Рождественский подарок

После того злосчастного разговора прошло больше недели. Пять дней оставалось до экзаменов. А Драко и Гермиона усердно делали вид, что ничего не произошло, чтобы не терять последние дни вместе. И снова семь вечера, снова поцелуи и жаркие объятия, но в этот раз всё вышло из под контроля. Его холодные руки блуждали по её телу, когда случайно они попали под майку и всё. В этот момент крышу снесло окончательно. Майка летит к чертям, джинсы туда же, девушка стоит в одном нижнем белье, а он осматривает её так, как никто и никогда не осматривал. Щёки пылают, она отводит взгляд, когда он снова покрывает её кожу поцелуями. Она расстёгивает его рубашку, когда он нежно прикусывает нежную кожу на её шее и сил терпеть больше нет, рубашка рвётся и пуговицы отлетают. Они быстро избавляются от всей одежды. Никогда ещё он не испытывал такого возбуждения, никогда ещё он не хотел никого так, как хотел её. Ни один не может терпеть и он резко входит в неё, понимая, что он её первый. На секунду в его глазах появляется шок, а после приходит нежность. Он начинает двигаться в ней, шепча на ухо «Сейчас пройдёт, потерпи» и она ему верит. И вот уже боль уходит на второй план, когда она чувствует прилив наслаждения, страсти, возбуждения. Они начинают двигаться быстрее и с губ Гермионы то и дело срываются стоны. Волна наслаждения накрывает её, он девает последний рывок и оба падают на кровать. Это был её первый, самый запоминающийся секс. Она нежно целует Драко, благодаря за ночь и ложится на его грудь. Он молчит, запоминая каждый миллиметр её тела. Он стал первым мужчиной в её жизни и как он сейчас желал стать её единственным! Но он был слишком горд, чтобы сказать об этом, слишком боялся тех чувств. Его руки скользят по спине, переходят на живот, грудь, шея. И тут он замечает что-то блестящее на её шее. - Что это? – Голос спокоен, но что-то подсказывает, что он видел этот кулон. Чёрт возьми! Где он его видел? Он знает, что это не очень хорошо, если уж не совсем плохо. – Откуда у тебя он? – Гермиона внимательно смотрит на Дракона, висящего на её шее, она уже и забыла про него. - Мне подарили на Рождество. Красивый, да? - Кто подарил? – Девушку начинает настораживать тон Драко и она резко встаёт, усаживаясь на кровать. - Я не знаю. Это был анонимный подарок! А какая разница? Драко Люциус Малфой, у нас только что был секс, ты стал моим первым мужчиной, а ты меня спрашиваешь о каком-то кулоне? Если я тебе больше не нужна, так и скажи, а не заваливай тупыми вопросами! – Она начинала сердится, и не столько на него, сколько на себя. Ведь он с самого начала говорил, что ему нужен секс и он это получил, но ей казалось, что у них всё по-настоящему. Оказывается, нет. – Знаешь, я поняла одну вещь! Я поняла, почему ты не можешь признаться мне в любви, сказать насколько я дорога тебе! Я для тебя лишь недостаток, а ты…моя Вселенная! – С этими словами Гермиона резко встала и начала быстро искать свою одежду, метаться по комнате, то и дело что-то говоря себе под нос. Наконец Малфой не выдержал. Он встал с кровати и крепко обнял её, заткнув нежным поцелуем. - Не говори чепуху, Грейнджер! - Он поцеловал ей плечо и она утонула в его объятиях. – К этому медальону прилагалась записка? - Да, там было написано «Счастливого Рождества!». – Гермиона решила не сопротивляться и ответить на все его вопросы, только бы он больше не поднимал эту тему. - Где она? Записка? - Кажется, лежит у меня с остальными рождественскими письмами…я не помню. - Побежали к тебе! Мы должны её найти! – Драко не знал, что его так пугало и подсказывало найти отправителя этого маленького подарка, но ему это было нужно. Гермиона же застыла в одной позе и сейчас смотрела на него в упор. - Что? Да ты с ума сошёл! На кой чёрт тебе эта записка? - Гермиона, ты можешь просто довериться мне?! - Хорошо…- Девушка прикрыла глаза и оделась. Не так она представляла себе ночь после их первого раза. Она не хотела возвращаться в свою спальню и искать эту записку, но когда просит любимый человек отказать невозможно. Особенно, когда у этого человека такие потрясающие глаза. И вот они уже бегут по коридорам Хогвартса. Картина повергает в шок. Растрёпанный слизеринец в расстёгнутой рубашке и взъерошенными волосами тащит за собой гриффиндорку с гнездом на голове и наспех надетой одежде по ночному Хогвартсу, когда по коридорам бродим Филч с его проклятой кошкой! Пока Гермиона яростно искала записку, которая как назло куда-то пропала, Драко разглядывал комнату, увидев нижнее бельё валяющееся у кровати он усмехнулся и снова оглядел гриффиндорку. Никто даже не понимает, насколько она может быть привлекательной без одежды. Гермиона же тем временем нашла записку в самом углу тумбочке, а ещё то самое письмо от Гарри и Рона, которое так и не осмелилась открыть. Всего на секунду она окаменела. В голове пронеслась мысль «Что я творю? У меня в комнате стоит Драко Малфой, с которым я только что переспала, я не отвечаю на письма друзей, не готовлюсь к экзаменам, а в голове полный бардак», но отложив эти мысли напоследок, как и письмо, она протянула записку слизеринцу. Он быстро выхватил записку и впал в ступор. Конечно, он знал этот подчерк. Можно было собрать, не меньше тысячи писем у него дома, написанные этим подчерком. Ещё недавно таким родным. А что сейчас? Сейчас он понимает, что его предали или предал он, а ему отомстили. Он не знал, но жгучее желание выяснить было. И он снова схватил гриффиндорку за руку и они снова побежали, только теперь в гостиную слизерина. - Что происходит? – На ходу бросила Гермиона, пребывавшая в полном недоумение. - Этот кулон тебе на Рождество прислала Паркинсон. Насколько я знаю, вы не друзья, он либо отравлен, либо заколдован. Поскольку ты ещё не мертва, подозреваю, что он заколдован, только вот, что за проклятие на него наложено я не знаю. - Картина начала складываться, подарок на Рождество…как она могла быть такой глупой? Девушка резко остановилась. - Драко, этот кулон нас связывает! Мы нравимся друг другу только из-за него! – Она озвучила эту страшную мысль, которую так боялся произнести он. Больше он не выдержал и, делая вид, что не слышит, ворвался в гостиную зелёного факультета. К счастью там была только Панси. Он знал, что по ночам она часто сидит вот так одна в гостиной и смотрит на огонь. Как-то раз она сказала ему, что это её успокаивает. - Какого чёрта? – Он сразу крикнул, от чего Панси даже не поёжилась, она только ухмыльнулась и сверкнула глазами. - Неужели дошло, Малфой? – Она злобно смотрела на шею Гермионы, явно гордясь своим умом и изобретательностью. А у Драко уже накипело, он быстрым движением сорвал кулон с шеи Грейнджер и подвёл к слизеринке. - Какие чары на него наложены? Что ты сделала, Паркинсон? – Она лишь улыбалась, удобнее устраиваясь в кресле. Гермиона же тем временем села в дальнее кресло и сейчас наблюдала за картиной. В первый момент, когда Драко сорвал кулон, она ощутила прилив боли, а потом всё как будто прошло, и осталась только пустота. Она знала, что чего-то не хватает. Наверное, всего! Сейчас она слышала слизеринцев, смотрела на них, но ей было совершенно наплевать на них. - Ты всё сам прекрасно знаешь. – Сладко промурлыкала Панси, но из её уст это звучало настолько отвратительно, что у Драко появился прилив тошноты. - Шлюха! Что ты наделала, сука?! За что? – Он был зол, и из последних сил сдерживался, чтобы не врезать ей. Когда он сорвал дракона с Грейнджер, сразу стало легче, как будто огромный груз упал с плеч. Чувства стали прежними. Злость, ненависть, отвращение. - Месть! Я хотела растоптать тебя, Малфой! Как ты не понимаешь, я любила тебя, отдавала тебе всё, что могла, а ты бросил меня! Я не собиралась это терпеть! Я хотела, чтобы ты понял, что такое любить, хотела растоптать тебя и я это сделала. Малфой, теперь ты никто, ты не играешь никакой роли в обществе, тебя презирает твой факультет, от тебя отвернулись друзья, а всё потому что ты связался с грязнокровкой! – Сейчас она напоминала Драко его тётю Беллу, она была по-настоящему сумасшедшей, а больше всего его бесило, что её месть удалась. Она права! Он ничтожество! - Грейнджер, чего ты молчишь? - он подошёл к ней вплотную и злобно смотрел на неё, ему надо было сорвать злость! – Дура! Как ты могла поверить, что я – Драко Малфой, смогу полюбить тебя, чёртову грязнокровку? КАК? – А она лишь сидела и молчала, от чего ему хотелось ударить ей. Такая неживая она сейчас была, но когда он уже хотел снова крикнуть на неё, заметил след на шее. Чёрный след в форме дракона, от которого расходились маленькими венками по всей шее следы. Она как будто умирала, и в этот момент девушка закрыла глаза.