Дождь

Никогда не думал, что буду нянькой. Воспитатель, строгий надзиратель, но нянчиться... Нет уж. Могу только заботиться. О тебе хочется именно заботиться, сберечь от всех проблем жестокого мира, окутать лаской, чтобы ты не вспоминала про свое тяжелое детство. Не нужно, сейчас ты уже взрослая, да и вполне красивая девушка. В спецназ почему-то идут люди с тяжелой судьбой, а если как-то иначе поначалу, то потом обязательно что-нибудь испортится. Некоторые уже смогли убедиться, к сожалению. Для кого-то даже спустя множество испытаний борьба не заканчивается никогда. Но страшнее всего потерять сослуживца, когда понимаешь, будь ты чуть внимательней, его можно было бы спасти. Но ты не успеваешь. Судьба у нас такая. А когда по твоей неосторожности пропадает совсем девчушка, ни в чем не виноватая, просто оказавшаяся немного не в том месте и в результате получившая по голове, становится совсем паршиво. Не углядел. Не досмотрел. А должен был! Нельзя было отвлекаться, но, как на зло проклятый дождь стоял стеной и ничего не было видно. У бинокля банально стекла были мокрыми, а без него как без рук. И что прикажете делать? Думать о своей никчемности и старости? В принципе, можно, как раз вовремя. А так же думать о нарушении приказа не догонять машину с Умкой. Я же догнал бы! Я бы мог ее спасти. Но нет, Бизон, отставить, ты же не юннат, чтобы не слушать приказы. Да что Батя вообще понимает? По его вине Риту не похищали. Хочется просто бить стену от своей беспомощности! Но вместо этого сижу и наблюдаю за лицами ребят. Спасибо, что не жалеют, иначе прямо тут бы кого-нибудь поколотил. Умке же и так не легко было, почему именно она? Почему не меня похитили? Потому что я опытнее. Доверили бойца, а я... Уже все разошлись, а я не могу. Не хочу уходить, просто хочу закрыться ото всех. А еще лучше, чтобы это все оказалось кошмаром и Леська оказалась с нами, целая и невредимая. При мыслях об Олесе руки невольно сжимаются и появляется желание найти припрятанную ребятами бутылку коньяка. Легче не будет, но забыться поможет. Просыпаюсь на диванчике в комнате отдыха, голова трещит, но понимаю, что что-то не так. На часах около пяти утра. Хочу поехать домой, надо принять душ и переодеться, не хочу, чтобы ребята что-то заподозрили. А на улице снова проклятый дождь. Ехать в такую погоду просто опасно для жизни, поэтому иду пешком, благо живу недалеко. Всю дорогу преследуют мысли о Лесе, о чертовой погоде, и в голову приходит вывод, что погода не при чем. Я сам виноват. Я проморгал. Я не уследил и не сберег. А дождь... ни в чем он не виноват. Подхожу к дому и вижу женский силуэт. - Леська! Делаю я быстрее чем думаю, поэтому девушка сразу же оказывается в моих крепких объятиях, но очень осторожных, чтобы не причинить хрупкой девушке боль. Отстраняюсь и осматриваю ее: били, но значительных повреждений нет. Уже хорошо. Веду девушку к себе в квартиру, даже не думая о чем-либо спрашивать. Не хочу говорить. Да и разговоры вполне могут подождать. Сидим на кухне и пьем чай. Уютно, и, наконец, спокойно на душе. С ней все впорядке, она жива, и это главное. Леся ставит кружку на стол и подходит ко мне. А я обнимаю ее за талию и усаживаю к себе на колени это легкое создание. Оба насквозь мокрые, но лично я абсолютно счастлив. - Лесь, не пугай меня так больше. Иначе... - Не буду, обещаю. Хоть мы и одни, а почему-то разговариваем шепотом. От этого обстановка получается какой-то романтичной. На работу приходим вовремя, но полностью промокшие, горький опыт зонтик брать не научил, в итоге мы с Умановой предстаем перед коллективом в настолько мокром виде, что нас можно выжимать. - О, Бизон, Ума, а вы где были? Мура, вот какая тебе разница? Больше всех интересно что ли? - Борь, а вы что, из душа? - Физик, да они, судя по всему, под одним душем были. Ну шутнички, мать вашу! А Леська стоит с грозным выражением лица и еще чуть-чуть пойдет языкастых наших бить. А нечего тут острить.