Звезда 2

Сказать, что Тецуя был в шоке, значит, ничего не сказать. - Ч-что? – Куроко хлопал глазами, изумленно глядя на Акаши. – Вы шутите? - Могу доказать правдивость и серьезность своих слов, если пожелаешь. Певец явно подтрунивал над Тецуей, он, правда, не собирался заходить слишком далеко, но паренек распалял его желание своим поведением. - Но Вы же... – Только было начал голубоволосый, как его перебил Сейджуро. - Знаю-знаю, обещал, что ничего не сделаю, – Акаши усмехнулся, делая шаг вперед, опираясь обеими руками о подлокотники кресла и наклонившись, приблизился к лицу Куроко. - Хотя ты сам виноват. В глазах певца просто бесновались бесы, не предвещая ничего хорошо. Куроко зажмурился, когда лицо Акаши было совсем близко, опаляя щеку своим горячим дыханием. Паренек думал, что его снова попытаются поцеловать, но у Сейджуро были иные планы. Он протолкнулся меж ног Тецуи, разводя их коленом, и придвинулся ближе к уху. - Я не буду заходить дальше, пока ты сам не попросишь. – Прошептал Акаши, касаясь губами уха Куроко, чуть прикусывая заалевшее ушко. Тецуя сжался, когда Сейджуро стал медленно посасывать мочку, поднимаясь выше, из-за колена Акаши, парень не мог свести свои, поэтому он опустил руки к своему паху и сжал их. Правой рукой, Сейджуро нежно поглаживал шею Куроко, забираясь под футболку и оглаживая плечи. Он чувствовал, как дрожал Тецуя, как кожа покрывалась волнами мурашек, как парень отчаянно пытается скрыть накатываемое возбуждение, вжимая голову все сильнее и сжимая руки в области паха, ерзая в кресле. Сейджуро наслаждался этой пыткой, не мытьем, так катанием. Однако и сам уже чувствовал, как нарастает напряжение внизу живота, разливаясь приятным темлом. Акаши был не из тех, кого можно так легко соблазнить, однако от одной мысли о стонущем под ним голубоволосом пареньке, который собственно сейчас так мило краснеет и пытается скрыть возбуждение, уже распаляло Сейджуро. Взять его он мог и силой, но хотелось слышать хриплые мольбы, как Куроко сам просит его войти в свое тело, измученный ласками и желанием, тяжело вздымающую грудь, видеть слезы на этом почти каменно-безэмоциональном лице. Куроко сводил его с ума, как никто прежде, пробуждая садистские наклонности. Однако было еще что-то, этому непонятному и неизвестному ранее чувству Сейджуро не придавал никакого значения, пока. Пока он был полностью окутан лишь слепым желанием. Закончив, наконец, мучить несчастное ушко Тецуи, он плавно и нежно перешел к щеке, оставляя невесомые поцелуи, переводя взгляд к нижней части, где были руки парня. - Тебе помочь? Прекратив поглаживать плечи и шею, рука опустилась на крепко сжатые в кулаки руки Куроко. - Н-нет... не надо... – Чуть слышно прохрипел парень, краснея, словно кисейная барышня. - Хочешь сам? – Сейджуро усмехнулся, но руки не убрал. Куроко помотал головой в знак отрицания. Приняв этот знак, как одобрение к более вольным действиям, он осторожно убирает руки Тецуи, которые тут же буквально впиваются в подлокотники кресла, того и гляди с обивкой вырвет. Все движения певца ужасно медленные, но нежные, от чего становиться еще хуже. Сейджуро расстегивает пуговицу и молнию на джинсах Куроко. Задрав футболку и запуская руку в джинсы, сжимает пульсирующий орган, поглаживая головку, и наконец, слышит долгожданный стон, пусть и сдержанный. Сейджуро снова припадает к шее, водит губами, целуя и посасывая нежную кожу, оставляя следы - засосы. Куроко весь дрожал, не в силах сдерживать стоны, кусал губы, прикрывал ладонью рот. Но воздуха катастрофически не хватало, от этих сводящих сума прикосновений там внизу, от этих поцелуев. Кончил Тецуя быстро, абсолютно обессилено расслабляясь в кресле и тяжело дыша. Ему было бесконечно стыдно, но сейчас думать о чем-то было просто невозможно. Первый этап бесы Акаши Сейджуро выполнили, не за горами и второй.