Иллюзия счастья и наш обман

Пов Сергея. В себя пришел от воды, льющейся на лицо. Отплевываясь, встал. - Славик, ты сука! - И это мне говорит тот, кто приперся посреди ночи, прерывая наше уединение? – возмутился друг. Вот тут я и вспомнил, почему нахожусь здесь. - Выпить есть? – пробурчал я. - По-моему, тебе хватит. – заявил Александр. - Пока я не выпью, вы ничего не узнаете. – нагло начал шантажировать я. Те, переглянувшись, согласились. Любопытство наше все! Через час я заплетающимся языком рассказывал, какой Ярослав обманщик и кретин. Доказывал им, что он богатая сволочь. Ябедничал на то, что он воспринял меня, как очередную продажную телку. И страдал из-за того, что практически его изнасиловал. В итоге, отрубился прямо за столом. Проснулся на диване с больной бошкой и ощущением кошачьего нужника во рту. Весь день страдал от головной боли и безответной любви. Славик меня поддержал только антипохмелином. - Никакого сочувствия человеку!- вяло возмущался я, но тот не реагировал. Понедельник наступил до безобразия быстро. - Слав, а может, я прогуляю. Ну, там парк посещу? В зоопарке прогуляюсь? – канючил я все утро. Но под бдительным конвоем друга пришлось ползти в институт. Не обнаружив машины Громова на обычном месте на стоянке, слегка забеспокоился. Мне было слишком стыдно смотреть ему в глаза после того, как я его практически изнасиловал. Да и он, наверное, не желает встречаться со мной. Я ему безразличен, а все это: одежда, кольца, игра на публику - чтобы мама отстала. Почему-то, такой расклад меня не устраивал. В общем, я сам себе во всем противоречил. Первая пара прошла до безумия скучно, я ее полностью посвятил размышлениям. Убедившись, что тоскую по Ярославу, довел себя до состояния «А мне все похер». Если увижу, то подойду извиниться – в итоге решил я. Но трусливая часть сознания добавила: «После всех пар». На второе занятие я пошел с бо`льшим желанием. Догоняя одногрупников, заметил странное явление. Каждый застывал перед приоткрытой дверью, а затем осторожно проскальзывал внутрь. Заглянув в кабинет, как и другие до меня, замер. У окна стоял Громов, а на преподавательском столе лежала бордовая подушка, выполненная в форме сердечка. На ней золотыми буквами было вышито « ПРОСТИ ПРИДУРКА, КОТОРЫЙ ТЕБЯ ЛЮБИТ!». А все оставшееся пространство столешницы было усыпано белыми лилиями. Я растерялся. Неужели это мне? - Входи, входи! – раздался насмешливый голос. Стало понятно, что Ярослав не сердится на мою выходку. Значит, я полностью прощен? Подойдя к столу, начал собирать цветы, поглядывая на мужчину. Улыбка стала мне ответом. - Кто тебе разрешил трогать цветы?! – влез в мои действия визгливый голос Светланы. Я и забыл, что на занятиях. - Немедленно положи на место! – потребовала она. - С какого перепуга, я должен отдавать свой трофей? – возмутился я. - Ты скажи еще, что это тебе в любви признаются. – настаивала она. - Ну, не тебе же. – протянул я, поворачиваясь к Ярославу и глядя на него с надеждой. - Маленький шантажист! – рассмеялся он, делая шаг ко мне, и обнимая меня. До окружающих начало доходить, что я не шучу и это действительно мое. - Я слушаю. – внаглую потребовал я, потом смутился и полностью переключил внимание на цветы. Меня уже не пугала реакция окружающих. Я просто до безумия хотел это услышать. Стало необходимо убедиться в его искренности. Пускай и перед всеми. Ярослав аккуратно остановил мою руку, собирающую цветы. Я боязливо поднял глаза. Боялся, что слишком многое потребовал. - Я люблю тебя и больше не позволю сбежать. – произнес он в гробовой тишине. Цветы осыпались обратно на стол, а я бросился ему на шею. Меня сжали в горячих объятиях. - Я потребую, что бы вас выгнали из института! – завизжала Светлана, прерывая нашу идиллию. - Смирнова, прежде чем возмущаться, гляньте на списки основных спонсоров этого учебного заведения. – ответил Ярослав. - Ярослав Валентинович, вы разобрались со своими личными делами? – раздался голос нашей преподавательницы по статистике. - Конечно, Тамара Викторовна. Надеюсь, вы не будете против, что я заберу Мышкина с Вашего предмета. - Уверена, он наверстает пропущенное. – улыбнулась она. Теперь мне стало действительно стыдно. Под шепот одногруппников я собрал уже СВОИ цветы и подушку. - Я обязательно наверстаю. – краснея, пообещал я. – Как только меня отпустят. – Я даже не сделал попытки выбраться из кольца обнимающих меня рук. - Я вам верю. Идите. – махнули нам рукой в сторону выхода из аудитории. Машина Громова обнаружилась за институтом. Ярослав сам открыл мне дверь, позволяя устроиться вместе с букетом. - А почему она здесь? - Побоялся, что ты сбежишь, если узнаешь, что я в институте. – пояснил он. - Извини, что оставил тебя в гостинице. - Забудь. - И за то, что там произошло. – виновато добавил я. - Мне понравилось. - я с облегчением вздохнул, а он закончил. - Но больше не нужно так делать. Меня взбесило, что я не мог к тебе прикоснуться. - А ты хотел? – в некотором шоке спросил я. - Очень! – с придыханием отозвался он. – Сейчас мы приедем домой, и я покажу, насколько. В квартире мне позволили бросить цветы в раковину на кухне и потащили в спальню. Ярослав не позволил мне раздеться, сам занявшись данным процессом. Он медленно стягивал с меня футболку, поглаживая и осыпая поцелуями все доступные участки кожи, пробуя меня на вкус. Штаны он стягивал с не меньшей тягучестью. - Если не понравится, останови меня. – попросил он. – Я до тебя с парнями не спал. - Ты все делаешь правильно. – ответил я, выгибаясь под горячими руками. В этот раз использовалась нормальная смазка, о которой позаботился Ярослав. Легкая боль и безграничное наслаждение. Мы полностью отдавались друг-другу, утопая в удовольствии, которым щедро делились с партнером. - Я люблю тебя, мышонок. И не отпущу. Поэтому, теперь ты будешь жить со мной. – засыпая, объявил мне Ярослав. – Прости. Я посплю. Без тебя было плохо. Поцеловав самого любимого человека, я устроился рядом с ним. Жизнь наладилась! Иллюзия стала реальностью!