал. И что ты будешь делать? — Ничего, — пожав плечами, ответил брюнет — Ты ведь меня знаешь. Я не создан для семейной жизни, а становится отцом, для чужого ребенка, как-то меня не тянет на такой подвиг. — Ну тогда у меня предложение… — сказал блондин, обнимая друга за шею — Погнали в клуб. Брюнет кивнул, и друзья, дружно встав со скамьи, направились в сторону ближайшего клуба, ещё работающего в такое время. POV Юн. Прошло три месяца. Я уже на последнем месяце беременности. За эти месяцы, к нашему счастью, не произошло ничего катастрофического. Наконец-то у нас снова началась спокойная жизнь. Я получила аттестат. Мои друзья уже подали документы в университеты. Я бы тоже хотела учится вместе с ними и дальше, но я скоро стану мамой. На учёбу не будет время, поэтому я даже никуда не подавала документы. Дэхён, как и обещал в письме, больше не появлялся… Я пыталась узнать, через брата, где он и всё ли с ним в порядке, но он лишь узнал, что Дэхён ушёл служить, а в какие войска и в какую воинскую часть — этого уже мы не знаем. Сама я не решалась показаться на глаза его родителям, чтобы разузнать о нём хоть что-то Пару раз я срывалась и набирала его номер, но смелости так и не хватило нажать на кнопку вызова. Знаю — я дура. Но вернёмся в настоящее. Я уже дождаться не могу, когда мой малыш появится на свет. Похоже и малыш не может этого дождаться, так как последнее время, слишком активно пинается. Вот и сегодня он устроил мне бессонную ночь. Всю ночь пинался, словно он играл в футбол. Поэтому сейчас, после душа, я замазывала круги под глазами. Скрыв следы бессонной ночи, я спустилась на первый этаж. Из кухни приятно пахло. Видать Химчан опять дорвался до плиты. Да, он до сих пор живёт с нами, хотя ремонт в его квартире уже закончился. Он остался под предлогом, что я должна быть под круглосуточным наблюдением опытного врача. Где он увидел опытного врача, я не знаю. Его я не могу назвать опытным врачом, так как он ещё не окончил университет и не прошел интернатуру, но спорить я с ним не стала. Это бесполезно. Зайдя в кухню, я молча села за стол и стала наблюдать за Химчаном. Он то и дело метался от плиты к шкафчикам и обратно, взбивал яйца и сыпал муку, шипел и матерился, когда раскалённое масло попадало ему на руки. Со стороны это так забавно смотрится. — И давно ты здесь сидишь? — спросил он, откидывая со лба прядь волос, закончив готовить. Ему бы не мешало подстричься немного, а то за полгода он вообще ничего не делал со своими волосами, из-за чего они сильно отрасли. Поэтому сейчас он их просто заплетал в хвост. Не отрицаю, что ему такая «причёска» идёт, но всё же, как-то непривычно. Он был весь перемазан в муке, на одежде видны частички яичной скорлупы, а на руках заметны были небольшие ожоги от кипящего масла. Ну, чудо… Я лишь улыбнулась в ответ на его вопрос. Взяв чистое полотенце, я начала стирать с него муку и яичную скорлупу. Закончив приводить его в порядок, я отложила полотенце и взяла аптечку из шкафчика. Достав из аптечки противоожоговую мазь и пластырь, я начала смазывать его ожоги. Закончив заклеивать пластырем его травмированные руки, я убрала мазь обратно в аптечку. Сжав и разжав несколько раз руки, Химчан взял у меня аптечку и убрал её на место. — Зови братьев, будем завтракать, — улыбнулся он, начав наводить порядок на кухне. Пока он прибирался на кухне, я пошла будить своих братьев. К счастью, Ённама выписали из больницы и сейчас он спит в своей комнате. Разбудив братьев, и дождавшись, когда они приведут себя в порядок, мы пришли в кухню и все вместе сели за стол, завтракать. Позавтракав и прибрав за собой, я поднялась в комнату, переоделась и вместе с братьями пошла гулять до реки Хан. График, который составил Химчан, нарушать нельзя. Вот мы и гуляем каждый день. Вот только сегодня, после завтрака, мне что-то не здоровится. Живот что-то тянет с самого утра. Остановившись на набережной, я облокотилась на перила и прижала руку к животу. Я бы не сказала, что мне больно или малыш сильно пинается. Вовсе нет. Мне не больно, и малыш на удивлении притих, но есть некий дискомфорт. Заметив, что я остановилась, братья обернулись и тут же подлетели ко мне. — Юн, что с тобой? Тебе плохо? — затараторил Ёнгук. — Ты рожаешь? — запаниковал Ённам. — Нет! — нахмурилась я — Просто живот тянет и всё. — Может пойдём домой? Химчан тебя осмотр… — начал Ёнгук. — Со мной всё нормально, — перебила я его, отойдя от перил. Братья с недоверием смотрели на меня. Вот же курицы-наседки! Вот как их убедить, что со мной правда всё в порядке, если они готовы отправить меня в роддом даже если я просто чихну. Для них уже и это знак того, что я рожаю. Не обращая внимания, на всполошившихся братьев, я спокойной, размеренной походкой гуляла по набережной. Хоть сейчас и был февраль, погода сегодня на удивление тёплая. Ветра практически нет, а если и бывает дует, то дует тёплый. Солнце ярко светит, от чего тонкий слой снега начинает таять. Вернувшись домой, я поднялась к себе в комнату и легла на кровать. Из-за беременности меня часто клонит в сон. Вот и сейчас, только коснувшись головой подушки, я тут же засыпаю. Надеюсь малыш не начнёт пинаться и даст мне хотя бы сейчас поспать. А ещё, может, у меня перестанет тянуть живот. POV Author. Проснувшись только вечером, Юн встала с кровати. К сожалению, тянуть живот у неё не перестало. Наоборот, тянуть стало ещё сильнее. Она не могла понять, с чего вдруг вообще началось это. Выйдя из комнаты, она направилась в кухню. Кушать ей не хотелось, а вот жажда её просто одолевала. Выпив полный стакан воды, она направилась в игровую комнату, откуда доносились голоса её братьев и Химчана. Только поднявшись на первую ступеньку, у неё по животу тут же резанула сильная боль. Сложившись по полам, Юн, схватившись за перила и живот, сползла на ступеньки и старалась не завыть от боли. Терпеть она долго не смогла. Боль была на столько сильной, что девушка закричала. На её крики мигом примчались ребята. — Что случилось? — испугано спросил Ёнгук. — Больно! — сквозь слёзы, простонала Юн, хватаясь за живот и Химчан тут же начал осматривать её. — Хим, не томи! Что с ней? — уже начал паниковать Ённам. — Она рожает! — ответил Химчан, повернувшись к ним, весь бледный, испуганный не меньше близнецов. Молодые люди впали в ступор. Хоть они и готовились к этому дню, но никто не ожидал, что этот день настанет так быстро. «Только этого мне не хватало. Я что, должна прямо на лестнице, дома рожать что ли?! Везите меня в больницу уже хоть кто-нибудь!», — думала девушка. — Да не стойте вы как истуканы! — кричала девушка — Сделайте уже хоть что-нибудь! Химчан, очнувшись от ступора, быстро, но аккуратно подхватил девушку на руки и понёс из квартиры. Близнецы бежали впереди. Добравшись до гаража, Ённам открыл дверцу заднего сидения. Химчан уложил Юн на заднее сидение автомобиля и сел рядом с девушкой, держа её за руку. Ёнгук сел на место водителя, Ённам рядом с ним. Ехали они быстро, из-за чего Ённам постоянно кричал, чтобы Ёнгук вёл аккуратней. Химчан же не обращая на них внимания, звонил в клинику, быстро консультировался со своим наставником и по совместительству главным врачом акушером-гинекологом. Добравшись до клиники, в приёмном отделении их встретили медработники клиники. Уложив девушку на каталку, её увезли в родильный блок.

***

С приезда в клинику уже прошёл час. Химчан, Ёнгук и Ённам не находили себе места. Они слонялись перед дверями родильного блока не находя себе места. К их компании прибавились и остальные. Ёнджэ сидел с Михё, держа её за руку, пытаясь хоть как-то отвлечь себя от переживания за подругу. Михё изредка всхлипывала, поглядывая на двери родового блока. Джело вместе с Химчаном и близнецами, слонялся возле дверей. А вот Чоноп сидел молча, уставившись в пол. С первого взгляда, казалось, что он вовсе не переживает и среди всех присутствующих он самый спокойный. Но это не так. Он был очень напряжен, в голове крутился рой мыслей, которые он старался отогнать от себя. Он не меньше остальных переживал за подругу и её ребёнка. Наконец двери открылись и к ребятам вышел врач, снимая с себя повязку. Ребята тут же ринулись к нему, не давая ему прохода. Всем не терпелось узнать, всё ли прошло хорошо и кто родился. — Ну как?! — хором задали вопрос ребята. — Всё хорошо, — улыбнулся мужчина — Мисс Бан, в полном порядке и её малыш тоже. У неё родился мальчик. Крупный мальчик, четыре кило. — УРААА!!! — заголосили парни, обнимая друг друга. Всех переполняло счастье и радость. Тем временем, пока ребята радовались в приёмной, Юн отдыхала в палате после многочасовых родов. К груди она прижимала своего новорождённого сына, который сладко посапывал после первого кормления. — Маленький мой, сладкий, — улыбаясь, шептала девушка, невесомо целуя его маленькие ручки. Она не могла налюбоваться им. Уже сейчас она замечала, как сын похож на Дэхёна. У него тоже пухлые губы и эти карие глаза, один в один похожие на глаза Дэхёна и эта родинка под левым глазом. Пусть он не рядом, может, даже они больше никогда не встретятся, но теперь у неё есть самое дорогое, что мог подарить ей любимый человек. Когда она отдохнула, врач разрешил навестить её. Все поздравляли её с рождением сына. Родители уже тоже были в курсе и поздравляли дочь по скайпу. Даже родной отец приехал, поздравить её и увидеть своего первого внука. Жизнь девушки приобрела новые краски. Теперь у неё был новый смысл жизни, ради которого она сделаеть всё, что только потребуется ради его счастья.

Конец II части.