Мой лучший брат

Дин обнимал меня крепко. Помогал нести чемодан, постоянно спрашивал, что в моей зелёной папке, но я говорил, что куча бумаг насчёт учёбы. Конечно, не хватало ещё, чтобы он увидел все рисунки. Я помню, когда Сэм уже сел в автобус вместе с Джессикой, Дин снова обнял меня и прошептал в самое ухо: - Я буду очень скучать. - Я тоже. Он лучезарно улыбнулся и подтолкнул меня к автобусу, потому что я замер и смотрел на него, как на восьмое чудо света. В горле вдруг стало слишком тесно, и голова закружилась. Я сел подальше от Сэма рядом с какой-то девушкой, и несколько слезинок всё-таки покатилось по щеке. *** Учиться было тяжело. Мы снимали квартиру втроём: Я, Сэм и Джессика. Чтобы у меня были хоть какие-то деньги, я работал официантом в кафе по вечерам и просто умирал. С таким ритмом мне и правда было не до слёз по Дину, и я уже почти смирился. Он звонил мне. Редко, но звонил. Говорил о погоде, доме, семье - ни о чём больше. Когда я понял, что у меня появились новые друзья, интересные знакомства, а я продолжал любить его, мне стало грустно. В один из таких вечеров - примерно конец ноября - позвонил Дин. Собраться на День благодарения мы не смогли. Не успели купить билеты. Поэтому на Рождество мы были обязаны приехать. - Привет, Кас, как ты? - голос Дина был радостный и весёлый. Меня к тому времени уже успел отпустить приступ истерики, и я, шмыгая носом, смотрел в окно. - Привет, всё нормально, - почти прошептал я. - Что с голосом? - взволнованно спросил Дин, и я сдался. Больше не смог. - Мне плохо. - Ты заболел? - Не то, - засмеялся я от безысходности. - Знаешь, не думал, что без вас будет так тяжело, - грустно усмехнулся Дин. - Мы и представить себе не могли, насколько, - я снова шмыгнул носом. - Мне вас не хватает, - добавил он. - Нам тебя тоже. - Чёрт, Кас, - протянул Дин, - Бенни пришёл. Я позвоню как-нибудь. - Хорошо. Конечно. Бенни. Он же важнее меня, как я забыл. Стало обидно, и я всю ночь не спал, разрисовав почти половину альбома Дином. Первый семестр мы все закончили великолепно. Свои позиции отличников никто из нас не сдал. Кстати, я до сих пор удивлялся, что Мэг поступила в Оксфорд, и всё пытал Джесс, почему именно туда, когда оказалось, что там учится её парень - "любовь всей жизни", - и она решила только туда. Вот тогда я был правда счастлив. Впервые за это время в университете. Конечно, Мэг - моя бывшая девушка, но нас связывало слишком много хорошего, чтобы я мог желать ей зла. Как же меня трясло в автобусе. Я не мог представить себе, что увижу семью. Особенно Дина. Как же я был рад, когда вышел из автобуса и такой родной запах ударил в нос, когда он обнял меня за талию, приподнимая над землёй. Я обхватывал его за шею, невзначай касался носом щеки. Его глаза горели такой радостью, что я понял. Он не врал. Ему так же не хватало нас. После ужина я сидел в комнате с карандашом, рисуя очередного Винчестера, когда он вошёл в комнату. Долго смотрел на меня, а потом сел на краешек кровати. Я не знал, что говорить. Не знал, что скажет он. Он сидел на кровати, закрыв лицо руками. - Дин? - осторожно спросил я, касаясь его плеча. Он тут же поднял голову и посмотрел на меня глазами, полными грусти и тоски. - Почему ты не спрашиваешь про Пита? - вдруг спросил он и мне стало страшно. - Тебя больше не интересуют мои друзья? - Ты... ты же сам всегда рассказывал, - я запнулся. - Ну, что там Пит? - Знаешь, прямо в день твоего отъезда удалился из Фейсбука. А потом я нашёл у тебя в друзьях Тэйлора Блэка с фотографиями Пита в профиле. Похоже, Пит был всего лишь фейк. Я шумно сглотнул, облизав губы, и зажмурился. Дин вдруг взял меня за запястье и сжал пульс. Он неожиданно усмехнулся. - Почему ты так боишься? - он вдруг положил руку мне на шею. - Я же не те ребята из арки, правильно? Это же я всегда помогал тебе уснуть. Почему ты так дрожишь? - он снова посмотрел мне в глаза, и я вдруг понял, что на самом деле трясся, как кленовый листок на ветру. - Дин, - начал я, но он перебил. - Я же взял тогда твой ноутбук, знаешь? Случайно уронил папку, и из неё выпали почти все рисунки, - он снова замолчал. "Что мне делать? Что мне теперь делать?" - мысли кружились в голове, не давая собраться. Что бы сделали вы? Вот тебя берут в семью, и ты ненавидишь своего брата, который постоянно подшучивает над тобой и обижает, потом вы начинаете общаться, становитесь друзьями, и ты понимаешь, что любишь его. Далеко не братской любовью. А больше всего на свете ты боишься, что он узнает. И вот он сидит перед тобой, зная обо всём. А ты никуда не можешь деться. От любви до ненависти один шаг? Похоже, что и от ненависти до любви тоже один. Я поспешно скрылся в ванной, когда успокоился. Выпил воды, но у меня жутко болела голова. Слёз не было. Нечем было плакать, хотя я этого желал. Только слишком мерзко было в душе. Вот и всё. Я вошёл в комнату, когда увидел стоящего напротив меня Дина. Он вдруг резко толкнул меня в стену, прижимая к ней плечами, и вжался в мои губы. Я напрягся изо всех сил, боясь, что он ударит. Да сделает всё, что угодно, кроме этого. Когда, наконец, я расслабился, то понял, что он гладил меня по животу, талии. Целовал нежно-нежно, будто бы я хрустальная ваза, что вот-вот разобьётся. Прижимал ближе. Потом всё-таки отстранился, смотря в глаза. - Надо спать, - вдруг процедил он, направляясь к кровати. Я послушно лёг, а Дин отвернулся к стене. - Что происходит? - шепотом спросил я спустя пару минут. - Завтра Рождество, а я не хочу, чтобы ты был уставшим, - он усмехнулся: я слышал по интонации. Вдруг он повернулся ко мне лицом и спросил: - Сделай всё то, что делал, когда думал, будто я сплю. Я опешил, но коснулся пальцами его губ, щеки. Прошептал, что он красивый. Провёл пальцами по веснушкам и запустил пальцы в короткие волосы. - Как же я скучал по этому, - он перехватил мою руку и поцеловал ладонь. Он смотрел на меня до тех пор, пока сон не взял верх, и я не уснул. В ту ночь Дин снова снился мне. И я сквозь сон чувствовал, что он сжимает мою ладонь.