Что теперь будет?

Очередная поездка в Японию, очередной концерт и очередная ночь в отеле. Донун провертелся час, но сон так и не шел к нему. После его признания Чунхену, хён уделял ему много внимания. А если не уделял, другие мемберы сразу же напоминали ему, что он забросил свою «любимую». Но ответа Донун от рэпера так и не дождался. И вот сейчас в очередной раз макнэ пытался уснуть, а все мысли были о его любимом хене. Вдруг в дверь постучали. На пороге стоял Чунхен, в халате и с мокрыми после душа волосами. «Хён, что…», - начал было Донун, но репер резко прижал макнэ к закрывшейся с громким стуком двери и жадно поцеловал. Донун просто замер, боясь пошевелиться. Поцелуй был сначала слабым, робким, потом стал требовательным и жадным. В следующее мгновение язык Чунхена проник в рот Донуна, и макнэ неожиданно для себя застонал. Ноги его подкосились, и он бы, наверное, упал, если бы все еще не был прижат к двери. «Неужели…», - мелькнуло в голове у Донуна. – «Неужели это, правда, происходит». Футболка Донуна была мастерски снята, и в следующее мгновение он оказался на кровати. Чунхен, ухмыльнувшись и окинув взглядом своего макнэ, начал покрывать его тело поцелуями, и весь мир исчез для них двоих. Вслед за футболкой улетели вглубь комнаты штаны Донуна и халат хёна. А дальше были лишь волны боли и наслаждения, лишь жадные поцелуи, жаркие страстные объятия и слияние горячих тел. И в тот момент, когда Донун громко застонал, изгибаясь в объятиях любимого, где-то на задворках его сознания мелькнула все же далекая мысль, что хён так и не сказал главных слов. *** Когда Чунхен проснулся, ощутил на себе непривычную тяжесть. Донун сладко спал, положив голову на грудь своего хена. Воспоминания о ночи накатили волнами. Рэпер просто хотел поговорить с макнэ, так как не мог уснуть из-за случившегося. Но когда Донун открыл дверь и Чунхен увидел его удивленный взгляд, что-то пошло не по плану. Рэпер просто слетел с тормозов. Забылись все запреты, все предрассудки и принципы. Донун ему очень нравился и раз он сам шел к нему в руки, почему нет? И вот теперь Чунхен просто не знал, что делать дальше. Он ведь любит девушек. Как же вышло, что эта ночь была самой лучшей на его памяти? И как теперь с этим жить? Рэпер тихонько отодвинул Донуна, чтобы не разбудить, и встал. Он не помнил, как дошел до своей комнаты и попал в душ, но холодная вода немного освежила, приведя мысли в порядок. «Нет. Это все неправильно. Так нельзя». – Снова и снова Чунхен повторял себе эти слова. «Нельзя, неправильно… Как теперь смотреть Донуну в глаза?». После очередного концерта парни вернулись домой. Чунхен пытался сторониться макнэ, который как будто специально постоянно был рядом с ним. Да и почему как будто? Донун хотел ответов, но ответов у Чунхена не было. Более того, у него вообще не было слов, чтобы объяснить то, что произошло. Всю дорогу из аэропорта Чунхен молчал, слушая музыку. Он слушал песню за песней, не переставая. Рэпер уже устал от этого занятия, но ему казалось, что как только он вытащит наушники, на него посыплется град вопросов. Но вопросов не последовало. То ли Донун почувствовал настроение хёна, то ли и сам обдумывал случившееся, но они благополучно разъехались по домам, так и не поговорив. Чунхен был рад передышке. Он просто не знал, как объяснить Донуну, что сглупил, что это была ошибка. Что больше ничего не будет, ведь это неправильно. Решение пришло уже под утро. *** Сон покинул Донуна. Он просто лежал и смотрел в потолок. Мысли кружились роями, не желая выстраиваться в логический порядок и оставить макнэ в покое. Почему Чунхен так себя вел весь день, как будто ничего и не было? Почему сторонился его после того, как всю ночь доводил до экстаза? Почему он пришел к нему в комнату? Когда хён все объяснит? Неопределенность просто убивала Донуна. «Нет, я должен все прояснить», - сказал себе макнэ. Да, сегодня после репетиции он поговорит с хёном. Если будет нужно, просто заставит его ответить на все вопросы.