Чтобы было весело, надо чтобы игра нравилась

-Скучно, - протянул Шинтаро, закрывая уже давно надоевшую книгу. - Я больше так не могуууу! Черт бы побрал этого Кано! Конохааааа, прекрати на меня пялиться! - умолял Шин сидящего рядом и смотрящего на него парня.        Глядя на эту сцену может возникнуть логичный вопрос: "Почему хикикомори не сидит за компьютером или, в крайнем случае, в телефоне, а умирает от скуки? Почему Коноха пялится на него, как будто тот новенький телевизор?" На самом деле, не то что бы Шинтаро не мог уйти с базы домой, в свой любимый компьютер, продолжая вести свой унылый образ жизни и выслушивая подколки от Эне, не то что бы альбинос не мог заняться чем-нибудь помимо разглядывания последнего... Хотя, да, ни один, ни второй не могли этого сделать. Почему же? Ответ прост: всему виной был вездесущий и гениальный Кано и... спор.       Конечно, спор, что же еще могло оторвать хикикомори от его излюбленного образа жизни? Несмотря на всю свою гениальность, принципиальность и прочий набор замечательных качеств Шинтаро все же повелся на эту гениальную идею лжеца. Сегодня Шину вообще казалось, что с ним что-то происходит. То он сам, без уговоров пришел на базу, то заключил это глупое пари на то, что он не будет сидеть в интернете и смотреть телевизор целый день... Кто-то скажет, что выполнить эти условия не сложно, но для NEET, два года не отрывавшийся от компьютера, так не думал, тем более, что заняться было решительно нечем. Момо была на съёмках, Эне блуждала по просторам всемирной сети, а остальная часть банды ушла за покупками. Таким образом на базе остался только он и следящий за исполнением всех условий спора. А следил он в своём стиле, просто напросто не отрывая взгляд от хикикомори.        -Коноха, раз ты все равно ничего не делаешь, так хоть помоги мне пережить этот день, - сказал Шинтаро. -давай замутим во что-нибудь, а то скучно.        - Скучно, - протянул Коноха. - Против скуки помогает веселье. А игра это веселье? Так ведь, Шинтаро?        - В большинстве своём да, а что за игра?        - Еще Кано говорил, что неожиданности это тоже весело, -Коноха пропустил вопрос мимо ушей и продолжал вспоминать все, что знает про веселье. - Значит, игра и сюрприз вдвойне весело.        - Эй, Коноха, не игнорир... - хикикомори не смог закончить фразу, потому что его губы смяли неумелым, но очень настойчивым поцелуем. Шин опешил и удивленно уставился на альбиноса, руки которого в это время залезли под его футболку и начали блуждать по телу. Коноха опрокинул своего уже далеко не скучающего, покрасневшего до цвета помидора, друга на диван, отрываясь от его губ, что бы глотнуть воздуха.        -Что ты делаешь?! Прекрат...мммм... - Коноха снова не дал закончить Шинтаро предложение, возобновляя поцелуй. Последний, в свою очередь, уперся ему в грудь руками, отталкивая его. Он разрывает поцелуй, недовольно мотнув головой, и на его губах блестит ниточка слюны. - Это не игра! Откуда ты вообще это взял?!        - Ну, я вчера видел, как Мари смотрела фильм, - сказал Коноха, поцеловав Шинтаро в мочку уха и прикусив ее. - там два парня играли в эту игру... Мне кажется, что им было очень весело...        - С чего это ты решил, что это игра?! - практически выкрикнул Шинтаро. Он еще больше покраснел, когда Коноха пристроил колено между ног хикикомори.        - Мари сказала, что это игра. Игра же это весело, ты сам подтвердил, - ответил Коноха, слегка удивленный странной реакцией друга. Ведь в фильме тот парень реагировал совершенно не так.        - Это была ни черта не игра! Они там трахались! Сексом занимались, понимаешь?! Ааа, чёрт, ты же не знаешь, что такое секс! - парень был раздосадован пустоголовостью и жутко смущен своим положением.        - Шинтаро, тебе скучно? - спросил альбинос, подаваясь вперед и задевая коленом выпуклость на брюках. Тут в голове Шина пронеслась шальная мысль: "А почему бы и нет? Ведь это действительно весело." Неизвестно, что вызвало появление этой мысли в голове хикикомори, но тем не менее, несмотря на все протесты разума, он все же сделал то, что сделал.        - Нет, очень весело. - отведя взгляд обвивая руками чужую шею, сказал Шин. - Давай продолжим? - Шинтаро еще больше покраснел и вовлек Коноху в новый поцелуй. Они целуются сперва неумело, лишь соприкасаясь губами. Но вскоре Шинтаро прикусил нижнюю губу альбиноса и углубил поцелуй, проникнув языком в слегка приоткрытый рот Конохи. Его язык настойчиво и осторожно, принялся исследовать предоставленную территорию. Вскоре альбинос стал отвечать на поцелуй. Юркий шаловливый язычок дразнил, завлекал, ускользал и снова прикасался. Вдруг Коноха замер и отстранился.        -Что случилось? - спросил недовольный прекращением Шинтаро.        -Ну, я дальше не досмотрел, - смущенно ответил юноша. NEET вздохнул и, решив, что обратного пути уже нет, взял инициативу на себя. Он нежно поцеловал альбиноса в уголок губ и начал снимать свою футболку, но Коноха, все же решив не отставать от Шинтаро, сделал это сам. Хикикомори удивился, но сопротивляться не стал. Немедля Коноха начал целовать своего партнера в шею, прикусывая её и вызывая томные стоны. Он спустился ниже, целуя грудь и задевая языком затвердевшие соски, в то время как его рука начала расстегивать ремень брюк NEET.        -Мм... подожд... - Смущенный Шинтаро пытался остановить альбиноса, но тот, не замечая протестов, снял с него штаны и обхватил рукой вставший член, начиная медленно двигать ею вверх вниз. Шинтаро охает и прикрывает ладонью глаза, задыхается от нахлынувших чувств, он судорожно втягивает в рот воздух, ему было жарко, очень жарко. Действия Конохи смущают его, но отстранится он уже не может, слишком много удовольствия и желания вызывают эти пошлые прикосновения. Шинтаро издал громкий стон и волна жара охватила его в момент высшего удовольствия, полностью лишая сил. Он обессиленный лежит на диване, в то время как Коноха снимает с себя одежду и переворачивает не сопротивляющееся тело на живот и, разведя чужие бедра, проникает в него двумя пальцами, начиная ими медленно двигать, растягивая его. От этого дыхание Шинтаро учащается, даже просто от самого осознания процесса. После того как мышцы окончательно расслабленны, Коноха входит внутрь. В глазах темнеет и Шинтаро вскрикивает от резкой боли. Коноха останавливается.        -Больно? - спрашивает альбинос, обвивая руками талию Шина.        -Я в порядке, - отвечает Шинтаро, от боли сжав зубами лежащую рядом подушку.        -Расслабься, - шепчет Коноха и успокаивающие целует своего партнера в висок и начинает медленно двигаться в нем, постепенно наращивая темп. Шинтаро судорожно выдыхает и сжимает зубы от боли. Внизу неприятно саднит, но внутри волнами застывает наслаждение. Все чувства смешались, не давая понять чувствует он боль или удовольствие. Шинтаро не понимал, что происходит,его разум заслонила плотная пелена желания и страсти, все мысли исчезли, а тело уже давно перестало слушаться, податливо выгибаясь на встречу ритмичным толчкам. Движения становятся глубокими, рваными, но приносящими горячие волны наслаждения. В голове эхом раздавались ритмичные звуки, стоны партнера и собственные крики.        Они обессиленно падают на диван. Ни у кого из них нет сил, что бы встать или, хотя бы двинуться с места, ни каких-либо мыслей, они просто лежат. Через некоторое время Коноха все же решается начать разговор.        -Шинтаро, я хочу тебе кое-что сказать, - говорит Коноха, приподнимаясь с дивана и заглядывая обессиленному Шинтаро в глаза.        -Что-же? - спрашивает, Шинтаро даже не открывая глаза. Настолько он был вымотан.        -Я досмотрел тот фильм. То что я сказал тебе раньше была шутка, - признаётся альбинос. - Шутка же тоже весело?        -Понятно все с тобой. -сказал Шинтаро, обняв Коноху и улыбнувшись каким-то своим мыслям.