В голове живут тараканы, а в животе - бабочки

      К вечеру Хосок вернулся домой, потому что лишний раз раздражать своего отца не хотелось. В скором времени парень надеялся на своё полное прощение и понимание с его стороны, поэтому вёл себя тихо.       Тэхёну жуть как не хотелось его отпускать, поэтому они миловались в прихожей целых сорок минут, прежде чем Чон покинул стены этого дома. ТэТэ буквально висел на его шее, шепча всякие пошлые вещички ему на ухо, отчего парень мило краснел и улыбался, как идиот.       Но счастье длилось недолго. Проходящий мимо коридора Чонгук заставил парней тут же отскочить друг от друга, словно ничего и было. - Пока, хён! – энергично помахал рукой Гукки, - с тобой весело, надеюсь, скоро увидимся! - И ты тут хорошо проведи время! – отозвался Хосок и, окинув нежным взглядом Тэ, вышёл на улицу.       Мин по-прежнему спал в своей комнате, а может, и не спал вовсе, просто ему не хотелось вставать со своего места и что-либо делать. Парень был подавлен. - А почему Юнги-хён живёт вместе с вами? – задал вопрос брат Чимина, медленно потягивая шоколадное молоко через трубочку. - По той же причине, что и вы с братом здесь живёте, - усмехнулся Тэхён. - Мне кажется, я ему не понравился, - вздохнул парень, - он как-то холодно смотрел на меня, а сейчас вообще не появляется. - Просто он сегодня устал и приболел немного, поэтому отдыхает у себя в комнате, - успокаивал его Ким, - он замечательный хён, так что я уверен, что в скором времени вы породнитесь подружитесь.       Малыш Гук слабо улыбнулся и поплёлся к телевизору, где обитал его старший брат. На голубом экране показывали очередную серию очередной дорамы. Поэтому друзья-товарищи удобно устроились на диване, чтобы в полной мере прочувствовать нелёгкую судьбу главных героев. - Ты не хочешь подняться наверх? – шепнул Тэ на ухо Чимину, - я уверен, что он сейчас ждёт именно тебя. - А мне кажется, что он не хочет никого видеть, - так же тихо выдыхал Пак.       Благо Гук был так увлечён сюжетом (в Америке-то такого не показывают), что совершенно не обращал внимания на шушукающихся парней. - Быстро иди к нему! - Ким щипнул за бедро Чимина.       Тот немного лениво поднялся с дивана и поплёлся наверх. Чем ближе он подходил к своей комнате, тем сильнее его сердце начинало стучать. Он чувствовал огромную вину перед Юнги и не знал, как можно её загладить. - Хён, - тихо позвал он парня, чуть приоткрыв дверь, - ты не спишь? - Иди к своему брату, мне и без тебя хорошо, - бормотал Юнги, закрывшись с головой одеялом.       Чимин усмехнулся и прошёл внутрь, плотно прикрыв дверь. Он сел на краешек кровати и стянул одеяло с лица парня. - Не знал, что ты такой ревнивый, - Пак провёл указательным пальцем по бледной, тонкой коже Юнги, - он же мой брат… - Брат, сестра… да кто угодно! – вспылил Мин, - ты сегодня уехал за ним и даже не предупредил меня! А я что, не человек? Я переживал за тебя и думал только о том, чтобы ничего плохого с тобой не произошло! А ты, бесчувственная скотина, даже не поставил меня в известность! - Прости, - Чимин прижался к вспотевшей груди парня, - мой телефон, он… - Не хочу слушать, - Юнги не стал отвечать на его объятие. - Я же люблю тебя, - горячее дыхание парня окутало лицо Мина, - не отталкивай меня, иначе я умру прямо здесь и сейчас. Прямо на твоей груди, и делай потом с трупом, что захочешь… - всё тело парня тут же расслабилось. - Не говори ерунды! – плевался Юнги, - ты уже здесь целых пять минут, Чонгук наверняка тебя потерял. - Я готов провести здесь целую вечность, - мягкие губы Чимина накрыли недовольный рот Мина.       Пак чувствовал нежные и желанные губы, смакуя и впитывая этот вкус. Он чувствовал ту обиду и злость, что Мин накопил за сегодняшний день, поэтому в полной мере хотел искупить свою вину. Он прошёлся языком по его атласным губам, очерчивая их прекрасную форму. В комнате было жарко и душно, оба парня тут же вспотели. Волосы Юнги прилипли к его лбу, но это нисколько не останавливало их. - Не отпущу, - громко выдыхал Мин, крепко держа Чимина за шею. - Хён, - мычал парень, пытаясь разорвать поцелуй, но тот не позволял.       Влажные губы Юнги постепенно перешли на мочку уха, потом на шею и наконец, остановились на выпирающих ключицах парня. - Хён, прекрати, - стонал Чимини. - Почему? – удивился тот, не думая останавливаться. - Потому что это… - дыхание сбилось, - это очень возбуждающе… нам нельзя… не сейчас… - парень буквально плавился от этого сексуального голоса, что расходился по всему телу. - Но я хочу тебя, - одна рука Юнги грубо сжала бедро парня, заставив его резко вскрикнуть.       Не прошло и минуты, как в коридоре послышался шум, и кто-то резко постучал в дверь. В проёме показалась рыжая голова. - Йа, вы чего! – Тэ не открывал глаза, чтобы не портить свою психику, - совсем офигели? Мы на первом этаже услышали эти звуки! Я сказал Гуку, что вы балуетесь порнушкой! – и он тут же захлопнул дверь обратно. Юнги тихо рассмеялся, зарывшись в волосы Чимина. - Козёл, весь настрой испортил, - бубнил он, проклиная этого Тэхёна, - ладно, спускайся вниз, брату одному некомфортно, - он игриво шлёпнул парня по попке. - Мы что-нибудь придумаем, - в последний раз чмокнул Пак своего любовника и скрылся за дверями.       Ближе к ночи встал актуальный вопрос в этом доме: как расположить всех спать? - Хён, ты где спал до этого? – поинтересовался Чонгук, - я могу спать с тобой, - улыбнулся он.       «Ещё чего, малявка! Чёрта с два я тебе его отдам», - закипал внутри Юнги. ТэТэ тоже вроде как не дурак, поэтому прекрасно понимал, что если он положит спать двух братьев вместе, то он на следующее утро может не проснуться. А выбор-то был невелик: две спальни на втором этаже и одна на первом, но она принадлежала матери Тэ, и он никогда её не использовал. Но кажется, настало её время. - Значит так, - командовал Ким, - Чонгук спит в моей комнате, Чимин остаётся в своей светлой, а я и Юнги-хён будем спать внизу в маминой комнате, - он легонько толкнул в бок возмущённого Мина. - Я не против, - подтвердил Гук, - мне будет спокойнее, если я буду спать с хёном на одном этаже.       Так и решили, поэтому вскоре все разошлись по своим местам. Но в двух затуманенных страстью головах созревал новый коварный план.