В голове живут тараканы, а в животе - бабочки

Через пару часов Тэхён проснулся. Он лежал на коленях задремавшего Хосока. Парень осторожно выпутался из одеяла и поменялся позициями с ним. Теперь уже голова Чона покоилась на широкой груди Кима. Тэхён аккуратно, стараясь не разбудить парня, накрыл его своим одеялом, которое всё ещё хранило тепло его тела. По-видимому, гроза уже закончилась, и за окном было тихо. Голова Тэ всё ещё немного побаливала от пережитого стресса. Но ему было одновременно и хорошо, потому что рядом мирно посапывал самый дорогой для него человек. Ким опустил взгляд на расслабленное лицо парня: «Такой чистый и прекрасный, люблю тебя». Один волосок, упавший с головы Хосока, попал прямо на его глаза, отчего реснички парня нервно подрагивали, чувствуя дискомфорт. Тэхён осторожно подул на лицо молодого человека, чтобы убрать мешающийся волос, но это разбудило Хосока. — Опять лезешь целоваться? – возмутился Чон, видя губы парня на таком близком расстояние от своего лица. — Тут… волос, — заикался от неожиданности Ким. — Смотри, на первый раз я тебя простил, но впредь подобного не потерплю! — Значит, ты простил меня? – обрадовался Тэхён, улыбаясь во весь рот. Хосок не стал отвечать. Он выбрался из-под стола и стал разминать тело, которое затекло за столь продолжительное время. Парень потянулся руками вверх, отчего свитер задрался, и перед Тэхёном открылась умопомрачительная картина оголённого пресса. Пару секунд Ким жадно пожирал глазами эту часть его тела. — Ай! Прекращай свои гейские штучки! – ворчал Хосок. — Не очень-то и хотелось, — буркнул Ким, тоже выбираясь наружу. Так как миссия по спасению бедного малыша была успешно проведена, Чон засобирался домой. Но Тэхён никак не хотел его отпускать. Он бегал по коридору за ним и просил остаться на ночь. — Я боюсь темноты! – пищал Тэ. — Электричества нет, так что не бросай меня! — А меня, наверняка, потеряли дома. Я уехал, как сумасшедший, после твоего звонка! – пытался возразить Чон. — Хочешь, я позвоню твоим родителям и всё объясню? — Не надо. Хосок сам набрал домашний номер и о чём-то долго разговаривал с отцом. Наконец, он положил трубку и вернулся к чуть ли не плачущему Тэхёну. — Радуйся, чудик. Отец сказал, что на трассе повалено несколько деревьев из-за грозы, поэтому движение временно перекрыто. Радости Тэхёна не было предела. По-видимому, он был в полном порядке, потому что опять проявились те странности. Но Хосок облегчённо выдохнул: «Ну, раз бесится, значит всё хорошо». Тэхён светил себе телефоном, чтобы отыскать в шкафу свечи, которые, по его мнению, всегда здесь лежали. Наконец, поисковик справился с задачей, и теперь на полу красовались две большие и одна маленькая свечка красного цвета. — Что будем делать? – тяжело вздыхал Хосок. — М-м, может, почитаем? Мангу? Ну, пожалуйста, — Тэхён опять перешёл в режим детского нытья. Чон мог лишь согласиться. «Уж пусть лучше читает, чем думает о всяких поцелуях», — подумал он. Ким быстро встал с пола и потащил Хосока на второй этаж. Парень хотел вырвать свою руку из лап апельсинчика, но потом понял, что это ошибка, так как на второй же ступеньке крутой лестницы беспомощно запнулся и разбил колено. — Айгу, и что теперь делать? – причитал Тэ, как старая бабка. — Сиди здесь и не двигайся. Ким шумно убежал куда-то в сторону, затем спустя пару минут торопился обратно с большой коробкой в руках. Опять же используя телефон в качестве фонарика, он начал хаотично перебирать медикаменты. — Вот, — обрадовался парень, вынимая нужную мазь. – Закатай брюки! Хосок беспрекословно подчинился. Рана была не такой сильной, но Чон стонал, как девчонка, что очень развеселило Тэхёна, который оказывал первую помощь. Он профессионально обработал рану и наклеил бактерицидный пластырь, пригрозив Хосоку впредь слушаться и быть осторожнее. Вскоре они достигли домашней библиотеки семьи Ким. — Вау, — Чон широко раскрыл рот. Пусть в темноте и не было видно деталей, но масштабы самого помещения поражали: огромные стеллажи с пола до самого потолка, уставленные сотнями книг. Хосок никогда не видел подобного. Тэхён, не успев войти, сразу же рванул к одной из полок. Чон же, прихрамывая, последовал за ним. Ким, прищурясь, пытался разглядеть те тома манги, которые он ещё не читал. Это заняло много времени, потому что, как оказалось, он читал практически всё. — Я выбрал, — радостно кричал Тэхён, размахивая в воздухе маленькой книжицей. Колено Хосока разболелось сильнее, поэтому благородный Тэ спустил его на своей спине на первый этаж. Удобно расположившись рядом, Ким открыл первую страницу. — Я что-то не понял, она на японском, что ли? – удивился Хосок. — Угу, — промямлил Тэ. — А что? — Если ты забыл, то мы живём в Корее и говорим на корейском языке, — Чон пристально посмотрел на своего друга. — Я не знаю японского! — Совсем? И даже "аригато" с "итадакимас" не знаешь? – удивился Ким. — Хорошо, хорошо, прости… тогда я буду читать и переводить тебе, окей? Хосок мог лишь согласиться. — Манга называется «Чистая романтика», — начал говорить Тэ с театральным выражением в голосе. — Краткое описание… — Ким начал что-то бубнить по-японски, затем вновь вернулся к корейскому языку: «Молодой и неопытный Мисаки хочет поступить в престижный университет, но не проходит официальный набор из-за слишком низкого балла. Его старший брат — Такахиро, который всегда заботился и оберегал Мисаки (считая его ещё ребенком) договорился со своим "близким" другом, Усами Акихико — известным писателем, чтобы тот позанимался с двоечником. Но первая встреча Мисаки и его будущего репетитора проходит в не очень тёплой обстановке, он застает Усами пылко обнимающего его брата в прихожей, но и это еще не всё... В шикарной двухэтажной квартире "великого и ужасного" Усами, среди прочих вещей Мисаки замечает книгу, выделявшуюся на фоне остальных. Прочитав несколько строк и осознав, что любовником главного героя является его старший брат, Мисаки тут же направляется к Усами в спальню, чтобы во всём разобраться, но там его ждёт еще больший сюрприз, которого он никак не мог ожидать...» — Что-то я не понял, — перебил Хосок. — Этот писака гей, что ли? — Получается так, — Тэхён внимательно рассматривал предисловие. — Ты это специально! Ты ещё в библиотеке прочитал описание и выбрал именно эту книгу! – распалялся Чон. — Ничего я не читал! – оправдывался Ким. — Там же темно было! Я просто выбрал то название, которое встретил в первый раз. — Я всё равно не верю твоим словам, – не отступался парень. — Давай читать дальше, а? Может, мы всё неправильно поняли…. «Значит, ты гей? Посмотри сюда! Герои этой новеллы ты и мой брат!» Тэхён жутко покраснел: «всё-таки про геев». «Чёрт! Я попал… он меня изнасилует…» «Куда это он полез своими руками? О Боже, только не это!» Ким уже сидел красный, как помидор. Одно дело читать такое одному, и совсем другое – с кем-то. — Давай не будем дальше? – осторожно проговорил Тэ. — Отчего же? – удивился Хосок. — Это интересно, продолжай. «…Этот извращенец ещё и облизал пальцы, которые только что сжимали мой член…» «…Брат разочаруется во мне, если я брошу этого репетитора…» «…Я должен терпеть!» Тэхён изредка поглядывал на выражение лица Хосока, который увлечённо рассматривал замысловатые картинки. Наконец, первая глава закончилась. Уф, Ким спокойно выдохнул. — Пойдём спать? – предложил он. — Хорошо, завтра узнаем, что было дальше. «Завтра? — удивился Тэхён. — Он хочет и дальше читать это?» Хосоку на самом деле было интересно узнать немного из жизни тех, кто имеет нетрадиционную ориентацию. Он хотел дружить с Тэхёном, а это значит, он должен лучше его понимать.