Поездка, "которая обещает быть веселой" и Очки

Утро началось с тусклого луча света, падающего младшему на лицо, от чего тот и проснулся. Шею нещадно ломило из-за ночи, проведенной в неудобной позе, поэтому нормально пошевелить головой не представлялось возможным. Парень пару минут поморгал, сгоняя остатки сна, осторожно выбрался из-под крепко спящего брата и потягиваясь встал. За окном только занимался рассвет, и все вокруг казалось еще спящим, даже муха, залетевшая в комнату, медленно и сонно кружила под потолком. Рин, обняв подушку, за неимением Юкио под боком, мерно сопел и не собирался просыпаться. Младший поискал взглядом очки и нашел их рядом с братом, в совершенно плачевном состоянии: одна дужка была сломана пополам, не хватало правой линзы и часть оправы была покрыта мелкими трещинами. Он поднял их, осмотрел, и поняв, что они непригодны для пользования, поморщился и с сожалением подумал, что не взял запасные. Без очков все предметы выглядели смазано, как сквозь матовое стекло, поэтому путь на первый этаж, в небольшое кафе, за завтраком получился очень трудным. Парень то и дело натыкался на немногочисленных идущих навстречу людей, непременно перед ними извиняясь. С выбором еды дело обстояло не лучше - пришлось подробно расспрашивать женщину, к счастью оказавшуюся доброжелательной и дружелюбной, о том, что есть в меню. Кое-как лавируя между людьми и балансируя на лестнице с подносом в руках, Юкио вернулся в комнату и уселся за стол, поставив на него тарелки. Есть не особо хотелось, так как мысли о вчерашнем вечере назойливо лезли в голову, хотя, он бы предпочел ничего не вспоминать. "Ладно Рин, он непременно будет раскаиваться, если конечно вспомнит, но что на меня нашло, раз потакал пьяному брату в его дурацких желаниях?.." - думал младший, - "Чертовы очки!" - тихо выругался он, вспомнив причину приставаний брата. Тем временем манящий запах только что принесенного завтрака, видимо, разбудил старшего, и тот, потирая глаза, выполз из-под заботливо накинутого Юкио одеяла. - Как самочувствие? - поинтересовался младший, глядя как брат тщетно пытается пригладить взъерошенные ото сна волосы. - Не жалуюсь, - Рин с небольшим удивлением взглянул на парня, - А что, должен? Тот только многозначительно хмыкнул и предпочел оставить этот вопрос без ответа, и вместо этого кивнул на место рядом с собой, принимаясь за еду. Завтракали они молча. Юкио напряженно о чем-то думал, и часто промахивался мимо рта, Рин беззаботно жевал листик салата, не притрагиваясь к остальному и уставившись ничего не выражающим взглядом в окно. - Ты чего без очков? - внезапно произнес он, посмотрев на брата. Юкио удивленно приподнял брови и фыркнул: - Думаешь, по чьей вине я без них? - Из-за Акари? - старший облокотился на стол и придвинулся к парню, - Ну, рассказывай, - произнес он с еле скрываемым интересом. - Идиот... - младший поджал губы и покачал головой. Вкратце он рассказал брату о вчерашнем вечере, не вдаваясь в "поцелуйные" подробности, и тот неверяще уставился на него. - Врешь, - уверенно сказал Рин, - Я вырубился после третьей бутылки. - Ну ну... У Юкио не было абсолютно никакого желания что-либо доказывать, гораздо проще все списать на действие алкоголя и забыть. Хотелось только одного - лечь куда-нибудь и побыть в тишине, то есть сделать то, зачем, собственно, он и приехал сюда. На улице погода уже вовсю разгулялась, и день обещал быть не менее жарким, чем предыдущий. В такое пекло выходить на воздух не было совершенно никакого желания ни у одного из братьев. Рин попытался продолжить разговор, но Юкио отвечал только односложными предложениями, ясно давая понять, что эта тема не подходит для обсуждения, и старший умолк, решив его не донимать. Идти к девушкам и придумывать оправдание своему вчерашнему поведению было немного стыдно, а кроме этого вариантов для дневного времяпрепровождения не осталось, и парень, глядя как брат достает книгу и укладывается на так и оставшийся разобранным футон, совсем сник. - Мне скучно... - протянул он, плюхаясь рядом с Юкио. - Ты сам меня сюда вытащил, - не отрывая глаз от книги отозвался младший, - Сам теперь и развлекайся. - Лааадно... - Рин как-то странно ухмыльнулся и потянулся к лежащему рядом юноше, - Очков теперь нет, значит начнем с другого... - П... погоди... То есть ты все помнишь? - ошалело спросил тот. - Плохой памятью пока не страдаю, - хищно улыбаясь проговорил старший, - Ты, я думаю, тоже. - Подожди... Рин не стал ждать, и быстро преодолев расстояние между ними, навис над парнем, выдрав из его рук книгу, в которую тот вцепился так, словно она могла как-то ему помочь. - Вчера ты не был так уж против, - с интересом смотря на младшего, ехидно произнес он. А затем осторожно наклонился к нему и мягко провел большим пальцем по нижней губе, заставляя его приоткрыть рот. Юкио не сопротивлялся, так как все тело накрыла приятная слабость, делающая ноги и руки будто ватными и отнимающая возможность пошевелиться. Старший, внимательно следя за каждым движением, аккуратно взял юношу за подбородок, и, еле заметно усмехнувшись, поцеловал. Тот, все так же, не смея сопротивляться, с опаской ответил на поцелуй, будто сомневаясь, стоит ли отвечать, но вскоре это опасение исчезло под настойчивыми губами Рина и языком, который беззастенчиво исследовал его рот. Юкио приглушенно застонал, сам того не осознавая, и подался вперед, крепко вцепляясь в спину брата немеющими пальцами. - Уже лучше... - прошептал старший, словно обращаясь к самому себе. Рин спустился ниже, не отрывая губ от солоноватой на вкус кожи, и прикусил воротник футболки парня, оттягивая его. - Нет желания снять? - спросил он, - Жарко же, - пояснил с еле заметной улыбкой, встретив удивленный и чуть затуманенный взгляд. Младший попытался кивнуть, соглашаясь с предложением, но одеревеневшая шея не слушалась, поэтому он только прикрыл глаза, расслабляя хватку пальцев. В голове опять ветром пронесся вопрос - почему он снова поддается этому физическому порыву, ведь в этот раз ничего не пил?.. И Юкио в который раз отвечал сам себе - потому что хочется. Хочется так, что зубы сводит. Наверное, думал он, это из - за расслабленного состояния, в котором пребывал, находясь на отдыхе, пусть и таком сумбурном. Рин тем временем просунул свои руки под футболку брата и прошелся пальцами по бокам, поглаживая чуть выступающие ребра, прежде чем стянуть ее. Прикосновение к гладкой мягкой коже вызвало у него невольный стон, заставляя дыхание сбиваться и становиться чаще. Хотелось дотрагиваться до нее не переставая, ласкать пальцами, губами, языком, чувствуя ее тепло и знакомый запах, ставший сейчас еще более приятным и будоражащим, вдыхать вновь и вновь. Что нашло на Рина, он и сам не знал. Вчера какой-то внутренний запрет сорвался, и парень не стал сдерживать непонятно откуда взявшееся внезапное желание. Сейчас же его смелость куда-то улетучилась, и он не хотел, чтобы Юкио его оттолкнул. До этого было что-то наподобие азарта, проверки, насколько далеко можно зайти, а теперь почему-то стало слишком важным то, что происходит. Взглянув на брата, старший с облегчением отметил отсутствие отвращения и ужаса на его лице. Выдохнув, Рин опустился на юношу, положив голову тому на плечо и мелко дрожа от нахлынувшего волнения. - Прости... - произнес он, сжимая его в объятиях и невесомо целуя за ухо, - Правда, прости... Юкио судорожно вздохнул и ласково провел руками по его спине, заставляя Рина начать дрожать немного сильнее. - Тоже... сниму... - еле слышно проговорил он, начав стаскивать с него майку, попутно ища его губы своими. Нежно целуя, младший прижался к парню, чувствуя его жар, и ему хотелось быть еще ближе. Он уверенным движением снял шорты с брата, и обхватил его бедра ногами, вжимая в себя. Рин глухо застонал, дрожа уже всем телом и жмурясь от ставшего невыносимым возбуждения. Поцелуи теперь получались требовательными и обжигающе горячими, казалось, даже высокая температура в комнате сейчас сменилась на более низкую. - Приподнимись, - хрипло попросил Юкио. Старший с трудом приподнялся на негнущихся руках и завис над братом, а тот лихорадочно терзал молнию на брюках непослушными пальцами, предпринимая тщетные попытки что-либо с ней сделать. Рин сел и накрыл его руки своими, помогая справиться с проклятой железкой. Сам сняв с юноши брюки он принялся за трусы, и тихо выдохнул, когда освободил того от них. Широко распахнув глаза он уставился на возбужденный член Юкио и чувствовал, как заливается краской. Но, несмотря на смущение, у него возникало непреодолимое желание дотронуться до плоти брата. Парень медленно наклонился и осторожно провел языком по головке, словно пробуя на вкус, и слизнул выступившую капельку смазки, вызвав тем самым тихое шипение младшего. Не глядя на него, Рин обхватил член губами, не переставая несмело совершать языком такие движения, что Юкио хотелось застонать в голос, и ему приходилось прикусывать губу, чтобы стон не вырвался наружу. Старший, осмелев, теперь то уверенно облизывал головку, то скользил по всей длине члена, полностью вбирая его в рот и добавляя к ласкам руки. Младший всем телом желал начать толкаться бедрами навстречу таким волнующим движениям брата, но тот удерживал его, не давая это сделать. Дыхание уже совсем сбилось, и держать темп Рину становилось все сложнее. Юкио уже до крови искусал кулак, пытаясь все это терпеть молча, и, наконец не выдержав, он резким движением поднял юношу, оторвав его от занятия, и усадил на себя. - Оближи, - выдохнул он, несильно надавив на нижнюю губу Рина, просовывая два пальца тому в рот, - Ну же... Парень вобрал в себя пальцы, смачивая слюной, и прикусил их, изнывая от нетерпения. Младший одной рукой надавил брату на спину, заставляя того лечь, а другой аккуратно пробрался к ягодицам и протолкнул влажные пальцы в плотно сжатое колечко мышц. Старший сдавленно прошипел, и Юкио успокаивающе прошептал ему на ухо: - Расслабься, пожалуйста... Юноша, послушавшись, попытался это сделать, но получилось крайне плохо, тогда брат вовлек его в поцелуй, отвлекая от неприятных ощущений, которые вскоре растворились во вновь накатившем возбуждении, и младший начал двигать рукой, растягивая парня. Когда тот начал тихо постанывать, пальцы заменило кое-что посущественнее, и Рин задохнулся от жгучей боли, которая будто пронзила все тело. Юкио замер, давая ему привыкнуть, и через некоторое время, почувствовав, что брат расслабился, он начал осторожные движения, стараясь не причинять новую боль. Сначала старший только еле заметно вздрагивал при каждом толчке и сжимал руки так, что побелели костяшки пальцев, а потом он уже потихоньку начал двигаться в такт, постепенно насаживаясь все сильнее и глубже, чувствуя, что еще немного, и тело взорвется от странного ощущения заполненности. Младший, дыша как загнанная лошадь, неистово жмурился, пытаясь хоть немного сдержать приближающийся конец. Рин, с тихим вскриком напрягся, прижимая к себе парня, а затем обмяк, закрыв глаза и уронив голову ему на плечо, и тот вскоре тоже кончил, невнятно простонав что-то невразумительное. - Жарко... - пробормотал Юкио, но так и не выпустил из объятий брата. - Угу... - лениво отозвался тот, устраиваясь поудобнее. Неизвестно сколько они пролежали так, не шевелясь, и тут дверь в комнату с тихим скрипом приоткрылась, и из щели показалась Тиаки, которая с выражением дикого ужаса смотрела на братьев. Следом высунулась Акари. - Ну, видишь? - произнесла она, поджав губы, - Я же говорила. - Ага... - отозвалась Тиаки, яростно протирая глаза. И девушки быстро удалились, бесшумно прикрыв за собой дверь. - Когда мы научимся закрываться? - недовольно простонал Рин. Юкио только повел плечами, насколько это было возможно в его расслабленном состоянии и спросил: - Ты считаешь нам эта привычка теперь пригодится? - А ты как думаешь? - старший лукаво улыбнулся. - Думаю да. А еще думаю, что стоит продлить отпуск на еще одну лишнюю недельку и заказать новые небьющиеся очки.