Шинигами — экзорцист

      - Я могу помочь Ватикану, но и у меня есть свои условия! Вы готовы обсудить этот вариант? - говорил уверенным голосом Ичиго Куросаки, стоя перед высокопставленными лицами экзорцизма. Члены совета посмотрели друг на друга, что-то кратко согласовали, и один из них сказал:       - Отставить, - он обратился к телохранителям, готовым пожертововать собой ради Грегори. После приказа они тут же начали неуверенно отходить в сторону, не создавая больше преграды между советом и рыжеволосым нарушителем. - Мы готовы обсудить ваше предложение.       - Фух... - услышав утвердительный ответ, Куросаки начал успокаиваться... Конечно, положение дел очень шаткое и достаточно... острое, но с другой стороны!.. У него есть контакт с Ватиканом и возможность поговорить с Грегори! Куросаки опустил свой Зангецу. - Отлично. Я рад это слышать. Одна из членов совета, не подававшая голос, смотрела на рыжеволосого парня уже немного иначе, чем раньше. Шемизаха могла бы предпринять некоторые меры против нарушителя их вердикта казни, но не стала. Она, Императрица Созидания, имела теперь иные мысли и мнение об этом... демоне?       - В таком случае предлагаю пройти в комнату совещания, - сказал ранее говоривший член совета.       "Если оно тоже не разрушено..." - подумал другой. Куросаки кивнул, убрал Зангецу за спину и направился за советом. Он верил словам Грегори и не ожидал от них подвоха или... ожидал, но был начеку.       - Постойте, - послышался чей-то голос со стороны, - думаю, я тоже имею право находится на собрании... - эти слова принадлежали появившемуся из за поворота Мефисто, смотрящему прямо на членов совета не с пренебрежением, а, скорее, с долькой вежливости.

***

Инцидент в Японии стал частью истории в летописи экзорцистов. Одно из масштабных, и при этом не несущее за собой абсолютно никаких жертв. Все экзорцисты, подвергнувшиеся атакам Короля Мрака, остались живы и не имели серьёзных травм... Уже один этот факт позволял построить первое впечатление о ранее неизвестном короле. Но вот следующие действия Куросаки Ичиго ещё больше поразили Ватикан... После разрушений Ичиго уговорил членов совета провести переговоры. И, так как Грегори поняли, что отказываться от этого предложения - плохая идея (не только для их жизней, но и по интересам), то приняли его. Это обсуждение интересов длилось около двух или даже трёх часов, но собравшиеся смогли прийти к общему решению. Даже Мефисто поручился за своего брата. Несмотря на неприязнь, у Куросаки не было причин отказываться от его поддержки в присутствии членов Ватикана.       "Какой же он... Его вообще не волнует, кто я на самом деле? Почему он так легко адаптируется к новым условиям?.." - думал Ичиго, смотря на ректора. Вердикт был следующий: 1. Рин Окумура всё ещё находится на "испытательном сроке". Ичиго не возражал, так как был уверен, что Рин справится с этим. В конце концов, он мальчик упрямый. Иногда чересчур, а если нужно будет охладить его пыл, то есть он и его брат. 2. Король Мрака помогает экзорцистам. Соответственно, возникли вопросы о том, какими именно обладает возможностями Король Мрака.       - Уважаемые Грегори, на то он и Король Мрака, что может произвести колоссальные разрушения, - перебив шинигами, вставил свою часть и ректор. Тем самым он не дал гнуть свою линию Куросаки.       - Да... если коротко, - подтвердил Куросаки. В любом случае Мефисто умеет врать куда лучше, чем рыжий. И, полагаю, Куросаки был даже рад этому факту. Верно, всё сошлось к тому, что Король Мрака - это полное разрушение. Но эта черта не имела индивидуальности, которой обладал каждый сын Геенны. Поэтому предполагая умение Короля Мрака - полное разрушение, - его попросили помогать с военной мощью в критических ситуациях. Особенно, если это касается сыновей Сатаны, или даже если его самого. И Куросаки пришлось согласиться с этим. Он не любит уничтожать всех демонов без разбору, но вот Амаймону он явно хочет вернуть должок. 3. Ичиго остаётся в академии Истинного Креста. Это было требование Ичиго. Он не объяснял точно, почему, но настаивал на этом. Грегори не стоит говорить, что самая большая его забота - это братья Окумуры. Хотя даже в основном Рин, так как Юкио умел обходить проблемы стороной. Конечно, Ватикану, которому хотелось держать Короля Мрака на более короткой цепи, это не нравилось, но они согласились. Вообще их можно понять.... Трое сыновей Сатаны в одной академии... это... настораживало. Мягко говоря.       - Хорошо, мы принимаем это условие, но в таком случае вы должны понимать - вы берёте ответственность в первую очередь, - говорил один из членов Мефисто Фелю.       - Да... Я это прекрасно понимаю. - Ректор спокойно кивнул, держа ручки замочком и при этом так же дружелюбно улыбаясь. Таким образом, после обсуждения деталей собрание могло быть окончено, но Императрица Созидания решила всё-таки кое-что спросить.       - Король Мрака, - она обратилась к Куросаки. Тот от неожиданности немного встрепенулся. Для рыжеволосого парня это обращение всё ещё было непривычно. - Позвольте спросить: если теперь мы имеем возможность сотрудничать, то разве не было бы правильно с вашей стороны сказать нам своё истинное имя? - Голос её был спокоен и уверен.       - Настоящее имя?.. - Этот вопрос заставил Куросаки впасть вступор. "Это она о чём?.." Однако ректор не растерялся и решил помочь парнишке выйти из этой ситуации сухим:       - Полагаю, мой брат очень редко пользуется своим настоящим именем и... Шемизаха перебила его.       - Прошу простить, Самаэль, но я хотела бы поговорить с самим Королём Мрака. - Она не была глупа и не была готова дальше выслушивать красивую речь дьявола времени и пространства. Ичиго понял: он попал впросак. Ему никто не объяснит, что от него хотят.       "Моё настоящее имя?.. Так... Это как Самаэль и Мефисто Фель?.. Второе - это его псевдоним?.. - он видел, что от него ждут ответа, и от этого становилось не по себе. Парень изобразил ещё более хмурое лицо, будто он решается, довериться Ватикану или нет, хотя на самом деле в его голове творился бардак. - Тогда что для них является моим псевдонимом?.. Я же уже ранее говорил, как меня зовут... А?..." Пока Куросаки обдумывал предположения, Шемизаха и другие члены Грегори ждали и наблюдали за любым изменением в лице Куросаки.       "Он не глупый... должен и сам разобраться... - думал ректор, осторожно посматривая в сторону товарища, с которым он теперь делит общую ложь. - Он знает теперь моё настоящее имя и знает мой псевдним - Мефисто Фель. Сообразит". И ректор был прав. Эту логическую цепочку парень провёл и теперь решал другой вопрос: "А что им сказать в качестве настоящего имени?!"       "Хм... теперь это ещё больше подозрительно..." - думала Шемизаха. Чем дольше шло время, тем больше росло недоверие со стороны Грегори. Просто дело в том, что у Куросаки фантазия - не самая сильная сторона.       "Чёрт, надо что-то сказать, - понимал Куросаки, но в голову, как назло, ничего не шло, - что угодно, что могло бы хоть как-то подойти..." И тогда... Он сделал эту ошибку, о которой будет ещё много раз жалеть. Перед тем, как начать говорить, Куросаки сделал ещё более серьёзное лицо.       - Вы правы. Я могу вам сказать своё настоящее имя. Мой псевдоним - это Куросаки Ичиго, а истинное имя - Хоугиоку. - Во лжи главное - увереность. И сейчас он надеялся больше всего именно на свою уверенность в словах. Шемизаха задумалась.       - Камень Разрушений, значит. Будто... когда-то я уже слышала это имя... название... - Но дальше вникать она не стала. Она была уже довольна тем, что успела лицезреть.       - Полагаю, - после небольшой тишины разговор продолжил другой член совета, - на этом собрание может быть окончено. После пары подписаных бумаг и клятв доверия с двух сторон, Мефисто и Куросаки были свободны. Они покинули Ватикан и прямо сейчас шли по коридору, который приведёт их к японскому подразделению благодаря ключам ректора. Долгое время они шли в тишине. Видимо, каждый думал о чём-то своём. Неизвестно, о чём думал ректор, но вот Куросаки явно был всё ещё в некой прострации.       "Хоугиоку... Откуда это было?.. Почему я ляпнул именно это?.. Кажется, эта вещь принесла мне много проблем. Ай..." - Голова снова начала побаливать, наполняясь старыми воспоминаниями, которые теперь были открыты для шинигами. Они возвращались постепенно. Сравнимо с тягучим мёдом, который не спешил уходить с опущенной вниз ложки.       - Полагаю, - тишину разбил ректор, - теперь мы с тобой достаточно близки в положении дел. - При этом вид его был одним из самых удолетворённых. Будто... его забавлял весь сложившейся результат. А ведь стоило ему лишь немного дать воли Королю Земли...       - Ты это о чём? - Ичиго помедлил с вопросом из-за отвлекающей головной боли.       - Ну как же. Теперь, если выяснится, что ты соврал, то моё положение станет ещё более шатким в глазах экзорцистов. В моих интересах, чтобы секрет остался секретом.       - Но все секреты когда-нибудь раскрываются и... вообще. Блин, Мефисто! Это ты вообще всё это начал! Это ты заговорил о том, что я демон! - Ичиго вспомнил слова Самаэля на платформе перед членами Ватикана. Именно тогда перед Ватиканом сложилось первое мнение об Ичиго как о демоне. - Между прочим, я мог бы не подыгрывать тебе и сказать правду! Мог бы поступить как-то иначе, но ты первый начал говорить за меня! Угх..! - Ичиго держался одной рукой за раскалывающую от боли голову. Мефисто видел это... ...но не обращал внимания.       - Да... я мог бы позволить тебе начать объясняться первым... - говорил он также с загадочной улыбкой, чуть замедляя темп. - ...Только... что бы ты им сказал? - Он совсем остановился. Ичиго остановился вместе с ним, сам о том не задумываясь. - Ведь даже мне ты не раскрыл свою истинную сущность. А им бы сказал? - Он улыбнулся чуть шире и встал ближе. Самаэль встретился своим взглядом с чуть прищуренными от боли глазами парня, налитыми теперь плавленым золотом.       - Да к-кто его, чёрт, знает!.. - Куросаки не поддался пугающей атмосфере ректора и сам возобновил шаг. - Чёрт! - Он зажмурил глаза, поняв, что они снова поменяли цвет. Ректор проводил его взглядом и после решил изменить атмосферу.       - О-о-о, Куросаки-кун, да хватит быть таким серьёзным! В конце концов, всё самое страшное позади! - Он продолжил идти за Ичиго.       - Да иди ты! Я уверен, что все эти проблемы из-за тебя! Чую! - ругался Куросаки, сдерживая боль.       - Значит, нюх - это не твоя самая сильная сторона. Куросаки-кун, тебе стоит перестать злиться и успокоиться. Тебе явно не хорошо. - Самаэль это видел уже давно и он бы помог, но его любопытство, которым он заразился от людей, явно хотело выяснить, а не превратится ли он снова в того монстра.       - Чёртов и этот... - перед глазами темнело, - Хоугиоку... - эти слова были тише и слабей. Его веки становились тяжелее, а ноги еле держали.       - Хм-м. - Мефисто чуть улыбнулся, готовясь поймать бесознательное тело. - Всё-таки, преодолеть сегодняшний твой день - это большое напряжение для любого существа... - размышлял в слух Самаэль. Однако... Его протянутые руки встретила жёсткая хватка Куросаки. Сегодня не будет банальной потери сознания. Куросаки, хватаясь за этот мир, со всей оставшейся злостью смотрел на ректора. Масло в огонь подливало то, что шинигами показывает хитрому демону и свою слабую сторону. Мефисто молча смотрел на него до тех пор, пока шинигами не отпрянул от пытавшегося помочь демона и не пошёл дальше, облокачиваясь на стену. Ректор стоял на месте. Это была абсолютно безмолвная беседа - одни лишь взгляды. Взгляд раздражённого юнца-Бога и матёрого дьявола. Конечно... Самаэлю не нравилось хамское поведение рыжего ученика, но.. и сказать что-то он... не то чтобы не мог... не хотел. Он знает, что это поведение - результат давления... Поэтому он не будет злиться.       - Куросаки-кун! - Ректор после недолгих мыслей возобновил и беседу, и путь. - Позволь открыть для тебя дверь до общежития. Куросаки же, терпящий боль, коротко кивнул. Он не будет бездумно срываться и дальше. Сейчас он уже более-менее взял себя в руки. Они дошли до двери, которую открыл ректор       - Прошу. - Фель улыбнулся. Перед тем как войти внутрь, Куросаки осмотрел помещение. Он убедился, что это его комната в общежитии, и после зашёл. Ректор ещё раз одарил его чуть прищуренным довольным взглядом и закрыл дверь. Шинигами, несмотря на усталось, решил убедиться в том, что пространственная дверь исчезла - подошёл и открыл её снова. За ней был обычный коридор общежития.       - Отлично... В эту минуту у его ног оказалась подросшая Чиффа. Она выглянула в коридор, который внимательно осматривал хозяин. Шинигами без лишних слов отправился к кровати и упал на неё с тяжёлым звуком. Его взгляд был туманным, но всё ещё устремлённым в потолок. Он очень хотел поспать, набрать вновь сил, но чувство беспокойства не давало снизить бдительность до нуля. Всё ещё казалось, что всё происходящее - неправда. Что то, что он заявил, якобы он Король Мрака по имени Хоугиоку - неправда. Этого не было. Хотелось просто понадеяться, что всё происходившее в последние часы - это просто сон. В этот момент Чиффа запрыгнула на кровать. Куросаки медленно перевёл на неё взгляд. Вместо слов, на которых не было сил, парень грубо погладил её из-за плохой ощущаемости тела. Она, кажется, была готова возмутиться по этому поводу, но не в этот раз.       "Что ж... если меня и правда придут казнить во время сна... то, надеюсь, ты оповестишь меня раньше..." В ответ, или просто по совпадению, Чиффа чихнула. Куросаки слабо улыбнулся. Весь недавний гнев исчез... впрочем... как и его сознание. Чиффа посмотрела на парня ещё некоторое время, походила вокруг да около и прилегла под бочок. Улькиорра находился в углу комнаты на шкафу. Это была самая высокая точка в этой комнате. Он внимательно смотрел за Куросаки и бдил. ... Самаэль, идя по коридорам, явно был чертовски рад сложившейся ситуации. "Всё же... ты очень сильная фигура... Куросаки".       - Ректор! - Это была одна из экзорцисток, находившихся под юрисдикцией японского подразделения.       - М, да-да? - Мефисто остановился.       - В течение последних часов поступило много отчётов, которые требуют проверки в ближайшее время. Вас не было на месте, так что я оставила их на столе.       - М-м-м.... - Самаэль помрачнел... Кажется, он и вовсе забыл о том, что его работа содержит также и не самую приятную сторону. - Хорошо... Ты свободна... Ему никогда не нравилась бумажная волокита. Ведь каждое ЧП, от простых взбесившихся демонов-фамильяров до масштабных разрушений в городе, проходило через него. .... Что ж, давайте вернёмся к другой стороне этих событий. Юкио, как и другие эвакуированные ученики, оставался в неведеньи о последних событиях, так как на сам суд его не пустили. Ученики ещё не знали о ситуации с Королём Мрака, но знали о Рине - сыне Сатаны. Прямо сейчас Юкио сидел на одной из больничных коек, окружённый своими учениками, и рассказывал им историю Рина: о его силах, о том, что он хотел стать настоящим экзорцистом, и что он, Юкио, не унаследовал демоническую кровь. Выпалив рассказ о прошлом, учитель быстро покинул их. Будто это был очередной урок.       - А.. Ичиго-то что?.. - О нём студенты тоже мало чего знали. Он появился в пучине событий, пытаясь остановить потерявшего над собой контроль Рина, но, получив серьёзную рану, исчез вместе с Окумурой. В следующий раз ребята увидели пропавших на мосту перед дверями в Ватикан. Тогда, придя в себя, Рин попытался заговорить с так называемыми друзьями, но никто из эсквайров... не ответил. Они просто отвергли его. Куросаки, не пришедшего в сознание, и огорчённого Рина повели на судебное заседание Грегори.       - Я... не знаю, - кратко ответил учитель. Каждый эсквайр находился в недопонимании и в беспокойстве. Только Бон ни о чём не думал, ибо лежал без сознания из-за сильных травм, полученных во время испытания. По коридору в спешке шёл младший Окумура. Он хотел как можно быстрее дойти до своего кабинета и остаться наедине с собой. Так он и сделал: зашёл, закрылся и сел, прикрыв лицо рукой. В его голове были туман и беспокойство... Он знал, что когда-нибудь этот день наступит. Знал, но не думал... Не думал, что так быстро!       - Брат... - На лице Окумуры не было никаких эмоций. Все они метались внутри него, не имея возможности вырваться. Было сложно определить их спектр и то, какая из них была сильнее. То ли беспокойство, то ли... раздражение.       - Тц! - Этот клубок эмоций всё больше подпитывался злостью. - Чёрт! - Документы, находящиеся на столе, слетели со стола одним взмазхом руки. - Рин, ты идиот! Кажется, ему стало чуть легче... Вскипев, он вновь опустился в кресло. Но потом в его голову пришла другая проблема - старший рыжий брат. На данный момент Юкио лишь знает, что его тоже судят верха Ватикана. И не до конца знает итог ситуации. Но... факт, что даже старший брат находится сейчас в критическом состоянии, заставлял его ещё больше вскипать. И уже не от ощущения злости, а... предательства?.. Ведь он - по-настоящему страший брат, с которым у него куда больше разница в возрасте, чем с Рином, был.. опорой. Ещё с детства...       "Рин, ты молодец!" - В голове Юкио появился образ из детства. Маленький Ичиго, который одобрял рисунки Юкио.       "А.. Н-не...", - и его собственный очень робкий ответ.       "Не говори глупостей!..". - Но в следующее мгновенье образ воспоминания изменился. Перед маленьким мальчиком вместо фигуры ровесника-Ичиго была другая... Фигура взрослого парня с рыжей копной... Юкио уверен, что в детстве он не знал никого такого...       - А?.. - Юкио из нынешнего времени явно ничего не понял и помотал головой, отбрасывая и без того расплывчатые мысли. Юкио нужно было взять себя в руки и пойти выяснить, как прошло судебное заседание, хоть и на это у него не было сил.       - Туки-туки? - Учитель поднял взгляд на бесшумно отрывшуюся дверь, у которой стояла облокотившаяся на косяк Шура.       - Пожалуйста, стучи, когда заходишь. - Он сделал глубокий выдох и прикрыл глаза. Шура закрыла за собой дверь и зашла внутрь.       - Да-да, долматинец!.. - Её настроение было абсолютно контрастным по отношению к Юкио. И это даже немного бесило. Окумура еле-как собрал мысли в кучку и спросил:       - Как там Рин?.. Ичиго?.. Что сказали Грегори? - В голове метались самые ужасные результаты.       - Ну-с..! - На этой ноте её позитив потускнел. Она села неподалёку и продолжила: - Рина поставили на испытательный срок. Я проводила его до общежития и оставила там. Хах, он.. перед тем как уйти, он яро пытался доказать мне, что готов к любым тренировкам, чтобы стать сильнее. Он услышал эту новость, и напряжение с плеч учителя чуть спало. Этот жест был причиной мимолётной улыбки Шуры. Всё-таки он беспокоится за брата.       - Понятно... Его слова ожидаемы. А Ичиго?.. Мне лишь сказали, что его тоже обвиняют в крови Сатаны.       - Ам.. А вот тут тебя удивлю... - На этом девушка и сама начала запинаться, подумав: "И вот как он на это отрегирует?.. Он и без того похож на полумёртвого тунца...", а вслух: - Может.. завтра расскажу? - В ответ она увидела ещё более мрачный взгляд.       - Ты хочешь, чтобы я до завтра ждал заключение суда?..       - Да ладно тебе, я просто пошутила..! - Ненадолго обиженно надув щёки, она продолжила отчёт: - В общем... Ичиго признали как одного из сыновей Сатаны. Король Мрака. Якобы он обычно прячется между людьми и не особо проявляет себя. Сначала его хотели казнить, но он разрушил половину резиденции и уговори Грегори выслушать его. И сейчас, как я понимаю, он остаётся в японском подразделении. Юкио смотрел на неё с широко открытыми глазами. Он не верил...       - Однако... Я, конечно, и сама чувствовала от него что-то... от Геенны, но мне кажется, что что-то тут не так... - задумалась Шура, краем глаза поглядывая на товарища. Точнее сказать, Ичиго сам рассказал ей о своём демоническом происхождении, но если она сейчас расскажет и это, то это точно добьёт "долматинца". Окумура смотрел в сторону и молчал. Оба его родных человека владеют кровью демонов... Это и правда словно проклятье какое-то...       - Шура, я... Шура оборвала его:       - Да, - она встала, - не буду мешать. Но... - Подойдя к двери, она дополнила: - Не верь этому полностью. Всё-таки... где-то тут неправда. Ватикан, кажется, сам ещё не до конца понял, что произошло. Юкио кивнул в знак благодарности, а красноволосая девушка вышла из его кабинета. Юкио погрузился в глубокие думы. Все... Вот просто все... Предали. Юкио закрыл глаза. Всё внутри него просто кипело от... ярости. Возможно, к себе, возможно, от обиды того, что он доверял рыжему брату больше всех. А сейчас... Просто... задумавшись... Юкио стиснул зубы.       "Юкио! - Окумура встрепенулся и даже испугался детского голоса. Перед ним в кабинете стоял маленький рыжеволосый парнишка. - Ты сегодня слишком грустный!" - Ичиго часто улыбался в его воспоминаниях. Так ярко, как и Рин. Кто из них у кого научился так улыбаться?.. Это была приятная улыбка из прошлого.       - Я... - Взрослый Юкио не мог ничего выдавить из себя, пока рыжеволосый мальчишка смотрел на него. Так странно общаться с воспоминанием...       "Ничего, сегодня мы хорошо проведём время, и ты взбодришься. - Юкио удивился, услышав вместо детского взрослый голос, обладатель которого стоял перед появившейся маленькой копией Юкио. - Я отведу тебя и Рина в парк, где сегодня проходит праздник. Там будет весело". - Голос Куросаки был мягким и успокаивающим. Не таким звонким, как у его маленькой версии, но... Вот оно, чувство, когда тебя опекает старший брат. Маленький Окумура явно быстро успокоился от слов старшего брата, с которым у него была явно большая разница в возрасте. Окумура, находящийся в настоящем времени, вывел себя из мыслей одним словом:       - Хватит! - Он убрал руку взрослого Куросаки из новых воспоминаний от своей головы и учащённо задышал. - Прекрати! Всё было нормально! Почему я не могу понять ни настоящее, ни прошлое!?       "Не верь этому до конца. Всё-таки... где-то тут неправда.", - вспомнил недавние слова Шуры. И правда, вся ситуация слишком странная. Юкио никогда полностью не понимал, что происходит в голове Ичиго, впрочем, как и в голове Рина. Окумура-младший тихо выдохнул с дрожью в руках. Нужно... разобраться. ... Студенты... Студентов тоже заботили последние события. Но по-разному. ... Конекомару и Шима больше всего беспокоились за состояние Бона, пострадавшего на миссии в лесу и в бою с Амаймоном. Братья-монахи старались не поднимать недавние события в своих разговорах. Ведь от этого им становилось не по себе. Особенно Конекомару. Кажется, он очень близко принимал к сердцу новую информацию об Окумуре. При одном слове "Рин" его передёргивало, а об Ичиго он и вовсе пока не знал, что думать. Шима видел состояние товарища и старался помочь ему, отвлекая от недавних событий другими разговорами.       - Хей! Конеко! - Шима отвлёк его от чтения молитвы.       - Шима, я вообще-то занят... - тут же нахмурился эсквайр с лысой головой.       - Да ладно тебе! Короч, я тут подумал и понял одну вещь... - Лицо розоволосого вроде было и весёлым, но быстро становилось... безысходным..? - Нам, наверное, стоит позвонить семье в Токио...       - О! - Они вот буквально недавно вышли из горячей ситуации и ещё не успели добраться до столь мирных планов, как позвонить семье. - Точно! Нужно рассказать обо всём! - Конеко и правда загорелся этой мыслью и вскочил с места за телефоном. Однако, не набрав номер, обернулся в сторону товарища. - Однако странно слышать подобные идеи от тебя. - Конеко знал, что Шима, наоборот, как можно дольше не хотел бы касаться темы семьи.       - Ну. - Шима потёр нос. - Вот так вот. - Это было всё его объяснение. Конекомару временно устроил этот ответ, и он начал названивать сначала матери Бона. Кажется, мысль о семье по-настоящему воодушевляла монаха. Шима с молчаливой улыбкой наблюдал за другом, которого он, как и Бона, знал с самого детства. ... Изумо смотрела на всю эту ситуацию хмуро и с большей отстранённостью, чем другие. Вернувшись в свою комнату, она начала убираться: расставлять вещи на свои места, которые брала с собой в лагерь, протирать пыль, накопившуюся во время её отсутвия, и проверять, что да как. Это больше напоминало процесс медитации. В конце концов, убираясь в своей комнате, она наводила порядок и в своей голове. Ведь... На первый взгляд она и правда выглядела отстранённой...       - Вообще, меня это волнует? - ...но на самом деле она была обеспокоена, как и другие, но совершенно иначе. Убравшись в комнате, Изуми начала заниматься уроками и другими бытовыми вещами. Она всё ещё иногда поглядывала на пустую кровать, где раньше спала её подруга, и продолжала заниматься. Хозяйка духов уважала выбор подруги. При взгляде на листы с домашкой, иногда её мысли покидали сферу учёбы и были заняты другими рассуждениями.       - Обладатель синего пламени. - Она прикрыла глаза. - Пф, да какая разница, - фыркнула и продолжила писать. Чтобы понять своё отношение к Рину Окумуре, Изуми потребовался лишь один день. Ей было без разницы, кем он там является. Она прекрасно и трезво смотрела на этот мир.       - Этот придурок просто врал ради спокойствия других... - размышляла она за учёбой, - но что там с рыжим-то?.. Вот о нём вообще пока ничего не было известно.       - Хотя, какая разница. Мне важнее сейчас учиться, - с этими словами Изуми вернулась к учёбе. ... Шиеми, в отличие от другой укротительницы духов, не могла войти обратно в процесс учёбы, который никто не отменял.       - Как же так... - Она пыталась не думать о Рине, продолжая помогать матери в магазине, но с этой задачей она пока справлялась паршиво. Её мысли всё время возвращались обратно к парнишке с тёмными волосами. То она вспоминала позитивного, радующегося лишь одной идее поесть такояки, парнишку, то видела в памяти фигуру с обезумившим взглядом, полностью потерявшую над собой контроль. Шиеми связывала пучок травы, который ей нужно будет после повесить сушиться. Обычно она справлялась с этой задачей за считанные секунды, но в этот раз увязла на неопределённое время.       - Да что же такое... - Пальцы просто не слушались и не хотели делать красивый бантик. Вместо этого верёвочка лишь сильнее запутывалась в непонятный узел. Это было схоже с тем, что было на душе девушки. Такой же непонятный комок чувств. Да и тем более, сложно завязать хороший узел, когда твои глаза застилает пелена из слёз. Ты даже стараешься не моргать, чтобы они не скатились с щёк, но их так много, что они справляются с этой задачей и без моргания. - Нужно собраться и.. точно, учитель скоро должен прийти в наш магазин... Нужно подготовить ему то, что он обычно берёт! Придумав себе цель, Шиеми начала работать активнее и отвлеклась от слёз. Шиеми правда было плохо на душе, хоть внешне она пыталась это не демонстрировать, но сейчас у неё это, конечно, выходило не самым лучшим образом. ... Также стоит рассказать про ещё одну фигуру. Усуй. На данный момент этот человек средних лет вообще сидел в бункере, как и многие экзорцисты, не присутствовашие в эпицентре событий. Что? Где? Как?.. А! Он не был ни на суде, ни вместе с другими эсквайрами, когда Юкио рассказывал о прошлом Окумур. Он не понимал абсолютно ничего! На следующее утро после событий.       - Эм, простите... - Мужчина окликнул экзорциста. - А что вообще произошло вчера? Ответ был короток:       - Пока неизвестно. Нас скоро соберут на собрание, где выдадут чёткую информацию. Простите, до этого момента я пока что воздержусь от ответа. - Голос человека, кажется, был немного растерянным.       - Оу, - удивился Сачико, - конечно!.. Спасибо за ответ!.. - Он взглядом проводил уходящего экзорциста. - Хм-м-м... - И хорошенько задумался, состроив угрюмое лицо. Видно, что оно было наигранное, но, кажется, ему так лучше думалось.       - Очень и очень странно... Нужно найти тех ребятишек! Кто-нибудь из них обязательно что-нибудь расскажет! С этим планом он позитивно отправился дальше по коридору. Его шаг был бодр и весел.       - А ещё нужно будет отблагодарить Куросаки-куна за спасение. Ох! Уже второй раз! - восхитился Усуй. Он неожиданно остановился.       - Хм... - Его лицо стало более задумчивым. - До сих пор... - Он прикрыл глаза. - Тот день. В мыслях начали всплывать картины того дня, когда его телом овладел Лим. Больше всего он отчётливо помнил лица своих друзей-предателей, двоих парней в палате и рыжую копну. Конечно, Ичиго сказал в лесном лагере, что просто оказался рядом и ничего такого не сделал, но Усуя не покидало какое-то странное чувство. Иногда он задавался мыслью:       "А как выглядит смерть?" Ответа он себе не мог дать, но знал, что ответ где-то есть. И когда он найдёт его, то обязательно ещё раз отблагодарит её и отдаст жизнь на служение.       "Может... это и звучит глупо... - грустно усмехнулся мужчина, - но таково моё желание... хах". На самом деле он правда ничего не таил от Куросаки, беседуя с ним во время рубки брёвен. Сачико верил, что всё-таки Куросаки причастен к его спасению. Но тогда почему он хочет отблагодарить смерть? А вот, в чём проблема... В момент смерти Усуй почувствовал что-то необъяснимо странное. Чью-то сильную ауру, повлиявшую на его угасающий огонёк жизни. И эта аура явно не была человеческой. Она больше напоминала... Смерть.       - Сачико-сан! - От мыслей отвлёк незнакомый голос. Как оказалось, это была подошедшая экзорцистка.       - Простите, зовите просто Сачико. - Он вежливо улыбнулся, поняв, что он старше девушки. - Всё-таки тут я лишь пока учусь.       - Хорошо... - Кивнула. "Он старше меня, а выглядит молодо..." Потом, откинув посторонние мысли, сказала: - Пройдите со мной, нам нужно дооформить некоторые документы касаемо вашего будущего обучения. - Она вежливо показала дорогу.       - Ох, конечно! - Усуй радостно двинулся вперёд. - Понимаю, я ещё тут заявился посередине года. Наверное, я очень проблемен... - Неловко почесал голову.       - Д-да что вы... Всё нормально!.. - Она чуть смутилась. Так они пошли заниматься бумажной волокитой. ... Рин не понимал. Почему Ичиго так выглядит? Почему? Он чудесно помнит, что Куросаки - не их кровный брат... Но этот факт не объяснял множество странностей, происходящих в голове старшего Окумуры. Рин вспомнил свою маленькую версию себя - мальчишку, бежавшего бить морды всем проказникам, которые хотели отобрать его игрушки. Того маленького ребёнка, который хотел любви и заботы... Всё это - Рин.       "Это сон о прошлом?.." - думал спящий Окумура. Он, как зритель своего сна, наблюдал за картиной со стороны. Вот его маленькая версия рисует какие-то каракули на бумаге и завяляет, что это - лучшее произведение искусства.       -Я продам это и мы разбогатеем! Ха-ха! - Маленький Рин говорил это с широкой лыбой на лице, обращаясь к отцу.       -Хм-м-м. - Широ взял рисунок в руки и начал рассматривать его, выражая на своём лице всевозможные эмоции, который можно было представить у "критика". - По-моему, если сюда добавить парочку женских форм, то на этом и правда можно разбогатеть! Ха-ха-ха! - Смеялся отец со всей душой.       -Чего? - Рин был слишком мал в вспоминаниях, чтобы понять шутку.       "Старик, ты всегда был таким идиотом... - А вот Рин-зритель даже скучал по этим шуткам... - Отец..."       - Широ, ты что несёшь?.. - послышался голос Ичиго. - Рин же запомнит это.       "А?..." - Наблюдающий Рин, переведя взгляд на старшего брата, не ожидал увидеть высокую фигуру.       - М? - Широ посмотрел на вполне взрослого Куросаки. - Хах, я же шучу! Рин! - Он повернулся к сыну. - Это самое настоящее сокровище!       - Э?.. - Рин был удивлён услышать это, и в следующее мгновенье его сердце пылало от радости. - Правда?!       - Да, именно поэтому я похищу это сокровище и буду сторожить его! - Широ, продолжая сидеть на скамье, держал рисунок Рина ближе к своей груди и улыбался.       - Но он мой! Моё сокровище! Отдай!       - Но ты ведь сам его отдал! - Каждое слово Широ несло в себе ноту веселья и доброты. Он ни в коем случае не хотел обидеть ребёнка - лишь немного повеселиться вместе с ним таким образом.       - Нет! Моё сокровище! Моё! - протестовал Окумура, пытаясь отобрать рисунок у отца. Он и прыгал и пытался повиснуть на руке отца, но всё было без толку.       - Ха-ха-ха, ты ещё слишком мал, чтобы что-то отбирать у меня! - Широ потрепал его по голове и, отвлёкшись, не заметил, как рисунок исчез из его рук. - А?       - Э? - не понял и Рин.       - Тогда... - начал говорить Куросаки, забравший рисунок себе. - Я украду то, что уже было украдено ранее. - В отличие от Широ, в его поведении не было столь выраженного веселья или озорства, но в глазах явно горело приятное тепло жизни.       - Эх, Ичиго, записываешься в "Робин Гуды"? - Широ сделал вид, будто ему обидно за "кражу".       - И не думал, - сказал Ичиго, протягивая листок обратно Рину. - Держи своё сокровище. Ты его настоящий обладатель.       - А... Ага... - Рин тихонько принял рисунок обратно из большой руки брата. Стоит отметить, что в этот момент у и Рина, которому снилось это воспоминание, произошёл дикий диссонанс...       "Но ведь... Ичиго ведь старше меня, может, на год...... Всего лишь на год... Я ведь помню... - Взрослый Рин помнил из своего детсва не эту картину... В той картине Ичиго тоже подал ему рисунок, но... Он был ребёнком! Хоть и немного старше! И здесь... В этом сне он был абсолютно таким же, как и сейчас, в настоящем времени... Будто и не рос вовсе... - Что за неправильный сон..." - подумал Рин.       - Угу... - Рин-ребёнок взял рисунок и внимательно посмотрел на него. Двое взрослых людей смотрели на ребёнка с долей доброты. И их лица одинаково преобрели удивление, увидев, как Рин протягивает рисунок обратно в сторону отца.       - Ладно! Дарю! На! - сказал он, чуть робея. - Сокровище, так сокровище! Широ принял дар милоты на себя и, смотря на сына, широко улыбнулся.       - Хорошо, теперь это моё сокровище! - Он потрепал мальчика по голове. - Я буду всегда его оберегать! Хах! На этом моменте...       - М?.. - Рин открыл глаза от ярких лучей, падающих на его лицо. - Просто... сон. Встать с кровати было тяжёлым решением. В конце концов, каждая клетка тела умоляла о пощаде и отдыхе, но Рин всё-таки присел. Это была всё та же комната в общежитии, вот только... Юкио не было.       "Наверное, уже ушёл работать." В конце концов, после вчерашних событий Рину хватило сил только дойти до своей кровати, он ещё не видел Юкио после всего случившегося.       "Он.. явно злится на меня... хех. - Он понимал, что когда-нибудь правда раскрылась бы, но в груди неприятно кололо от мысли, что это "когда-нибудь" уже пришло. - Я сам в этом виноват..." Немного подумав, Окумура бодро поднял голову.       - Мне дали шанс! Так что нужно воспользоваться им и показать, что я на их стороне! - Мальчишка взбодрился, ударив кулаком ладонь. После поднятия духа, Рин решил привести себя в порядок. В процессе переодевания на его глаза попался собственный хвост. Видимое напоминание о его крови... Боевой дух Рина вновь был ослаблен лишними мыслями. Он вновь и вновь задумывался о своём рождении и о настоящих родителях. Но о чём бы он ни думал, ответа не находил. Разве что только один.       - Хотя... Что уж поделать. Я не могу ничего поменять. По крайней мере, в прошлом. Рин собрался с мыслями, решив больше не прятать хвост. Видимо, теперь в этом не было абсолютно никакой нужды. Ведь теперь все знают о его происхождении. И узнав о нём...       "Они явно больше не будут со мной общаться как раньше..." - Рин вспомнил, как перед судом друзья-эсквайры отвернулись от него, видя в нём только монстра.       - Монстр... - Снова подумал мальчик. За этой мыслью последовали неожиданные слова из воспоминаний:       "Ты не монстр", - слова Ичиго, обращённые к уходящему Рину из зала заседаний. Окумура опомнился.       - Точно! Вчера! Ичиго тоже судили в Ватикане! - Рин выбежал из комнаты, направляясь к Куросаки. Конечно, ему никто не успел рассказать о вчерашних событиях, касающихся Короля Мрака. Окумура быстро начал тарабанить по закрытой двери брата.       - Ичиго!? Ты там?! - Он не прекращал, надеясь, что он правда там. - Ичиго! - Но рвение быстро спало. - Ай!... - Причиной являлась головная боль. Будто кто-то яро забивал гвоздь в голову парнишки.       "Ичиго? Ичиго-о-о! - Стоя в коридоре общежития и отойдя к стене, парень видел перед собой детскую версию себя, стучавшую в дверь. Эта дверь одновременно напоминала общажную, в которую только что стучал взрослый Рин, и в то же время дверь из церкви, в которой рос сын Сатаны. - Ичиго! Мне нужна помощь! - возмущался ребёнок, не прекращая стучать в дверь. Дверь из воспоминаний открылась. Взрослый Окумура наблюдал за маленькой версией себя, теряясь в пространстве. Будто его память накладывалась на реальность. Вот, по просьбе маленького мальчика дверь была открыта, и там стоял взрослый рыжий парень.       "Что случилось? Сечас ночь", - говорил тот нереальный Куросаки сонным голосом.       "Папа уехал, а мне плохо спиться... А Юкио уже спит..." - говорил виноватым голосом Рин.       "А-а-а, вот как, тогда давай, пойдём, расскажу сказку", - без замедления и сомнений ответил "старший брат".       - Да какого...? - говорил потерянный взрослый Окумура.       - Рин! - Окумура очнулся от миража благодаря трясущему его за плечи реальному Куросаки.       - А?... - Всё ещё отходя от произошедшего, Окумура с распахнутыми глазами пялился на рыжеволосого.       - Что случилось? - как всегда, твёрдо и уверенно спросил Куросаки. Да... он всегда был таким. Без колебания шёл выяснять, в чём проблема, и шёл решать её. Рин помнит это. Он всегда помогал и ему, и Юкио.       - Ичиго... - Рин вернулся в разговор. - Ты в порядке... Они сказали, что казнят тебя... Что произошло? Я мало что помню. Куросаки, впрочем, как и Рин, явно бы повалялся в кровати ещё пару часиков. Так как его тело помнило о вчерашних нагрузках и не было всё ещё полностью восстановлено. И самое тяжёлое в этой ситуации было то, что, кажется, настал момент честно поговорить с Рином. Но вот насколько честно?.. Ичиго может рассказать историю, которую он состряпал вместе с Мефисто Фелем, или... Или, может... Рассказать настоящую правду? Хотя бы кому-то. Ведь если Куросаки не доверяет Окумурам, то значит... вообще никому не может. А смотря на недавние проишествия, кажется, сейчас самое подходящее время для этого.       - Рин, Ватикан признал меня нечеловеком. - Ичиго пошёл издалека.       - В смысле?... - Рин на секунду удивился, но после опомнился. В его памяти начали мелькать кадры, где Куросаки являлся белокожим монстром в маске. Кажется, борясь с ним, даже Мефисто не был уверен в своей победе. Утро Окумуры с каждой секундой омрачалось ещё более неприятными мыслями. Но... Если смотреть на всё это с другой точки зрения, то он и его старший брат живы! Ичиго стоит перед ним, как и всегда. Будто и ничего не было!       - Я... помню. - Рин чуть по-доброму улыбнулся. Его взгляд казался не расстроенным, а виноватым. - Я помню то, что произошло вчера... - Глянул он в сторону. Окумура вспоминал белого монстра, которого Куросаки явно не контролировал. Эти моменты не то чтобы пугали Окумуру, но сильно настораживали. Это явно давало понять, что Куросаки имеет свои особенности и то, что он скрывал это от него и, видимо, от Юкио.       - Рин, я должен объяснить тебе, что случилось... - На лице Куросаки было видно волнение, которое Рин достаточно редко мог запечатлеть у старшего брата.       "Старшего ли?.." - подумал Рин, чувствуя как его сердце сильно сжимается.       - Или даже не так... - Куросаки нахмурился сильней и зажмурил глаза, приводя мысли в порядок. - Я расскажу тебе всю правду. Да и сам, наверное, скоро поймёшь... Так что лучше сам всё скажу. Официально вчерашним вечером меня признали ещё одим сыном Сатаны - Королём Мрака, но это не так. Это... не так. Да, я не говорил правду, но не потому, что не хотел!.. - Рин молча слушал Куросаки и изумлялся. Лицо рыжеволосого поражало. Рин никогда не видел на его лице столь несвойственных ему эмоции: волнение, нерешительность, колебание. Это всё было чересчур непривычно для Рина. - Моё происхождение необъяснимо для здешних понятий, поэтому мне будет сложно это описать для тебя. - Рин видел... раскаяние?.. - Это требует больше времени для объяснения. Но сначала я должен поведать тебе другой секрет. Я не хотел врать тебе или Юкио. Это явление произошло само собой. Видешь ли... - Лицо Куросаки стало более решительным, но, как ни странно, это начало ещё больше отталкивать и пугать Окумуру. Он будто понимал или... знал. Знал, что сейчас скажет Ичиго. - Я не бр...       - Тр-р-р-р-р! - будильник, стоящий в комнате Окумур, начал сильно греметь, явно намекая на то, что пора подниматься и бежать на учёбу.       - И... Ичиго! Мы опаздываем на пару! - Окумура быстро протараторил эти слова, убегая в комнату за вещами. Будто его всерьёз в данной ситуации беспокоили пары       - П-подожди!.. - опешил Куросаки от столь резких перемен в поведении мальчишки. События приобрели куда более быстрый темп без ведома шинигами. - Рин! - Куросаки явно не был доволен таким положением дел. Он вот только собрался с силами! Сказать абсолютно всё, не боясь последствий, но Рин буквально убежал от разговора!       - Встретимся на парах! - Окумура, схватив меч и сумку, убежал. Куросаки ничего не оставалось, как проводить его взглядом. После вчерашних событий он не был готов устраивать догонялки. Он громко вздохнул.       - Побери Пустой... - Ичиго прикрыл лицо рукой. - И вообще, откуда он знает, что пары будут..? - Но никто не мог дать ответа в месте, где теперь парень был совсем один. - Пустой... - Он повторил это слово с большей вдумчивостью. Да, теперь он чётко и ясно помнил, кто это. Что это за существо, часто достававшее его в своём мире. На самом деле... Он вспомнил всё? Верно. Он вспомнил, как умер и попал сюда. Вспомнил и друзей и события прошлой жизни. И, вспомнив былое счастье... случилось то, чего больше всего боялась Сири, умершее проклятье. Куросаки, смотря в окно, сжал одежду в районе груди. Ведь... Он чувствовал боль. Тоску. Тоску по тем друзьям. ... Рин поступил неправильно и он это знал. Он хотел узнать то, что намеревался ему поведать бра... Куросаки.       "Зачем? - спросил он себя, двигаясь по коридорам академии. Но он знал ответ. - Я испугался..." - Окумура был почти уверен, что Ичиго хотел сказать, что он не его брат. На это намекало странное поведение Куросаки, его последние поступки и быстро изменяющаяся память. Даже сейчас он шёл и чувствовал изменения в памяти, когда он пытался хоть что-то вспомнить. Все они были... другими. Неправильными! Некорректными! Испорченными!       "Как...?" - Рин не мог понять, прокляли его кто или... Что это? Неужели всё было и правда странной шуткой?.. Рин сжал кулаки, вжал голову и смотрел под ноги. Стискивая зубы, он не проливал слёзы. Он пытался думать рассудительно, как это делают взрослые, но так думать... это так сложно... Прислушиваться не к сердцу, а к разуму... Так тяжело... И что делать, если даже разум не знает, как поступить в этой ситуации?.. Вот кто может дать ответы на столь интересующие вопросы?.. Рина несомнено пугали изменения, но не из-за этого он убежал от разговора с Куросаки. Он не хотел слышать правду, потому что так он потеряет члена семьи. И не важно, что Ичиго изначально не их кровный... Но он был братом! Окумура всё-таки дошёл до двери, за которой должны сидеть его одногруппники.       - А может, пар вообще нет?.. - Эта мысль дошла до Рина только сейчас, но развернуться и не проверить он не мог. Ученик выдохнул, собрался и открыл дверь.       - Всем привет! Я чуть припоздал! - сказал он бодрым голосом, видя своих одногруппников. Преподовательница тоже была здесь, но отвечать не спешила, пытаясь подобрать правильные слова.       - Уходи! - послышалось со стороны Конекомару. Он явно был обеспокоен присутствием сына Сатаны.       - Ребят.. Да ладно уж, это ведь всё ещё я.. - Он пытался найти поддержку хоть в одном взгляде, но не находил её. - Шиеми?.. - Это была последняя надежда, но и она отвернулась от него. Рин был растерян, но не долго. Через пару секунд кто-то подхватил его за руку.       - Идём, теперь ты обучаешься отдельно от остальных. - Это был серьёзный Юкио, потащивший брата в сторону.       - П-погоди? - опешивший Рин особо не сопротивялся, но явно находился в недоумении. В скором времени в аудитории больше не было шума и преподавательница продолжила занятие. Все находившиеся, в том числе и преподавательница, не могли выкинуть вчерашние события из головы.       - Мисс, можно вопрос? - подняла руку Изуми.       - Да, Изуми-чан?       - Вы тоже знали о Рине? - Ей был интересен этот вопрос, и она не боялась об этом говорить. Препод прекратила писать термины на доске на доске и повернулась в сторону учеников.       - Да... Нас тоже известили об этом. Сразу после того, когда Рин поступил в нашу академию. Мы были так удивлены, узнав о его крови... - Женщина отвела взгляд. - Теперь он на испытательном сроке. Если он что-то учудит, лучше расскажите об этом... А ведь вёл себя как самый обычный весёлый студент... Эх...       - Можно ещё вопрос?       - А... последний. - Учительница немного растерянно кивнула.       - Нам никто ничего не рассказал про Ичиго Куросаки. Учителя, которых я спросила, избегали ответа... Вы тоже? Этот вопрос интересовал каждого студента в этой аудиотрии - все навострили уши. Женщина посмотрела в одну сторону, потом в другую.       - Нам не запрещали говорить, и вы, наверное, должны знать. Однако нам мало, что пояснили. Было лишь сказано, что Куросаки Ичиго временно отстранён от общих занятий, как Окумура Рин. Дальнейшую информацию пока не доложили. А теперь давайте продолжим занятие.       - С-спасибо... - Изуми кивнула в знак благодарности за ответ и села обратно. Учебный процесс возобновился. Шима безмолвно наблюдал за действиями Изуми.       "Кажется... Она совсем на своей волне... хм, неужели она не беспокоится ни о чём?.. - Шима не мог понять, то ли это напрягает его, то ли просто удивляет. - Ну, это её дела. А я бы больше ни с кем бы из них не общался... Эти чуваки пугают своей силой... Рин такой сильный!.. Ух. Ичиго, слышал, вообще дыру в теле зарегенерировал. Же-есть... - лицо розоволосого исказилось в неприятную гримасу. - Но с другой стороны..." Мысли Шимы улетели за пределы окна, в которое он устремил взгляд. В голве всплылали моменты, где они всей группой весело проводили время. После, помотав головой, вернулся к нудной учёбе. Да... Ведь они были друзьями. ... В полной тишине Окумуры дошли до просторного помещения, где Рин, по словам Юкио, будет тренироваться в течение некоторого времени, чтобы совладать со своим пламенем. Первое задание - аккуратно зажечь свечки, с которым Рин пока отвратительно справлялся.       - Да чё-ё-ё-ёрт..! - бузил Рин. Юкио наблюдал.       - Давай, сосредоточься на нём.       - Не могу... - Рин недовольно поворотил моськой. Окумура-старший вёл себя как обычно, воссединившись с кровным братом. Юкио ничего не поведал брату о вчерашних событиях - его голову посещало слишком много мыслей, не позволявших дать чёткие объяснения...       - Да ну? А ты попробуй. - Кажется, в голосе учителя слышалась нотка язвления, причиной которой являлось то, что и он находился в ситуации, с которой он не мог справиться. В его голове всё ещё была пляска из мыслей. Из них сложно было выстроить более или менее приоритетные группы. Поэтому сейчас "пляску мыслей" он отодвинул, решив сосредоточиться на обучении собственного брата. Ведь он - его самая большая проблема...       - Если я сделаю настолько же кислое лицо, как и у тебя, то сосредоточусь? - ответил с таким же возмущением и Рин. Это больше звучало с наигранной обидой, но, кажется, Юкио и этого хватило, чтобы нахмуриться ещё больше. Кажется, Рин тихо хихикнул.       "Соберись..." - повторял себе Юкио.       - Эй, - окликнул его Рин, - а... Шура где? С ней всё нормально? Юкио знал брата и знал то, что тот в первую очередь думает о других, а уже потом о себе. Впрочем... яркий пример он продемонстрировал вчера... Юкио, думая об этом, лишь вздохнул.       - Кажется, за умолчание в докладах о сыне Сатаны ей ничего не влетело. Видимо, здесь успел поработать директор. Об этом можешь не думать. - Младший Окумура ненадолго погрузился в мысли, облокотившись на ближайшую стену. - В скором времени она вернётся и, так же, как и я, будет присматривать за тобой, чтобы ты не учудил ещё больше дел.       - Вот как... - Рин внимательно смотрел на только что расплавившиеся от его собственного огня свечки. Это была лужа воска... эх...       "Рин, я должен рассказать тебе, что случилось..." - Рин вспомнил последние слова Куросаки. В данный момент между братьями Окумурами в разговорах поднималась проблема, связанная с будущим Рина. Они оба были готовы к этому. В плане... Понимали, что Рин не сможет всегда прятать этот секрет. Хотя, стоит согласиться, Юкио думал, что это произойдёт позже и вообще мечтал, чтобы этого поворота событий вообще никогда не существовало... Но стоит смотреть на жизнь реалистично. И если бы в этом заключалась вся проблема на данный момент, то было бы ещё как-то терпимо. Но... Дело в том, что эта была ещё не вся проблема. Оба брата не могли перестать думать о Куросаки. Каждый, впрочем, видел ситуацию по-своему. Рин видел Ичиго в облике белого монстра, не способного контролировать собственные действия. И видел то, как Куросаки судили. Юкио в свою очередь видел Куросаки только во время суда и проинформирован о том, как закончились переговоры Грегори и Короля Мрака. Ни у одного из них не было полной картины и Рин, встретив рыжего брата, побоялся узнать о ней. Ведь... вся проблема заключалась не только во вчерашнем инциденте...       - Юкио... Скажи... - Рин продолжил говорить через несколько попыток зажечь свечи. Ведь если не с Юкио, то тогда с кем вообще он мог ещё обсудить это? Поэтому... - У тебя в последнее время не было каких-то проблем с... воспоминаниями? Юкио явно удивлённо посмотрел на него. Обладатель огня видел эту растерянность.       - А почему спрашиваешь?.. - выдавил учитель, теряясь в мыслях логических рассуждений. На них, что, проклятие какое-то наслали?..       - Ну, вот у меня были, - прямо ответил Рин, больше не пытаясь возобновить тренировку. - Я сегодня видел брата... И он был в порядке. Я был рад этому. Он тоже ночевал в общежитии. И вот тут... Моя память... - Он поднял взгляд со свечей на Юкио. - А ты помнишь... Ичиго ведь всегда был нашим ровесником?.. Я не могу вспомнить его лицо... то есть, могу, но оно другое... Рин привык идти напролом в любой ситуации, какой бы она ни была непреодолимой. Но вот в данном случае он даже не знал направления, в котором ему следует (или нет) идти напролом.       - Вот что, - узнав это, Юкио стало лишь чуточку лучше, осознавая, что эту проблему он делит с кровным братом, - я тоже... - ему тоже не было смысла это скрывать. - Будто... всё так же, но фигура Ичиго стало иной... Неправильной. Будто воспоминания подменили... - Его лицо было хмурым, а взгляд - пустым. Он явно пытался найти в своей голове хоть одно воспоминание, где Ичиго сохранил детский облик, но таких, к сожалению, не осталось.       - Именно! Изменились! - на эмоциях произнёс Рин. Ему тоже стало чуточку легче, понимая, что у него не у одного эта проблема. Братья взглянули друг на друга. В их взглядах читалось недопонимание ситуации.       - В любом случае... - небольшую паузу разбил учитель. Он тоже не пытался возобновить тренировку. Ему, на самом деле, тоже нужно было выговориться. И жаль, что он делает это так редко... - Я должен рассказать тебе то, что произошло в Ватикане... - Юкио был готов поведать это.       - То, что он - Король Мрака? - абсолютно спокойно произнёс Рин, тем самым сильно удивив Юкио.       - Т-ты уже?..       - Ну... - Рин почесал щёку. - Угусь. - И устремил взгляд в ноги. - И что?       - Так ведь... - Юкио понадобилась пара мгновений, чтобы собраться. - Это значит, что Ичиго тоже был не до конца честен и...       - Понимаю, но мы ведь тоже не всегда честны перед друг другом. - Взгляд мальчишки стал более уверенным. - Вы с отцом скрывали от меня моё происхождение. Ичиго просто тоже скрывал свои секреты... - Рин вновь вспомнил белого монстра. - Так что, мне на самом деле это неважно. - Опущенный взгляд вновь поднялся на брата. Юкио был скован удивлением. Конечно, это было недолго, но всё-таки было. После удивления в нём начала кипеть злость. Злость на себя.       - Так легко... - Юкио сжал руки. Его брат принимает Ичиго так легко, а он... Он ведь тоже любит старшего брата, но почему же он так легко не может?!       - Но меня пугает не это... - Юкио отвлёкся от самого себя, услышав более робкий с ноткой горечи голос Рина, также сжавшего руки.       "Я не твой брат". Вот, что его пугало. Принять то, что его семья стала меньше на одного члена...       - Хе-е-е-ей, ребятки! - Двоих братьев отвлёк голос неожиданно появившейся полураздетой Шуры. - О! А вы тут точно тренируетесь? - Она видела, как они о чём-то беседовали.       - Шура... - Как ни крути, Юкио также раздражал тот факт, что она не соблюдает дресс-код. На этом душевный разговор двух Окумур был прерван.       - Вернёмся к тренировке. ...       - Господа! Вот наше собрание и начинается! - Роль оратора взял на себя преподаватель по физкультуре - Каору Цубаки. Он прокашлялся и оглядел собравшихся преподавателей. - Позвольте мне сообщить о распоряжении свыше. Это было собрание всех экзорцистов, работающих в японском отделении Истинного креста. Конечно, и помещение было соотвествующее - просторное и часто использующееся. "Мистера Бакенбарды" было хорошо слышно в любом углу помещения. Все учителя, в том числе и Юкио, внимательно слушали говорящего. В конце концов они знали, что тема сегодняшнего собрания достаточно необычна.       - Официально были объявлены следующие указания! Прошу внимательно выслушать и придерживаться их! Рин Окумура, унаследовавший кровь Сатаны... - тише дополнил: - ...а ведь хороший мальчик... эх! - и снова громко: - Находится на испытательном сроке! Ему нужно доказать полезность человечеству. Пожалуйста, если вы увидите, как мальчик теряет контроль над собой, то сообщите об этом! - Официально к Рину приставлен Юкио, но об этом учитель не говорил. После этой новости, он продолжил: - Также в нашем отделе есть ещё третий сын Сатаны - это Куросаки Ичиго! Многие слышали и об этом, но слышать это официально... И, собственно, все знали, что ректор является демоном, поэтому Ичиго был третьим.       - Он сотрудничает с Ватиканом, продолжая обучение в нашей академии. Грегори также дали ему возможность показать свою полезность экзорцистам.       - Да как так... - Голос одной экзорцистки был тихий, но в столь большом и хорошо слышимом помещении многие услышали её слова.       - Кхм! - прокашлялся говорящий учитель. - На самом деле, могу понять вас, но таков указ.       - Ректор взял ответственность на себя? - спросил другой экзорцист. - За Окумуру и Куросаки. "Мистер Бакенбарды" кивнул. Примерно таким содержание собрания и являлось. Многие экзорцисты не понимали, куда катится мир...       - Цубаки-сан! - Юкио окликнул говорящего на собрании уже после того, как все начали расходиться.       - Д-да?       - А ректор... больше ничего не говорил? - Сам Юкио ещё не успел с ним поговорить, поэтому надеялся услышать ещё что-то от учителя физкультуры.       - А... нет. - Интонация физрука была понимающей. - Боюсь представить, каково сейчас вам... - Цубаки положил руку на его плечо. - Но... я хотел бы рассказать вам немного о другом. Думаю, так как вы его брат, то должны знать об этом... - Лицо учителя была напряжённым. Это поведение заставляло насторожиться Окумуру.       - Х-хорошо... Но, а каком именно вы брате?..       - Кхм! - Он огляделся, все остальные уже ушли из аудитории. - Я тут случайно подслушал один разговор... Я, конечно, не специально! Но, думаю, должен рассказать об этом вам!..       - А?... - не понимал Юкио. Ну давай, судьба, какими ещё мрачными событиями ты испортишь настроение этому несчастному учителю? А поведал Каору Цубаки о том, как был случайным свидетелем разговора Артура Огюста Энгеля, нынешнего паладина, с одним из Грегори... ...       - Пожалуйста! Вы должны понять! - Паладину явно было тяжело принять вынесенный вердикт Грегори. - Это большая ошибка!       - Артур, ты должен понимать. - Собеседницей паладина являлась сама Шемизаха, одна из членов Грегори, судивших Рина и Ичиго на судебном заседании в Ватикане. Она была абсолютна спокойна и, видимо, призывала к этому и паладина. - Вердикт уже вынесен.       - Но!.. - Артур понимал, что его поведение не самое лучшее, но он правда был весь на нервах. Он сделал небольшую паузу и выдохнул. - Простите...       - Ты, как и я, знаешь, что экзорцистам куда сложнее сравниться с силами Геенны. Самаэль, являясь нашим товарищем, во многом помог.       - Но доверять ему - опасная идея!... Она кивнула, не особо задумываясь.       - Но результат на лицо. Если Рин Окумура будет способен контролировать своё пламя, то он может также помочь. А в силе Куросаки мы уже убедились своими глазами... - Её голос был тише. В её голове было много мыслей по этому поводу, но она явно не намеревалась обсуждать их с паладином.       - А вот с Куросаки нужно быть вдвойне аккуратными! Он явно очень опасен. Я... Я мало что помню, - паладин посмотрел на свою ладонь, - но при поимке Рина я помню, как этот дьявол обратился в другое существо... Шемизаха явно была удивлена, но молча слушала.       - Рин Окумура легко может потерять контроль над собой во время порыва ярости, но этот... Он хоть и наименовался Королём Мрака, но... - Он немного подумал над чем-то и уверенно произнёс: - Он не демон - он что-то другое. Вот, что узнал Окумура от обещавшего молчать учителя физкультуры. ... Что делал сам Куросаки после того, как Рин покинул его? Он не смог решиться отправиться в академию. Вместо этого он сидел в комнате, поглаживая Чиффу. Он был утоплен в собственных мыслях.       "Ичиго-о-о-о-о-о!" - голос его настоящего отца звучал в голове. Прикрыв глаза, он мог увидеть, как его папаша производит попытку ударить его, пока он спит. Мог увидеть его смеющихся сестрёнок... Его память теперь была полностью доступна для него. Он не мог не думать о них, и поэтому он не мог избавиться от нарастающей боли, от которой все эти годы сдерживало проклятье Сири.       - К-как они там?.. - его голос был дрожащим. Чиффа подняла голову на хозяина, но отвечать явно не собиралась. Вместо этого носом уткнулась в ладонь Куросаки. Милота чуть утешала парня. Куросаки поднял голову на Улькиорру, смотрящего на него с диким осуждением. Поймав взгляд летучей мыши, Куросаки уже не мог отвести взгляд.       - И ведь назвал же я тебя Улькиоррой... - сказал тише Ичиго. В данный момент он пролистывал альбом памяти на тех страницах, где они с Улькиоррой сражались насмерть. Жертвуя собой, Куросаки всё-таки смог одолеть его. Ичиго помнит, но не может ответить себе на поставленный вопрос. Почему именно это имя?       - И я был уверен, что оно подойдёт тебе, - задумался Куросаки. От чего-то летучая мышь посмотрела на него с ещё большим прищуром, но недолго. После она предпочла вылететь в открытое окно. Это было нормой - ей нужно разминать крылья. Ещё некоторое время Ичиго цеплялся взглядом за окно, а после снова устремился в мысли.       "Ичиго!" - в этот раз в голове был голос маленьких Юкио и Рина, показывающих ему детские творения в виде картонных человечков. Он очень глубоко вздохнул.       - Я нужен Юкио и Рину. В конце концов я обещал защищать их, - его слова были тверды. Однако где-то глубоко в сознании Куросаки зародилась одна мысль: "Или мне только кажется, что им нужна моя помощь?.." Но эта мысль не имела пока что никакого веса в разуме Бога.