Дух Доблести

~*~ Маги, чьи тела и души были осквернены, расстались со своими жизнями. Те же, до кого очередь так и не дошла, отделались синяками и царапинами - им хватило бы обычного лекаря с припарками и верного друга, который поможет поскорее все забыть. Но не Каллену - выжившему, но не поддавшемуся демонам, последнему храмовнику из тех, кого запечатали в Башне вместе с магами. Ему была нужна Винн. Но Винн не было, Винн путешествовала со Стражницей. Когда через неделю состояние Каллена не улучшилось, рыцарь-командор Грегор уступил больному свои покои, заявив, что, вплоть до его выздоровления, будет занимать место в общей казарме наравне с другими рыцарями. Первый Чародей Ирвинг сказал, что так не годится, и он готов уступить рыцарю-командору свои апартаменты. Рыцарь-командор ответил, что это его человек находится в критическом состоянии, поэтому, если кто и должен претерпеть ради него временные неудобства, то это он. К тому же, Первый Чародей намного старше и нуждается в хороших условиях проживания. - Вы совершенно правы, друг мой, - задребезжал Ирвинг. – Именно поэтому я перееду в комнату Винн в женском крыле и буду коротать время до решающей битвы в обществе юных магесс. После пережитого Первый Чародей заметно приободрился, как будто близость смерти и разгоревшийся Мор скинули ему пару десятков лет. Выбрав подходящий момент, Амелл обратилась к рыцарю-командору с заранее подготовленной речью. Она старалась выразить всю почтительность, на которую была способна. - Сэр Каллен был экзекутором на моем посвящении, - сказал она. - Его меч был предназначен, чтобы оборвать мою жизнь, а на деле спас ее, когда демоны прорвали завесу Тени. Я прошу разрешения ходить за ним, пока он не поправится. Рыцарь-командор удивленно повел бровями и ничего не ответил, дав знак, что подумает. Это не внушало оптимизма. Однако к вечеру кровать Амелл отвинтили от пола в комнатах магов, перенесли в бывшие покои рыцаря-командора и снова привинтили к полу зачарованными винтами на почтительном расстоянии от кровати Каллена. Поставить ее слишком далеко, однако, тоже было нельзя, ведь сиделка должна слышать стоны умирающего даже во сне. Оценив расстояние между кроватями, как целомудренное, рыцарь-командор ласково улыбнулся Амелл, вышел и закрыл за собой дверь. Амелл еще пару секунд стояла неподвижно, сложив перед собой руки в благочестивом, полном покорности жесте. Не только кровати магов, но и вся мебель в Башне привинчивалась к полу, чтобы маги не меняли тщательно спланированную обстановку. В Башне не должно было быть темных, отгороженных мебелью углов, и причиной тому был вовсе не страх перед развратом, а нежелательная магия. И все же рыцарь-командор ясно дал понять, что привязанность Амелл к его храмовнику внушает опасения, и это при том, что Каллен был без сознания почти все время. Выждав положенное время после ухода командора, Амелл привычно поцеловала Каллена в лоб и поправила одеяло. ~*~