Полететь бы...

Эдвард Каллен проснулся со странным ощущением, словно ему чего-то не хватает. Так часто случается: кажется, все хорошо, проблем нет, настроение отличное, а на душе плохо. Внутри что-то зудит, ноет, требует. Подобные ощущения знакомы каждому, кто занимается экстремальными видами спорта. В определение время года начинается «ломка»: жажда адреналина. Тогда спортсмены, любители адреналина начинают беспокойно спать, ворочаться во сне, терять аппетит, хандрят. В общем, впадают в депрессию. И вот именно такое ощущение настигло Эдварда в теплое, апрельское утро. Хорошая погода и отсутствие сессии сделали свое дело: парень сильно затосковал по горам и рвался туда с неимоверной силой. Но до поездки оставалось еще две недели, а за это время Эдварду стоило собрать в кулак всю свою силу воли и мужественно терпеть. Вздохнув, парень откинул одеяло, потянулся и побрел в ванную. Под ноги попалась кожанка, джинсы и потом майка. В голову закралось подозрение, что неплохо бы было прибраться. Иначе очередной налет родителей грозил скандалом, промыванием мозгов и предложением переехать обратно к ним в дом. Эдвард уже год проживал один в небольшой квартирке, купленной еще, когда Эдвард сидел надежно спрятанный у мамы в животе. До этого квартира пустовала, но вот Эдвард решил перебраться «на вольные хлеба». Нет, отношения с родителями у парня были отличными, скандалов практически не было, но двадцатидвухлетнему Эдварду банально хотелось свободы, воли. Привести девушку, зависнуть с друзьями, прийти под утро и не выслушивать упреков и головомойки. В общем, состоялся разговор, и парень стал сам себе хозяином. Причем в полном смысле этого слова. Мама пыталась подсовывать Эдварду деньги, но парень резко пресёк эти попытки.Парень подрабатывал и имел хоть и не большие деньги, но свои. Зевая как лев в зоопарке или на представлении в цирке, Эдвард добрался до ванной и включил воду. Покосился на свое отображение в зеркале. Оттуда на него смотрел широкоплечий, уже немного загоревший, парень со спутанной копной волос дивного бронзового оттенка и зелеными глазами. Занятия скалолазанием сделали из худощавого в детстве Эдварда настоящего красавца с фигурой, от которой милом млели все женщины. Пока стоял под душем, парень прикидывал как бы ему половчее провести оставшиеся две недели до отъезда. Эдвард даже зажмурился, поднял лицо к прохладным струям воды. Когда одна из девушек его спросила: «Почему тебя так тянет в горы?», - парень честно попытался объяснить свои ощущения. Надеялся, что она поймет и даже захочет разделить с ним эти ощущения. Девушка его не поняла, обозвала «шизофреником» и попыталась стать главнее гор для Эдварда. Конечно, из этого у нее ничего не получилось, и вскоре ей указали на дверь. От размышлений оторвал звонок мобильного. Чертыхнувшись, едва не разложившись на скользком полу, Эдвард кое-как дотянулся до телефона. - Алло? - Кися, я дома! – завизжали в трубку. Парень чуть отодвинул её от уха и нежно проговорил: - Девушка, вы зоофилка? Вам номер зоопарка дать? Здесь нет никакого "киси". В телефоне на несколько секунд повисла давящая тишина. - Эд, это ты? - О, слава небесам! Ты вспомнила мое имя? Прогресс! Привет, Джесс. - Клоун, - девушка игриво рассмеялась, - В общем, я приехала, хочу встретиться. Эдвард честно пытался вспомнить, куда ездила его девушка, отношения с которой затянулись на целый год. Такая продолжительность, объяснялась очень просто. Виделись они очень редко. Джессика была дочкой обеспеченных родителей, постоянно ездила в какие-то туры, экскурсии, а Эдвард проводил это время в горах или на скалодроме. Парня подобные отношения устраивали: мозг выносят не часто, секс отличный, темы для разговоров есть. Что еще надо? Любовь? Эдвард Джессике не изменял и испытывал привязанность. По его мнению, этого дня отношений хватит. А любовь это страшный и непонятный зверь. - И когда мы встретимся? - После обеда, я только с самолета. Короче, в три часа в «Неаполе» - Без проблем. - Тогда пока-пока, - девушка отключилась, а парень потянулся за полотенцем. День сулил нечто интересное.