Охота на айдолов

Ничто не вечно. Все – значит ничего. (С) G-Drаgon. Вампиры - кровожадные существа, ненавидящие солнечный свет, вынужденные охотиться во тьме ночи, убивают невинных людей или же делают их себе подобными. Никто из смертных не задумывался о том, что среди них живут тайно вампиры, спеша по своим повседневным делам, на работу, не обращая внимания на высоких или милых красавцев. А в тоже время о них мечтают миллионы девушек. Они вздыхали по таким парням и, прокручивая образ их утонченных лиц с гривой аккуратно уложенных волос, шли на место учебы и плавали в кудрявых облаках, строя воздушные замки о том, как они встретят этого умопомрачительного красавца где-нибудь в романтическом месте, как он спасет от мерзких бандитов или отгонит злую собаку с щелкающими челюстями, подаст руку с длинными бледными пальцами, улыбнется бледными губами... Думают, что они такие же, как в «Сумерках»: добрые, способные любить, заботиться или еще чего. Они ждут, когда их обратят, и повизгивают от предвкушения и счастья. Ничего подобного! Никто даже и не предполагал, что такие парни могут оказаться вампирами, умело скрывающими свои маски темного прошлого, клыки и горящие безумной жаждой голода красные глаза. Эти существа даже света солнца перестали бояться. Из-за печатей - обычно это незамысловатые татуировки или предметы, вроде кольца, но днем они не охотятся, ведь днем люди боятся каких-либо ситуаций куда меньше, чем в ночное время. А как же им, наверное, приятно слышать испуганные визгливые крики девушек. Они по глухим ночам ловят ничего не подозревающую жертву в переулке, жадно пьют кровь с горла и, насытившись, прячутся в подвале или в домах, спят, сидят в барах, работают и общаются все с теми же людьми, которых только ночью чуть не убили. Но есть такие жертвы, которые при их виде готовы сами отдаться на растерзание. Или что еще хуже - это безумные фанатки. Если к таковым попасться, то сами станут жертвами. Те будут расспрашивать, обратит ли он, или даже сами начнут их кусать. В любом случае только один вариант - распрощаются с жизнью. Главная задача вампиров — скрыть свою сущность среди этих глупых людишек, особенно опасных Охотников. Те просто не дадут проходу вампирам, уничтожат по-любому кровососов. У вампиров есть такие особенности, как внушение и телекинез — они могут читать мысли человека и внушать ему, стирать воспоминания, а если нужно, лазить в уголки человеческой памяти, роясь в прошлом. Вампиров не победить обычному человеку. Поэтому существует организация Охотников. Организация, защищающая людей, живших в неведении. Как они появились и почему они рождаются, неизвестно. Некоторые обладают силой, почти равной способностям вампиров. С детства их учат ненавидеть и убивать врагов. Их отличительный признак – желтые глаза, только они выдают Охотников. Но те, в отличие от кровососущих, стараются жить мирной жизнью, если надо - "чистят" за вампирами. Главное правило – "Не связываться с кровососами. Уничтожить при любой встрече". Так считала Катрина всю жизнь. И именно сейчас она с нетерпением ждет звонок, чтобы поскорее свалить домой из универа и вечером наконец-то убить парочку новообращенных вампиров, а если и повезет, то и словить их босса! Вот денег-то за его голову отвалят! С детства ей внушали мысль о плохих вампирах. О том, что они бесчеловечны, что ничего не чувствую и убивают ради жажды. Она даже и думать не могла, что они имеют совесть или нечто подобное! Таково было ее виденье. Хоть на дворе и была зима, но в кабинете ужасно душно – батареи беспощадно работали, разнося по аудитории потоками горячий воздух. Цветы, висевшие на панельных стенах и лианами свисавшие вниз, где-то соединяясь между собой и образуя по всему классу один толстый, когда-то зеленый канат, почти завяли. Листья опали и лежали на каменном полу, по которому дул холодный, свежий воздух из-под дверной щели. В классе слышались тихие переговоры однокурсников, за окнами шел снег, падая большими хлопьями на железный подоконник и тут же тая. Настроение при виде весело падающего снега у Катрины сразу падало. Дождь и холод она еще терпела, но не снег. Но еще больше она ненавидела соседа, тем временем мирно посапывавший на парте. Она бы с радостью пересела (или хотя бы прострелила бы его голову), но он опоздал, а на лекции как-то не принято с одного места на другое бегать. Профессор Дюк не видел спящего – слишком был увлечен рассказом скучнейшей лекции, а сидели-то они на последней парте. Поэтому Катрина, закрыв лицо волосами, уткнулась в телефон, быстро водя по строчкам желтыми глазами, так же быстро набирала сообщение. Изредка бросала быстрый взгляд на профессора или соседа. Отправив сообщение, она убрала телефон во внутренний карман черного делового пиджака. Профессор заметил ее соседа и, послав взгляд, что обозначал "как обычно – спит", отвернулся обратно. Из головы навязчивые мысли вытеснили все нужные и интересные, которые Катрина с радостью обдумала. Девушка уставилась в исписанную и исцарапанную мелом доску. Не хотелось ни на что отвлекаться. Хотелось найти мысль, чтобы дожить до конца лекции. Девушка достала из пенала карандаш и начала рисовать в тетради лицо человека, дабы избавиться от ненужных для нее мыслей. Она нарисовала сразу лицо, плечи, губы, но одна получилась слишком большой. Катрина только достала ластик, как тут же прозвенел долгожданный звонок. Она убрала ластик. - Идите, - отпустил всех профессор Дюк, глядя на то, как Катрина сильно пихнула спящего соседа в бок, собрала учебники и ушла. Была лютая зима, поэтому приходилось таскать драповый, черного цвета плащ. Девушка уже было шла вниз по лестницам, выходя из храма наук, как поскользнулась на ступеньках и полетела вниз. Пролетела около метра и вцепилась в каменную, мало обросшую льдом ступеньку. Кто-то хихикнул, кто-то просто посмотрел на нее. - Давай руку, - послышался сзади грубоватый голос, и перед ней появился сосед по парте. Он протянул ей руку. - Обойдусь, - Катрина посмотрела на него со злостью и, гордо задрав голову, встала и ушла к остановке, отряхиваясь от снега. - Да ладно, все еще не может принять правду, - с ноткой горечи сказал Сэм и остался стоять на месте, провожая ее взглядом. Вскоре Катрина оказалась дома. Когда она сошла с автобуса, солнце уже заходило за горизонт. Оставалось пройти два переулка, и девушка попадет в теплый и уютный дом. Квартира была обставлена в типичном английском стиле. Маленький искусственный камин излучал свет и тепло. Стены завешаны рисунками, почти на всех одна подпись "Катрина Блэр". Уютные, белые диваны куплены недавно, поэтому были в хорошем состоянии. На белом ламинате было несколько видных, маленьких царапин. - Алекс, ты уже дома? - крикнула подруге девушка. Ответа нет. Наверное, в наушниках. Но от такой неестественной тишины стало как-то неуютно. Она переобулась в не новые, посеревшие от времени тапки с кроликами и пошла в дальнюю комнату, из которой исходила тонкая полоса света. На полу, около двери, валялись скомканные бумажки. Катерина подняла один и в темноте принялась изучать. Это оказались стихи. Одно из ее хобби. - Я ее прибью когда-нибудь! Снова вещи раскидала! - Девушка сжала в кулаке лист бумаги, скомкала еще несколько бумажек, чтобы получился один тяжелый комок, резко распахнула дверь в комнату и запульнула в девушку, корчащуюся над листом бумаги. Ком прилетел точно в цель – в голову, и упал на стол, прямо перед глазами подруги. Алекс от неожиданной атаки подскочила, оторвала голову от листа бумаги и, оглядываясь, заметила Катрину, стоящую на пороге ее комнаты. - В чем дело? Двойку получила? Катрина показала на ухо. Видимо, Алекс забыла, что слушает музыку. Она любила врубать рок на полную громкость. Рок заряжал ее после трудного учебного дня в школе, давал вдохновение на новые стихи и уносил с собой в далекие мечты. Катерина ждала, пока собеседница снимет наконец наушники и прошлась по комнате, села на большой диван, на котором обычно спала Алекс. - В чем дело? - Ни в чем. Просто... день неудачный, - на душе у Катрины заскребли кошки, из-за Сэма весь день плохой! Так и просит кулака! Раздражает. Девушка перевела разговор на другую тему. - А Джереми уже был дома? -Был, но куда-то опять ушел, - она нахмурилась. - Скажи, что у него за работа такая - постоянно уходит и не рассказывает о ней? - поинтересовалась Алекс, аккуратно убрала наушники на полку книжного шкафа, а бумагу - в нижний ящик стола. - Он... мм... знаешь, лучше у него спроси! - девушка натянуто улыбнулась. Не могла же она сказать, что он убивает вампиров. Это звучало бы нелепо. - Я уйду до утра в клуб, окей? А ты ложись поскорей спать и не открывай никому. - Катрина считала подругу еще маленькой, поэтому пеклась о ней больше всех. -Я раньше не ложусь, - ответила обиженно Алекс. - а в какой клуб? Можно с тобой? - хотя блондинка не интересовалась всякими мероприятиями, ибо она была домоседкой, да и уставала после работы, хотела сходить с подругой куда-нибудь развеяться. - Давай в следующий раз! Тебя туда не пустят, - сказала мягко Катрина и улыбнулась, сердце от волнения стучало. Не может же Катрина привести ее в клуб, где кишмя кишат кровососы. - Маленькая еще... -Кто, я маленькая? Мне семнадцать! Скоро, через месяц, стану совершеннолетней! Лучше бы я родилась в тот же год, что и ты, а то обидно, если ты старше меня, то имеешь право ходить по клубам, - пробурчала Алекс, запустила со вздохом ладонь в светлые короткие волосы с красными прядями на кончиках (м-да, рокерское влияние) и отвернулась, как обиженный малый ребенок. Катрина усмехнулась, тяжело вздохнув, встала и подошла к шкафу с одеждой. - Я возьму у тебя водолазку черную? - Она указала на все еще закрытый шкаф. - Ну-ну, не надо сердиться, -Катрина подошла к подруге и потрепала ее по волосам. Она так делала часто, поэтому Алекс уже привыкла к такой выходке подруги. -А зачем тебе черная? Не проще надеть другого цвета? Ведь клуб - не кладбище, место готов, - парировала Алекс, повернулась к шкафу. - Или ты хочешь подцепить какого-нибудь эмо? - Надо будет - подцеплю.... А вот водолазка мне нужна для... - она подбирала слова, - стиля! - Хм, хм, для стиля... Ты же ее не в первый раз просишь? А ты не боишься, если брат узнает о твоих походах в клуб или о том, что ты можешь влюбиться в неформала? Эти неформалы в последнее время агрессивны.... - Алекс подняла брови. - Не бойся. Это не первый неформал на моем счету. А если он узнает, то за это будешь отвечать ты! - Катрина схватила подругу за плечи и сильно надавила на них. - Какого Дьявола? Ты мне тут не угрожай! - Алекс слегка выбросила кулаки вперед, защищая свое лицо такой позицией, одной рукой хотела ударить в плечо Катрину, но та просто закрыла лицо руками. - Ой, ты меня убить хочешь? Я же неуклюжая! Сегодня со ступенек свалилась! -Ладно-ладно, иди, - отмахнулась Алекс. - Бери, что хочешь. Только мне одной скучно сидеть дома... - она надула губы, убрав руки. - Скоро Джереми вернется. Посмотри с ним что-нибудь по телеку! - Катрина уже отпустила руки от лица и радостно пошла к шкафу за водолазкой. -Ты уверена, что он вернется? Вернется и снова уйдет, - Алекс не светило смотреть с Джереми что-то по телевизору, ибо она его редко видела, разговаривала и то раз в неделю, а смотреть - о чем вообще речь? - Я лучше вечерком покатаюсь на скейте, так классно будет ловить кайф при свете фонаря. Катрина резко отвернулась от зеркала в шкафу и с видом грозной мамочки сказала: - Нет-нет! Вечером ты никуда не пойдешь! Это опасно! Я поговорю с ним! Он точно придет, а если нет, то вдарь ему хорошенько! -Поговори, только уже поздно, - хмыкнула Алекс. - Я уже запланировала читать книгу, так что пусть он не спешит приходить с работы. - Эй! Он, знаешь ли, основной доход в нашей семье! И работает так, потому что хочет тебе сделать приятное! Он не робот и тоже устает! -Ты на что-то намекаешь? Что значит - он хочет сделать мне приятное? Я ему не родная сестра! - нахмурилась Алекс, явно не понимая тонкого намека подруги. - Я? - Катрина показала на себя пальцем, делая, вид, что удивилась. - Ни на что. Думаю, мне пора, а то опоздаю. -Иди уже. А я приготовлю себе чего-нибудь вкусненького, а то какой-то дрянью меня кормят в баре, - кивнула Алекс и села за стол. Катрина благополучно свалила из комнаты, заранее пригрозив, чтобы та не трогала плиту. Хватило ей горелого чайника и макарон с "дымком". Переоделась в черные джинсы и водолазку, которую выпросила у Алекс. Стоит ли просить Джереми прийти? Стоит! Она и сама справится с ними. Не маленькая же…. Надо только найти их…. Катрина надела высокие сапоги со шнурками на жесткой подошве и того же цвета куртку. В кармане плаща завибрировал телефон. Катрина нарыла в кармане его и прочла короткую СМС, ответ на дневную. "Паб, который мы вчера проверяли". Катрина убрала телефон в куртку и вышла на улицу. - В желудке пусто, - простонала девушка, сжимая куртку в области живота. Дул по-зимнему холодный ветер, пропитанный выхлопными газами, дешевыми сладкими духами и одеколоном. На улице, через дорогу, плутали две облезлые, явно старые, собачонки. Белая кудрявая шерсть закрывала маленькие глаза-бусинки. Над ними мигал старый фонарь. Поэтому они то пропадали во тьме, то появлялись в тусклом свете фонаря. Свет, идущий из окон дома, освещал большие хлопья снега, придавая им еще более белый и более блестящий на свету вид. Обрамляющие небо звезды спрятались за плотные тучи и часто падающий снег. Редкие лысые деревья были украшены разноцветными гирляндами. На двери магазина были повешены венки из омелы. Около двери стоял снеговик и светящееся картинка Санты в коляске, запряжённой оленями. За окном на дубовом столе стояли две кружки чая с лакричными палочками в рождественском стиле. Рядом стояла трехэтажная подставка для сладостей с имбирными пряниками и другими рождественскими угощениями. У Катрины снова забурлило в животе. Около подъезда стоял белый мотоцикл. Она запрыгнула на свой транспорт и направилась к месту встречи. Легко обгоняя редкие машины, она почти час проплутала по городу, ругаясь на плохой навигатор, хотя сама была виновата, что не разбирается ни в карте, ни в пространстве. Когда добралась до большого кирпичного дома, взяла в багажнике пистолеты, спустилась со стороны улицы к подвалу и подошла к двери, взяла за ручку. В груди бешено колотилось сердце, а руки тряслись. Хоть это и не первый раз, но волнение не пропадало. Так как сил у нее было половина, а другая половина была у брата, у близнеца. Не так уж и часто она выходит на охоту. А вдруг не получится? Слишком тихо за дверью. От этого волнение нарастало, а мысли становились все пессимистичней. Катрина медленно вдохнула и так же медленно выдохнула, повернула трясущейся рукой ручку двери. "Почему все-таки за дверью тихо?" - пронеслось у девушки в голове, и она отворила дверь, держа пистолеты наготове. За барной стойкой сидел темноволосый парень, того же возраста, что и Катрина, те же черты лица, но выше ростом. Она опустила пистолет. - Он убежал, - промямлил парень, запустив руку в волосы, он начал изучать стакан виски со льдом в другой руке. - Джер, я сама справлюсь. Ты должен идти домой. Тебя Алекс ждет. - Катрина огляделась. На высокой барной стойке было множество чистых стаканов и несколько бутылок, из которых Катрина признала наполовину опустошенные братом бренди, одну треть бутылки коллекционного вина и пустую бутылку виски. На стойке так же стояли трубочки, взбитые сливки и разные закуски. Вокруг стойки лежали свежие трупы новорожденных вампиров, которых успел убить Джереми. - Я-я… я не могу! - взволнованно и смущенно прошептал парень. Он покраснел. - И кто это мне говорит? Тот, кто убил целый клуб вампиров? И все еще трезв? - Катрина села рядом и ударила его легко по лбу, взяла два алюминиевых баллона и выдавила сливки в огромный бокал. По завершении работы она накидала в бокал сладких, нарезанных закусок – фруктов - и размешала десертной ложкой. - Ты можешь! Просто признайся ей как-нибудь. Катрина поедала свой десерт. - Я пролил половину. А знаешь, их как-то проще убивать, чем признаться, что сердце бьется от одной мысли о ней. И вообще, тебе легко говорить. - Он опустил стакан виски и потянулся за другим, более маленьким. - Ты не из тех, кто закрывает глаза при поцелуе, потому что боятся влюбиться. - Хватит базарить! - Катрина отставила десерт и вдруг разбушевалась, сжала руки в кулаки, на виске проступила жилка. - Лучше… говори, где он, и убирайся к Алекс. Она ждет! - Мне нужна соль…. - Ты! Грр! Придурок, не мог раньше это сделать? - Сестра отвела подзатыльник Джереми и встала за стойку. Сняв куртку и небрежно бросив ее на стул, порыскала по ящикам. Нашла соломку с солью и поставила перед братцем. Тот взял соломку, между большим и указательным пальцами насыпал немного соли, слизнул ее, залпом выпил содержимое из стаканчика и закусил долькой лайма, которая лежала на блюдце рядом с нарезанными дольками фруктами. - Пьяница…. - только и сказала Катрина, а сама тем временем нашла холодильник и достала большой бочонок мороженного. - Да не ругайся ты! Я же чуть-чуть! - он знал, что лучше промолчать про любовь сестры к сладкому, иначе она еще больше разозлится. А вообще, она говорит, что ест сладкое в меру; хотя большую часть заработанных денег спускает на всевозможные сладости. - Сейчас, если ты мне не скажешь, где он, то чуть-чуть огребешь! – передразнила Катрина брата, делая ударение на каждом слоге и начала есть мороженное и десерт одновременно. - Ладно, не ругайся, - Джер закрыл глаза и сосредоточился. - Он… кхем… в переулке от нас… - он сдерживал смех. -Нет, ну не придурок ли? Он на второй улице. - Ты знаешь, что делать, - коротко сказала Катрина, доела содержимое бокала, прихватила еще парочку бочонков с мороженным и только она сделала шаг за порог, остановилась. -а вторая улица… это где? Джереми объяснил, что это за поворотом, и Катерина наконец вышла на улицу. Поднялась по ступенькам и на последней упала, чуть не разбила губу. Она встала и, подойдя к мотоциклу, повесила на ручки бочонки. Катрина пошла обратно за угол дома. Она втянула воздух вместе с окружающими ее запахами и метнулась за угол дома; попала в переулок. У мусорного бака сидел, свесив голову, бездомный. За его спиной, на кирпичной стене, была свежая кровь. - Мертв. Ну, блин…. - А ты что хотела? - вдруг раздался голос позади. Катрина вздрогнула и резко обернулась. Позади стоял худощавый, высокий мужчина с сильно выделяющимися скулами и острым, давно не бритым подбородком; сальные волосы убраны назад. - Надо было его обратить?! Этот вопрос адресовался вампиром уже не к Катрине, а к своей персоне. Он вдруг кинулся на девушку, вскинув руку. Катрина вмиг достала пистолет и подставила ко лбу вампира, который был готов нанести удар. Тот застыл на месте. Рука его была совсем рядом с лицом Охотницы. - А ты хороша! - он ухмыльнулся, резко ударил ее в висок. Та, пытаясь увернуться, потеряла равновесие и упала назад, ударившись головой об каменную стену. - Ублюдок! - она одной рукой схватилась за голову, другой, держа пистолет, направила на кровососа и выстрелила несколько раз в руку. Сердце уже билось в некоем предвкушении или страхе. Тот лишь прикусил губу и медленно начал доставать пули. - У-у! - восхитился вампир, постепенно доставая очередную пулю из плеча. - а ты не так слаба, Охотница! Может повеселишь моих друзей? Из тьмы, прямо за его спиной, появились темноволосая, полная девочка и худощавый, весь в ссадинах, темноволосый мальчик. Двигаясь, будто игрушки кукловода, они шли, переваливаясь всем телом с одного бока на другой, прямо к Охотнице. Та, блеснув желтыми глазами, что-то тихо прошептала и подарила каждому подростку по пуле в лоб. Те остановились на секунду и пошли дальше. - Охо-хо! - он ухмыльнулся ужасно большим ртом. - Ты жалкая, Охотница! Даже твой брат больше повеселил меня! Девочка подлетела к Катрине и закинула руку для удара. Охотница опередила и пнула девочку в бок, отчего та полетела к стене и с громким хрустом костей влетела в нее, оставляя в стене, так сказать, вмятины и следы крови. Не успела Катрина выпрямиться, на нее напал другой подросток. Он собирался ударить ее по лицу когтями, но она вовремя заметила, руками поставила блок и отпрыгнула. Царапины на первый взгляд неглубокие, но кровь уже стекала вниз по руке. Руку пронзила жгучая боль; из груди у Катрины вырвался глухой стон. Она прикусила губу, чтобы хоть как-то заглушить боль. Подростки будто обезумели от вида крови. Их мелко трясло, и оба направились на Охотницу. Третий, по всей видимости, их создатель, широко улыбнулся. - Заканчивайте с ней, - приказал он. Те послушно метнулись к Катрине. Она всадила им по несколько деревянных пуль: в голову и в грудь. Мальчик упал на месте. Не в силах подняться, он корячился с гримасой боли на красном от своей же крови снегу. А вот девочка выплюнула две пули и, все так же переступая с одной ноги на другую, продолжила бездумно надвигаться на Охотницу. - Лари у меня особенная. Я изрядно постарался, чтобы она была сильней вас, Охотников. Покончи уже с Охотницей, - приказал он и, развернувшись, ушел прочь. Катрина почувствовала злость, смешанную с обидой. Как он, вечное ничтожество, смеет так самонадеянно говорить, что она слабее какой-то куклы. Она уже пообещала себе, как только она расправится с Лари, найдет и убьет его. Девочка продолжила двигаться к Катрине, на что та отвечала пулями. Катрина была взбешена всем, что произошло. Сейчас она не ограничивалась в патронах и просто стреляла в куклу: в легкие, живот и даже горло. Девочку это не останавливало – она либо уворачивалась, либо просто выплевывала или доставала их из себя. Лари вдруг остановилась и резко прыгнула к Катрине, ударила ногой по животу и отпрыгнула обратно - Охотница во время удара успела сменить патроны и выстрелить ей в очередной раз в горло и, пролетев несколько метров, проехалась по грязному снегу. Не поцарапанная рука ударилась об что-то острое и заболела. Кукла делала все бесшумно, быстро и незаметно, как бы Катрина не пыталась за ней уследить. Лари вновь регенерировала. Пуля осталась внутри, но вскоре она и ее выплюнула. Катрина начала подниматься, все патроны кончились. Лари вырвала у металлической лестницы прут и замахнулась на девушку. Она вмиг оказалась рядом с Охотницей. Посмотрела ей прямо в глаза – Катрину бросило в дрожь. Полные безумия и в то же время безразличия ярко-красные глаза смотрели на нее, не двигаясь, будто девочка спала с открытыми глазами, считая это неинтересным сном. Лари ударила ее кулаком в живот, Катрина свалилась на колени, с губ слетели несколько капель крови, в горле стоял сильный привкус железа и соли. Сжимая живот и кусая снова себе до крови губу, чтобы заглушить другую боль, она пыталась встать. Однако Лари не дала этому случиться: она схватила девушку за волосы и замахнулась для удара. Катрина, поняв, что не сможет никак увернуться, со страхом зажмурила глаза. Конечно же, было страшно. Она не хотела умереть вот так, от рук вампира, от рук врага. Руки затряслись, сердце бешено стучало в горле и ушах, живот заболел еще сильней. Время тянулось долго, но это не давало ей шанса убежать. Ей не спастись, ей не выдержать удара. Но что-то оставляло надежду в ее сердце, она это чувствовала. Лари тем временем замахнулась посильней, чтобы убить с одного удара. Глаза ее выражали полнейшее безумие. Она улыбалась, показывая свои неровные зубы. Тяжело дыша, она со всего маху нанесла удар, но Катрина ничего не почувствовала, хоть и слышала свист прута и глухой удар сквозь бешеный стук сердца. Неужели она от страха ничего не почувствовала? Лари вдруг истошно завопила и почти сразу замолчала, но вопль все еще отдавался эхом в ушах. Послышался хруст костей, через мгновение еще хруст. А потом чавканье, будто рвется чья-то плоть и одновременно ломаются кости. Катрина, с еще более нарастающим страхом, осторожно открыла глаза. Перед ней стоял парень лет двадцати пяти. Большая часть лица в крови, будто он что-то грыз и измарался. С губ капала кровь на расстегнутую куртку и белую, отражающую яркий свет фонарей, футболку. Он смотрел на девушку ярко-красными глазами. Фонари погасли. Его силуэт освещала только мелькающая меж облаков луна, а глаза стали светиться еще более ярко-красным, словно наслоенные кровью, цветом. Катрина заметила, что в руке он держит за волосы голову девочки. А само тело лежало рядом. Сэм достал из куртки зажигалку. Поднял крышку – зажглось яркое пламя, осветившее его футболку и лицо, черты которого отбрасывали ужасные тени, искажая выражение лица Сэма. Он кинул ее к телу девочки, и ее тут же охватило жаркое пламя. Сэм кинул туда же голову. Вскоре послышался треск – кости начали ломаться от высокой температуры. Катрина резко встала и с криком пошла на парня: - О боже, Сэм! Ты же сжег ее тело! Как я деньги получу? - Ты так красиво произносишь мое имя, - Сэм улыбнулся, вытирая с лица остатки крови. Делал это он с видом, будто делает так каждый день – никаких особых эмоций. - Ты!… - Катрине не хватало слов, чтобы выразить все свои мысли насчет этого кровососа. Она пошла в сторону мотоцикла, отряхиваясь и мелко трясясь все еще от страха, поскользнулась и упала на мягкий, грязный снег, пробормотала что-то вроде "гребанный кровосос!" и начала подниматься, проклиная на чем свет стоит. Она хотела поскорей убраться отсюда, не хотела видеть ни мертвого бездомного, ни Сэма. Хотя, лучше уж смотреть на изуродованное тело бездомного или горящий труп девочки, чем на этого кровососущего чудовища. Он отвратителен. Он хуже других вампиров, лицемер и обманщик. Никто не знал его лучше, чем Катрина. Все видели в нем лишь пай-мальчика, но он был хуже любого вампира, в любом плане. Сэм вызывал у нее столько ужасных мыслей и эмоций только из-за того, что хотел помочь ей встать, но ту лишь трясло, и Катрина вырывалась из его рук, в итоге снова упала. - Не трогай меня, чудовище! - завопила девушка. Сэм засмеялся: поднял девушку и перекинул ее грубо через плечо. Она начала бить его кулаками и всячески вырывалась, от чего рука еще сильней заболела. Сэм крепче схватил девушку, отталкиваясь от стен, прыгнул на крышу пятиэтажного дома. Как долго он перемещался, прыгая с одной крыши на другую, Катрина не знала – была слишком занята избиением и криками в его сторону, но вскоре они были уже около ее дома. Он поставил охрипшую девушку, за что та отвела ему хорошую пощечину. - Да что с тобой не так? Почему ты так ненавидишь меня? - Потому что я знаю тебя настоящего. - Как ты можешь это утверждать? Ты… - О нет, не оправдывайся! Не получится! Ты слишком многих обманул, и я попадалась на это! Ты даже не представляешь, как много я знаю о тебе! О твоем дяде! О ваших планах! Жди хороших вестей из организации! Я сделала неплохой отчет с доказательствами! - Ты не… - Да, я это сделала. Если бы ты не трогал мою семью, я бы, возможно, не обратила на это внимание! - Да ладно! Ты называешь ту девчонку семьей? - Семья не по крови определяется. Сэм осознал, в чем заключалась его ошибка и слишком неестественно сказал: - Прости… Прости за девушку. Катрина прошла мимо Сэма к подъезду. Дверь была открыта. Она зашла в квартиру, сняла куртку и швырнула ее к зеркалу, быстро расшнуровала обувь и пошла в ванную – смыть кровь. Грязную одежду кинула в стиральную машинку и тут же завела ее с другим бельем. Раздражение бурлило в ней, но лучше держать ее в себе. Лучше, чтобы никто не видел, что творится в ее сердце, чтобы никто не волновался. Лучше держать в себе…. Катрина кулаком ударила по кафельной плитке. Но уже вскоре под теплым душем смыла кровь и ненужные мысли. На смену раздражению пришел покой. Мысли снова улетучились. Царапины болели от промывки, поэтому она не задерживалась надолго и вскоре вышла. Достала из шкафа чистое махровое полотенце, обмоталась в него и вышла в гостиную. Джер заснул на диване. Вокруг была идеальная чистота. На столе лежали несколько пультов, главный джойстик и журнал о восходящих звездах мира; телевизор был отключен от приставки; камин мирно горел голубым пламенем, пульт от него лежал на навесной полке рядом. Катрина пошла в сторону ее и Алекс комнаты, но вдруг остановилась – послышался голос брата. - Знаешь, я без нее жить не могу. Она так привлекательна, - Катрина сложила руки на груди, одновременно поддерживая полотенце на месте и пряча огромные царапины на руках. Джереми уже увидел их, но предпочел промолчать. - Не подумай, я не в том смысле. Но, кажется, ей было неловко со мной. Нет, поначалу все было хорошо, но потом я уснул и… - Ты уснул?! - Катрина резко, чуть ли не крича, перебила его. - Конечно, ей станет неприятно! Но она же не скажет напрямую! - Ладно, оставим эту тему…. Как ты, - он нахмурил брови и открыто посмотрел на царапины, - справилась с ним? Катрина присела на край дивана брата и поджала губы. Чуть помолчала, обдумывая и вспоминая произошедшее. - Он успел создать двоих… и оба без воли. Я смогла убить только одного, - Катрина крепко стиснула зубы и сжала кулаки. - "Создатель" ушел, другой подросток сбежал… - Джереми нахмурился. - Понятно. Он тебе что-то сделал? - Нет, - снова соврала Катрина, - но мотоцикл и пистолеты остались там…. - Как же ты так быстро добралась? - Взглянул на нее устало Джер из-под тонкого одеяла. Катрина еще крепче сжала зубы и взглянула на брата с злостью. - Ладно, еще раз проедем…. - Я его ненавижу, - девушка перевела взгляд с брата и уставилась в пустоту. Взгляд ее выражал все ту же ненависть. - Я знаю, потерпи, - Джереми со вздохом сел на кровати и приобнял сестру за плечи. Он не ненавидел вампиров. Он ненавидел свою работу и судьбу, но только так можно было зарабатывать на жизнь. - Вот увидишь: мы заживем обычной счастливой жизнью. Но ты должна перестать пропадать до утра непонятно где! - На себя посмотри! - Катрина надулась. Корея, Сеул, 17:02. Сон Хе Банг, высокая, с короткими крашенными светлыми волосами кореянка, спешила на занятия по вокалу. Она занималась этим с недавних пор, а именно, когда подсела на одну группу с легко запоминающемся названием "Block B". Она следила за их жизнью еще лучше, чем за своей. Готова была ради них на все. Она одна из тех, кто на каждый праздник заваливает группу подарками. И сейчас она шла из общежития, где жила по соседству с группой. Богатый папа ради любимой дочурки купил дорогущую квартиру в Сеуле и теперь она спит в нескольких сантиметрах от одной из звезд, только они об этом, по ее мнению, не знают. Ведь, их разделяет прочная, звуконепроницаемая стена. Но она даже не подозревает, что за стенкой живут не просто айдолы (которые не считают себя таковыми), а настоящие вампиры. Они всегда знали, что за стеной распевает их песни ужасным голосом фанатка, и когда она ложится спать, целует стену и желает участникам спокойной ночи. В это время красавица с ужасным, как выяснилось, вокалом, уже шла обратно в общежитие. Было уже за полночь. Пришлось остаться в зале и помочь убрать инструменты. Она убрала в маленькую сумочку телефон, на который только что сфоткалась и выложила фото в твиттер, и только хотела открыть дверь, как ручка плавно сама собой повернулась, и дверь отворилась. На пороге стоял Тиэль – один из участников группы, невысокого роста, с плавными чертами лица и в роговых очках. Хе Банг ошарашенно уставилась на кумира и начала постепенно переваривать, что она хотела открыть не свою дверь, а дверь величайшей, как она думала, группы. Счастье переполняло ее от случайной встречи, и она стояла, не двигаясь. Тиэль подавил смешок и быстро закрыл дверь обратно. Девушка не уходила. Послышались громкие разговоры за дверью. И вскоре из нее высунулась осторожно голова. - ЗИКО! - завопила девушка. -Тш! - он приложил палец к губам. - Что тебе надо от нашей двери? - Мн… мне-мне-мне? Вы знаете меня? - выпалила Сон Хе Банг, чувствуя, что краснеет от смущения. - Ну, ты наша… кхем, - он сдержал смешок, вспоминая ее песни и то, как Ю Квон пародировал ее голос, - соседка. Девушка зарделась, глаза стали слезиться. - М! Нагнись-ка! - Зико поманил ее пальцем к себе. Она послушно, не делая резких движений, осторожно нагнулась и увидела, что на айдоле черная майка, свободные джинсы с заплаткой в виде большой кошачьей головы, с бантиком у уха и надписью "Hallo Kitty" и темно-синие махровые тапочки. У нее забилось бешено сердце, и она густо покраснела до самых ушей. Он положил ей руку на плечо и потянул к себе. Девушка совсем перестала дышать от счастья, что он к ней притронулся. Зико что-то прошептал ей на ухо и быстро исчез в проеме двери. Девушка, ведя себя так, будто разговора никакого не было, пошла к своей двери и открыла ее ключом, который постоянно держала в руке. Она зашла домой, захлопнула дверь за собой и переоделась. - Помочь ему, - постоянно бормотала девушка про себя и ушла на кухню. Она резала разные овощи, что-то запекала и одновременно варила. Она знала, что он много ест, поэтому и наготовила так много. Через час, после окончания готовки, ей позвонили в дверь. Но нравится ли им такая пища? Она, уже пришедшая в чувства, подскочила и направилась к двери, повернула ручку. На пороге стоял высокий мужчина в темном драповом плаще и черной зимней кепке. - Время пришло, - только сказал басовитым голосом мужчина и ушел. Хе Банг снова, будто ничего не случилось, будто так и должно быть, подошла к окну и, открыв его, встала на подоконник и, не медля ни секунды, выпрыгнула. Послышался пронзительный крик, и что-то упало на землю с большим грохотом.