Статья о выпускном.

      Прошло уже два месяца с тех пор, как отец Жени узнал, что избранником его сына является журналист, который чуть не стал причиной разрушений в его пабе, и то из-за разъярившихся посетителей. Все эти два месяца я почти не выходил из дома, максимум - за продуктами. Я не связывался с Женей ни по телефону, ни в сети, ни лично. Не хотел портить ему жизнь, так как понимал, что если его отец узнает о тайных свиданиях сына, пушистику придётся плохо. Однако, меня чуть ли не наизнанку выворачивало. Мне снова хотелось оказаться рядом, посмотреть в его зелёные живые глаза, обнять, поцеловать, прижать к себе это милое хрупкое создание. Но нет. Не судьба. Однако, мою статью напечатали в нескольких газетах и журналах. Надо бы проведать "Золото Лепрекона", проверить, что с ним стало. Иначе я зря старался.       Вот и паб. Довольно шумно. Ого, у них новая мебель, барная стойка и даже большую плазму повесили! Какой у Жени батя молодец! Владимир зря времени не терял, похвала ему за это и уважение. Но не за тиранию над сыном! О, а вон и хозяин заведения. Стоит рядом с барменом за стойкой и что-то обсуждает. Пора напомнить о себе. Усмехнувшись и загладив назад взъерошенные ветром волосы, я зашёл в паб и уверенно направился к стойке. На мне был белый свитер и джинсы. Естественно, на меня тут же обратили внимание несколько милых омег и даже альф, но те из чувства соперничества или ревности. Вежливо оскалившись в подобии дружелюбной улыбки молодому официантику, который удивлённо хлопал длинными пушистыми ресницами, я всё-таки пробился к стойке, уставленной пустыми и не очень стаканами. К моему удивлению, в пабе не было ни одного посетителя, который перебрал до "поломки" речевого аппарата и сбоя в системе ориентирования. Большинство сидели и беседовали, в то время как перед ними на столиках могли стоять полупустые стаканы со слабоалкогольными напитками. На большинстве столиков лежали один-два журнала, в которых была напечатана моя статья. Этот момент мне значительно грел душу, так как это означало, что некоторые пришли сюда именно благодаря моим стараниям. Хотя это заведение заметно изменилось за эти два месяца. Однако, дальше рассматривать обстановку мне не дали. - Что ты здесь забыл? - злобно прошипел хозяин заведения, сверкнув изумрудными глазами в приглушённом свете настенных бра.       Какие мы злые, однако, и не дружелюбные. - Мне стакан светлого.       Мне не за чем проявлять агрессию, я лучше сделаю заказ и тоже постараюсь отдохнуть. Как-никак, но выполнить мою просьбу он был вынужден. Я сразу же расплатился и даже расщедрился на чаевые. Но злобный папаня тиран отказался так просто оставить несчастного журналиста в покое. - С какой целью ты пожаловал? Опять хочешь вывести из себя пару посетителей, чтобы они разгромили всё тут? Наверное, змеи шипят дружелюбнее, чем этот Вова. - Нет. Просто решил узнать, как поживает твоё заведение. Как вижу, я не зря старался. Посетителей навалом, не так ли?       Усмехнувшись, я достал пачку сигарет и зажигалку, рядом стояла пепельница, так что я спокойно закурил, параллельно осматривая помещение. Мебель и стены в тёплых тонах, свет немного приглушенный, так что создаётся ощущение уюта. А у Владимира хороший вкус, хотя я не буду удивлён, если с дизайном ему помогал Олег. - Так... Это твоя статья в журналах?       Хозяин паба замялся и стал увлечённо протирать бокалы, хотя они и так сверкали. Он был вынужден сбавить повороты, что меня позабавило. - Моя. А что? Хочешь поблагодарить?       Я неторопливо сделал пару глотков и отставил стакан. Я не думаю, что он сейчас из чувства благодарности убежит и вернётся с Женей на руках, благословит нас и отдаст мне своего сына в качестве мужа. Ха, мечтайте, Александр. Пушистик, наверное, спит уже. Время позднее, все маленькие детки и котята должны лежат в своих кроватках и спать. Хотя этого демонёнка вряд ли можно легко усмирить. - В какой-то степени да. Я больше ожидал гневную статью, из-за которой мой паб закроют. - Нет. Тогда бы пришлось худо всей твоей семье, а Женя тут не виноват. Не хочу портить ему жизнь.       Вова заметно напрягся при упоминании своего сына. Видимо, это стало больной темой. Я не буду удивлён, если у него под окнами ежедневно альфы романсы распевают. Даже ревновать начинаю. - Так... Это всё ради Жени? - Да. Я люблю его и не хочу, чтобы ему жилось плохо. Прости уж. Если я не могу быть с ним и помогать напрямик, то буду делать это подобными обходными путями.       Вова задумался, протирая очередной стакан. Посетителей прибывало ровно пропорционально тому, сколько покидало заведение. Весь удар на себя принял рыжий парнишка за стойкой, который, по всей видимости, являлся бетой. Так что клиенты не мешали мыслительному процессу тирана-отца моего возлюбленного. - Прости. Но я всё равно тебе не доверяю. Однако теперь не буду препятствовать сыну. Но учти, если с ним что-то случится по твоей вине, я тебя вскрою, честное слово. Я не позволю какому-то журналисту навредить моему единственному сыну. - Владимир, я не могу с ним встретиться. Теперь уже не могу перебороть себя. Я побоюсь сделать первый шаг. Тогда у меня был шанс. Я плохо иду на контакт с людьми, а Женя подошёл сам. Лучше ему не знать о нашем разговоре. До свидания. Может, я ещё когда-нибудь зайду. У вас тут уютно.       Немного поспешно я покинул "Золото Лепрекона" и направился домой. На душе стало немного поспокойнее. Но я забыл одно: узнать, как живётся теперь Жене. Но, думаю, это не так важно. Мне лучше не появляться в его жизни. Его отец мне не доверяет, а, следовательно, будет продолжать тиранить сына исподтишка. Пора смириться.       Придя домой, я завалился спать. На завтра у меня не было запланировано, ровным счетом, ничего, так что я планировал вылезти из своей квартиры и проветриться. Мне это не помешает.