Наследие

В наших снах - мы всегда молоды. Седи Делани

Роза снова волнуется. Ее скрюченные артритом и перевитые венами пальцы слабо сжимают покрывало. Ее голова мечется по подушке, а губы что-то неслышно шепчут. Словно молитву. Ее глаза закрыты. Она ослепла уже много лет назад. Ее лицо, обычно спокойное, сейчас искажено тревогой. Разум никогда не подводил ее раньше. Не подводит и сейчас, она чувствует, конец близок. Стодвухлетняя глава семьи Тайлер умирает. - Мама, все хорошо. Мы все здесь, - наследник династии взял ее руки в свои и нежно погладил, пытаясь успокоить. Это был красивый мужчина с резкими чертами лица и глубокими карими глазами. Он повернулся к своей внучке. - Уведи отсюда Чарли. Он становится капризным, - мужчина посмотрел туда, где у кровати устроился его внук. Чарли играл с набором деревянных поездов, все громче сталкивая их друг с другом. Маленький светловолосый мальчик был самым юным из всего клана, всего-то тринидцать месяцев. Густые темные ресницы опушали карие глаза - один из признаков принадлежности к Тайлерам, в отличие от копны непослушный белокурых локонов, которые невозможно было приручить. Независимо от того, как часто мать Чарли причесывала малыша. Девочка послушно кивнула. Ей было двенадцать, но выглядела она гораздо младше. Все Тайлер казались моложе, чем были на самом деле. Наследие Розы Тайлер. У девочки были темные волосы и карие глаза прадеда, но полные губы она унаследовала от своей тезки. Старшие члены семьи божились, что она была точной копией прабабки в юности. Маленькая Роза подошла к своему кузену и взяла его на руки. Мальчик сразу закапризничал. Взрослые были сегодня как-то особенно печально-торжественны, и это было связано с няней Розой. Но он был слишком мал, чтобы понять, что происходит. - Давай же, Чарли, пойдем найдем что-нибудь другое, - юная Роза улыбнулась малышу, подошла к прабабке и поцеловала морщинистую щеку. - Пока, бабушка, люблю тебя, - прошептала она. Она крепко держала малыша одной рукой, другой вытирает сбежавшую по щеке слезу. Девочка подошла к прадеду, который мягко сжал ее плечо. Джейми Тайлер вздохнул и провел рукой по волосам. Он наклонился к матери и поправил покрывало. Мужчина смотрел ей в лицо, женщина что-то неслышно бормотала, но он не мог разобрать, что именно. Он нежно погладил тонкие руки и сжал их в ладонях, пытаясь согреть. Так она делала, когда он был маленьким. Он вспомнил, как мать говорила, что у него такие же холодные руки, как у его отца. Перед глазами вдруг встала картина, как мама взяла его в Норвегию, где они стояли на пустынном пляже под проливным дождем. С тех пор прошло семьдесят пять лет, а кажется, что это было вчера. Голос матери вернул его к реальности. Она что-то шептала, становясь все беспокойней. Он склонился над ней, чтобы расслышать, что она говорит. - Джейми, Джейми, я слышу его. Слышишь? - она снова потянула за покрывало. Выглядело так, словно она хотела встать. Сын мягко положил руки ей на плечи, пытаясь удержать ее. - Там ничего нет, мама. Все в порядке. Тссс. Мы все здесь не волнуйся. Все в порядке, - он откинул волосы с ее лба и сел на край кровати, удерживая ее руку. Слезы навернулись на его глазах, когда он почувствовал глубокую печаль, поднимающуюся в груди, и наблюдал страдания последних дней матери. Роза забрала руку и снова затеребила покрывало. Ее волнение, казалось, только расло, и она отчаянно потянула за ткань. Женщина отбросила покрывало и начала шарить руками по сорочке, в которую была одета. - Нет, Джейми! Я слышу его, - впервые за много месяцев Роза открыла глаза. В последнее время она их вовсе не открывала. Когда-то яркие глаза глубокого карего цвета потускнели. Женщина вдруг повернулась и посмтрела на сына. Ее взгляд прошил его насквозь. Он почувствовал себя ребенком, который не убрал за собой игрушки. Джейми мог поклясться, что она видит его, так пристально мать смотрела ему в лицо. Она продолжала комкать ткань сорочки, и сын увидел ключ на цепочке, с которым она никогда не расставалась. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату ворвалась юная Роза, запыхавшаяся от бега по лестницам. На ее лице была написана паника. - Да, это... здесь... в саду... я видела ее... синяя будка... здесь, - задыхаясь, она бросилась к отцу, который стоял у кровати с другой стороны. Джон Тайлер посмотрел на Джейми и повернулся к дочери. В комнате, наполненной печалью, воцарилось потрясенное молчание. Питер Тайлер встал со своего стула в изножье кровати, подошел к окну и отодвинул портьеру в сторону, чтобы взглянуть вниз. Там, в саду, рядом с плакучей ивой, стояла ТАРДИС. Он в шоке смотрел на нее. Он видел то, чего никогда и не мечтал увидеть. Мужчина повернулся к отцу, белый, как полотно, и кивнул. Джейми встал рядом с сыном и посмотрел вниз, не веря своим глазам. Синяя будка была в их семье чем-то сродни сказке, которая передавалась от старших к младшим, которую мать рассказывала детям перед сном. Мужчина помнил историю о том, как мать спасли от живого пластика, призраков, лихом капитане, который спас Розу Тайлер во время войны, и о легендарной синей будке. Именно легендарной, потому что каждое поколение Тайлеров слышало историю и путешествия Розы и Доктора во Времени и Пространстве. И сейчас ожившая легенда стояла под деревом в их саду. И он не мог поверить своим глазам. Ему даже и не снилось увидеть ТАРДИС около семейного гнезда Тайлеров. Питер и остальные его сыновья - Майкл, Джеймс и Алан - повернулись к отцу. В их глазах читался один вопрос: Это он? Джеймс повернулся и подошел к постели матери. Он мягко усадил ее на постель, убрал иссохшиеся руки, все еще сжимающие сорочку. Снял с ее шеи ключ. Ключ, который горел золотым светом. Мужчина повернулся к семье и поднял его над головой. Роза всегда держала его при себе, настаивая, что когда Доктор вернется, ключ подаст сигнал. Они всегда беспрекословно верили ей. Но мифический Доктор и синяя будка всегда казались им выдумкой. - Ключ, Джейми! Он здесь, он нашел способ! - Роза плакала, проливая десятилетиями копившиеся слезы. - Джейми, где ты? - она слепо потянулась вперед. Сын подошел к матери, плача, как и она. История о том, как Роза Тайлер встретила свою единственную любовь, знал и принимал каждый Тайлер. Они видели, как светятся этим чувством ее глаза, когда она рассказывала им о своих приключениях, о том, как узнала, что носит в себе частичку последнего Повелителя Времени. Как, в последний раз прощаясь с Доктором, хотела сказать ему о ребенке, но не смогла. Она не хотела, чтобы он страдал от того, что никогда не сможет увидеть своего потомка. И она промолчала. А полгода спустя на свет появился Джейми. - Папа, иди. Мы должны убедиться, что это он. Мы останемся с бабушкой, а ты просто сходи и выясни все, - сказал Питер, положив руку на плечо отца. Голова Джейми кружилась. Он колебался. Он всю жизнь ждал этого момента. В детстве он часто просыпался по ночам от материнского плача. Мальчиком он прокрадывался к ней в постель и обнимал мать, гладя по голове. И она улыбалась ему сквозь слезы и крепко обнимала в ответ. И рассказывала ему истории. Его отец был для него героем: неприкасаемым, недосягаемым примером для подражания. Но часть его существа протестовала. Он не хотел разочароваься в отце, не хотел увидеть, что возвел его на пьедестал незаслуженно. Джейми посмотрел на мать. Несмотря на попытки внука успокоить ее, она выглядела крайне раздраженной. Он пойдет, ради нее. Она заслуживает шанса попрощаться с ним.