Действенный способ

      Джон не отстранился. Он замер на несколько мгновений, пока Шерлок осторожно, еще не веря своему счастью, целовал его. Его губы были теплыми и чуть обветренными из-за вечной привычки постоянно их облизывать. Но спустя пару секунд, Джон словно очнулся, вздрогнул и с глухим полустоном-полувсхлипом приник к Шерлоку всем телом, запуская пальцы в его волосы. Его язык как-то очень быстро оказался во рту у Шерлока, а ладони – под рубашкой.       Шерлок терялся в ощущениях, таких невероятно острых и ярких. Он ослеп и почти оглох от ласковых прикосновений Джона к плечам, груди, животу. От безумного натиска губ и языка. По телу мгновенно прокатилась волна жара, желание огненной лавой заструилось по жилам, сворачиваясь клубком в паху. Одежда вдруг стала очень грубой и раздражала кожу, брюки болезненно сдавливали эрекцию. Казалось, еще чуть-чуть и он не выдержит, взорвется, рассыплется на осколки…       - Мальчики! Чай готов, - веселый голос миссис Хадсон пробился, словно через толстый слой ваты, - Шерлок, дорогуша, в синей банке точно сахар?       Первым опомнился именно Джон. Он мягко оторвался от губ детектива, прислоняя свой лоб ко лбу Шерлока, отводя разом взмокшие пряди от лица любимого.       - Нам стоит выйти самим, - Джон улыбался.       - К черту, я все равно не хочу чаю, и ты завариваешь его гораздо лучше, - пробормотал Шерлок, не открывая глаз, - Я и так ждал очень долго.       - У нас будет еще время, целая жизнь, - Джон осторожно отцепил судорожно сведенные пальцы мужа от своей рубашки, поцеловав каждую ладонь, - К тому же тебе совсем не лишним будет тоже выпить чаю. Больничная еда была не слишком питательной. А зная миссис Хадсон, закуски она приготовила отменные.       Джон все же настоял на том, чтобы Шерлок поел. Детектив кривился, фыркал и закатывал глаза, но спорить не мог. После инцидента в спальне он ощущал себя как шарик, из которого выпустили весь воздух. Изредка поглядывая в сторону Джона, Шерлок понимал, что готов ради него на любые жертвы, даже трехразовое питание и регулярный сон.       После чая Джон ушел в больницу – он и так брал слишком много выходных для того, чтобы все время быть рядом с Шерлоком. Теперь придется много отрабатывать. Строго-настрого запретив выходить без него из дому, Джон торопливо поцеловал детектива и, прихватив куртку, убежал. Шерлок впервые остался наедине с самим собой и своими мыслями. В больнице рядом с ним все время был Джон, а если он отлучался ненадолго – медперсонал или кто-либо из посетителей. Поэтому толком поразмыслить над сложившейся ситуацией никак не получалось.       Удобно расположившись на любимом диване, Шерлок привычно разложил ситуацию на плюсы и минусы. По всему выходило, что кроме регулярных головных болей, провалов в памяти и слабости во всем теле, ситуация имела один но огромный плюс – Джон теперь его муж. И, значит, он может прикасаться к нему когда угодно, целовать его и проделывать с ним все те восхитительные вещи, о которых он так долго мечтал. Его список на сегодняшнюю ночь составлял, по меньшей мере, около тридцати пунктов. Хотелось увидеть, какими станут глаза Джона в моменты страсти, как он будет отзываться на его прикосновения, услышать, как он выстанывает его имя…. И это только первые пункты списка. От предвкушения по телу немедленно прокатилась волна возбуждения.       И этот один плюс полностью перекрывал все прочие минусы.       Шерлок довольно потянулся всем телом, как большой кот, и вновь растекся на диване. Значит, его последний эксперимент оказался удачным. Ему удалось найти способ сделать Джона своим мужем.       Как только эта мысль пришла Шерлоку в голову, он замер, а после быстро сел на диване.       Нет. Не было никаких экспериментов. Он никогда не вел дневник, не искал вариантов, не лазил по сомнительным форумам. Сознание снова играет с ним, посылая ложные воспоминания. Но какие же они реальные! Вплоть до звуков, запахов и ощущений. Гораздо четче и ярче, чем действительность, в которой находится детектив. В такие моменты ему становится отчаянно страшно, что эти воспоминания поглотят его, утянут за собой в воронку. И снова он не будет знать, где правда, а где вымысел. Раньше, во время этих приступов, с ним всегда был Джон. Теперь придется учиться справляться самому.       На подгибающихся ногах Шерлок доковылял до кухни и плеснул в стакан немного воды. Зубы отчетливо отбивали дробь. Надо сосредоточиться. На реальности. На этой реальности. Срочно нужно найти то, что еще раз ему докажет иллюзорность его воспоминаний. Отставив стакан, он вернулся в комнату и отыскал свой ноутбук. Ну конечно! Если не было никаких экспериментов, значит, не было и папки «ДВ/ШХ» в его лэптопе.       Все так просто.       Ноутбук обнаружился в прикроватной тумбочке полностью разряженный. Неудивительно – сколько прошло времени с тех пор, как его в последний раз включали. Шерлок подключил зарядку и, затаив дыхание, щелкнул крышкой. Вскрыть его пароль на лэптопе не смог бы даже Майкрофт, а значит, можно быть полностью уверенным в том, что все данные на нем в сохранности.       С облегчением перекопав все содержимое компьютера, и, разумеется, не обнаружив никаких записей, Шерлок снова растянулся на диване. Не было. Ничего не было.       Действительно, стал бы он, Шерлок Холмс, проводить столь сомнительные эксперименты! Глупости. Вот уж точно бред. В тот вечер, когда Шерлок получил по голове, у Джона умер пациент. Его вины в том не было – мужчина был обречен. Но Джон, с трепетом относившийся к человеческой жизни, всегда очень болезненно воспринимал подобные случаи. Неудивительно, что после работы он зашел в паб. Простительно, что на голодный желудок не рассчитал дозу алкоголя. А Шерлок, вместо того, чтобы вовремя заметить состояние мужа, накинулся на него с придирками. Ссора была неизбежна.       Приступ паники постепенно отпускал, дышать становилось легче, и Шерлок задремал, уютно обхватив подушку с британским флагом.       Ему снился Джон. В его сне любимый выглядел совсем не так, как наяву – он был очень осунувшийся, бледный, с синяками под глазами. Во взгляде тоска и какая-то обреченность. Он звал его, звал отчаянно, с мольбой в голосе. Инстинктивно Шерлок рванулся к нему, продираясь сквозь какую-то вязкую серую субстанцию. И увяз. Он рвался, обламывая ногти, выворачивая суставы, но добраться до Джона никак не получалось. Серая масса плотно облепляла тело. Собрав все силы, Шерлок отчаянно дернулся и… свалился с дивана у себя в гостиной. Безумно оглядевшись, он понял, что наступили сумерки, и это был только сон. Однако в ушах все еще настойчиво слышался крик Джона:       «Шерлок…».