Медиана.

Человек-человек, зачем ты всё время чего-то ждёшь? Ты идёшь и время идёт, но не вперёд, а по кругу. Ну и что. Потом ты поймёшь, ты найдёшь, разорвёшь окружность на дуги! Человек-человек, зачем ты опять самому себе врёшь? Медиана. Человек.       Вот и всё… Седрик умер… Умер из-за меня… Я на собственной шкуре осознал смысл фразы «Человек понимает всю ценность чего-либо, только после потери этого»… Герой Гарри Поттер, который в младенчестве уничтожил Волдеморта, не смог спасти друга… Да, я помню, как все кричали «Ура победителю! Ура Гарри Поттеру!», нет, никто не замечал, что передо мной лежит его бездыханное тело… А когда заметили, надо было видеть их лица, я ещё никогда не видел, чтобы у людей так быстро радость сменялась ужасом…       Омега… Герой — омега… Знаете, даже при том, что я омега, я так по-дурацки влюбился в его девушку… Уже в бывшую девушку…       Сейчас я у озера, увы, не один… Кто-то стоит позади меня… Забавно, меня категорически не хотят оставлять одного, пришлось даже сбежать от Рона и Гермионы… Я понимаю, они хотят мне помочь, но всё же…       И всё-таки странно, что кто-то кроме меня на озере… Карта Мародёров две минуты назад показывала полное безлюдье… Странно… Мантия-невидимка… Может, ещё успею спрятаться? Нет, нельзя пользоваться мантией у кого-то на виду. Рука в кармане сжимает карту, в соседнем кармане лежит палочка. Похоже, я пытаюсь этим себя успокоить… — Что, Поттер, плачешь и жалеешь себя, как последняя омежка? — раздался надменный голос позади меня. Голос того, кого я ненавижу больше Дурслей. Малфой.       «Кем, в принципе, и являюсь», зародилась мысль для ответа у меня в голове, но я убил её в зародыше. Ведь Малфой не знает, что я омега… Почти никто не знает…       Исключением, помимо меня, являются Дамблдор, МакГонагалл и Гермиона. Почему никто не знает? Потому, что директор сказал, что лучше, пусть мир думает, что их герой — альфа. Так людям будет спокойнее. Как-никак, даже человек с очень богатой фантазией с трудом сможет представить, как омега побеждает мировое зло. Я был полностью согласен с профессором, да и согласен до сих пор. Быть альфой, хотя бы для всех кроме себя, мне нравилось больше, чем подстилкой под ними. Я видел, как альфы относятся к омегам — как к вещам. Мы с Роном часто спасали бедного Колина Криви, зажатого у стены. Ему не повезло, так же как и мне. Но, в отличие от меня, Колину не готовил директор специальное зелье. Да, эту гадость нужно было пить каждое утро, однако помогала она отменно: я становился выше и крепче, голос немного грубел. В комнате я был единственной омегой, даже хлипкий Невилл, и то альфа…       Малфой так и стоит сзади меня. Ответить? А смысл? Он всё равно выиграет в очередной словесно-пакостной битве. — Поттер, ты оглох, что ли? — не унимался слизеринец. — Или же Ваше Превосходительство Чемпион Турнира Трёх Волшебников не отвечает на вопросы нас, жалких смертных? — Чего тебе надо, а, Малфой? — только и смог ответить я. — Просто хочу посмотреть, как наш «Золотой Мальчик» плачется, — я не вижу его лица, но нутром чувствую, как его губы расплываются в самодовольной ухмылке. — Ну, всё как обычно… — голос предательски дрогнул, только бы действительно не разрыдаться на глазах у этого ублюдка. — Знаешь, я даже рад, что этот Диггори сдох, появилась возможность посмотреть на эту твою жалкую сторону, — уже через секунду после этих слов моя рука крепко сжимала воротник Драко. — Повтори, что ты сказал, — прохрипел я. — Ооо, наш маленький гриффиндорец разозлился, — протянул Малфой, сделав умиленную мордочку, вышло у него это мерзко. - Что, ударишь меня, Гарри? Не посмеешь, ведь ты…       Он не успел договорить, так как я врезал ему кулаком по лицу и отпустил воротник. Хорёк упал на землю, но по-прежнему скалился своей улыбкой. Я же в то время, пока он лежал на земле, подобрал мантию, выпавшую у меня из рук. Костяшки правой руки побаливали. Правильно, ведь я не настоящий альфа, в отличие от моего противника.       Я падаю. Меня толкнули. Толкнул Малфой. Сзади меня озеро, а, так как сразу после берега идёт обрыв, есть все шансы утонуть. Стараясь удержаться на ногах, я схватился за рубашку хорька. Но чего я от него ожидал? Что он, в отличие от меня, сохранит равновесие? Много хочешь, Гарри! И мы вместе упали в озеро.       Одной рукой держась за Малфоя, а другой сжимая мантию-невидимку, я начал тонуть. Хорёк, кажется, только опомнившийся, начал пытаться расцепить мою руку, удерживающую его. Попытки были тщетны, я вцепился в него мёртвой хваткой. Вдруг под его рубашкой что-то щёлкнуло. И из-под ткани появился яркий свет. Вода вокруг нас начала переливаться всеми цветами радуги. Последнее, что я увидел, было испуганное лицо Малфоя, а после мой рассудок поглотила темнота.

***

      Я очнулся от того, что всё моё тело сковал холод. Немного приподнявшись, я обнаружил, что лежу на берегу противоположной стороны озера. Рядом со мной лежала грязная мантия-невидимка. Я попытался встать, но ноги настолько затекли, что даже просто оставлять их в том же положении было больно. Собрав всю свою волю в кулак, я всё-таки поднялся, подобрал мантию, отчистил джемпер и джинсы заклинанием, к счастью, карта и палочка из карманов не выпали. Оглядевшись, невдалеке я обнаружил мои сломанные очки, подобрал их, починил магией и на ватных ногах поплёлся обходить озеро в сторону замка. Не пройдя и двадцати метров, я обнаружил валяющееся на берегу тело Малфоя. Мысленно выругав себя за свою добросердечность, я потащился будить его. Мощно пихнув его в бок ногой (да так, что тот во сне охнул), я начал пинать его, приговаривая: — Просыпайся, Малфой! Мааалфооой!       Тот лишь перевернулся на бок и сонно пробормотал: — Ну ещё пять минут, мам…       Я усмехнулся. Не каждый день такое от потомственного слизеринца слышишь. — Малфой, давай вставай! Поднимайся, Малфой! — Отвалил живо, Гойл!  — на этот раз прошипел совершенно не собирающийся просыпаться Драко.       Даже во сне Малфой оставался Малфоем. Я последний раз кинул недовольный взгляд на сопевшего хорька и достал палочку. Направив её на лицо Драко, я сказал «Агуаменти» и взмахнул ей. Вода плеснула Малфоя по лицу, тот с криком вскочил, осмотрелся по сторонам, заметил меня, минуты три просто испепелял меня взглядом, а потом заявил: — Ты совсем охренел, Поттер! — Сказал мне человек, который, минут пять назад, назвал меня мамой, — на минуту его брови вопросительного поднялись и он удивлённо посмотрел на меня, потом, видимо, наконец придумав ответ, он выдал: — Ну, у меня она хотя бы есть.       Я крепко сжал кулаки. Ещё одна такая фразочка и одной разбитой губой ему это не обойдётся. Стоп. Да я ведь разбил ему губу! Что-то тёплое и приятное появилось внутри. Главное сейчас не улыбнуться, а так хочется… — Что замолчал? Ааа! — неужели он понял? — Ты из-за этого? — Драко коснулся губы кончиками пальцев. — Не беспокойся, мне даже больно не было. — Ну раз так, то можем повторить, — предложил я. — Тебе на сегодня и этого хватит, Потти, — Малфой вытащил палочку из кармана брюк и наложил очищающие заклятие на свои вещи. Я, всё это время наблюдавший за однокурсником, вспомнил события, происходившие в озере, и решил задать интересующий меня вопрос. — Кстати, — начал я. — Что за штука светилась у тебя из-под рубашки?       На секунду глаза Драко стали размером с блюдца, но он быстро взял себя в руки и процедил сквозь зубы: — Не твоё дело, Поттер! — он уже собирался демонстративно отвернуться от меня, но, заметив мою дёрнувшуюся к палочке руку, добавил. — Маховик времени, Поттер. Чёртов Маховик времени!       Я чуть воздухом не подавился. Маховик времени? МАХОВИК, МАТЬ ЕГО, ВРЕМЕНИ?! Что он вообще у Малфоя делал? Что с ним случилось? Куда он делся? А вдруг мы переместились! Вопросы и предположения в голове всплывали один, за другим. Наконец, глубоко выдохнув, я всё-таки решился спросить: — Что он у тебя делал? — Это был подарок отца, — сухо ответил Драко. — Какого Мордеда ты его в Хогвартс притащил?! — Это уже не твоё дело, — скривился Малфой. — Нет, Малфой. Ошибаешься! — сложив руки на груди сказал я. — Теперь это, как раз-таки, МОЁ дело. Ты понимаешь, что мы могли перенестись во времени?! А если мы здесь встретим нынешних себя?! Ради Бога, скажи мне, что он у тебя.       Малфой красноречиво отвёл взгляд в сторону, а я застонал от досады. — Ну, ты хотя бы знаешь, где он? — спросил я. — Конечно, Поттер, я знаю! — съязвил он. — Напомню тебе, я был в отключке. — Слушай, — я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. — Давай тогда временное перемирие. Пока мы не найдём Маховик и не узнаем, переместились мы или нет, давай, хотя бы, пытаться не грызться. Потому, что если мы его не найдём и если мы правда не в своём времени, то я не знаю, что нам делать. — Впервые в жизни я согласен с тобой, Поттер.       Не говоря больше не слова, мы принялись осматривать берег. Ничего там не найдя, приняли решение осмотреть кусты и дно озера — с этой стороны было мелководье. Была уже ночь, и луна не слишком-то и хорошо освещала местность. Не найдя другого выхода, кроме как прибегнуть к магии, я достал из кармана палочку. — Lumos.** — и на конце моей палочки появился свет.       Малфой глянул на меня, достал палочку и сделал то же самое, у самого ума-то не хватило. Спустя некоторое время не давших результатов поисков, я решил поинтересоваться, как дела идут у хорька. — Малфой! — окликнул я его. — Чего тебе, Поттер? — отозвался он. — Нашёл? — Не задавай глупых вопросов! Если бы нашёл, ты бы уже знал об этом.       Только я сделал шаг по направлению к тому месту, откуда шёл голос хорька, как под моей ногой что-то звякнуло. Я сглотнул, приподнял ногу и выдохнул. Я его не раздавил… Как от сердца отлегло! Подняв Маховик Времени, я убрал его в карман к карте и поспешил к слизеринцу. Дойдя до места, где стоял Драко Малфой и полюбовавшись, как, согнувшись, Малфой осматривает озеро, я достал артефакт из кармана и покрутил его на пальце, спрашивая: — Не вот это ли ищешь?       Малфой тут же обернулся, и, увидев золотые часы, кинулся их отнимать. — Отдай, Поттер! Разве тебя в детстве не учили, что брать чужие вещи нехорошо? — прошипел хорек, пытаясь выхватить маховик из моих рук. — Ооо! Как мы заговорили! А разве тебя не учили, что нельзя опасные вещи в школу приносить? — парировал я.       Это продолжалось не дольше пяти минут. Потому что потом случилось то, чего мы оба вообще никак не ожидали: — Вы чего тут делаете? — прозвучал голос откуда-то сбоку.       Малфой, поражённый присутствием тут кого-то кроме нас, не рассчитал равновесия и упал на меня. Это было больно! Он весил тонну, если не больше! Недоальфа поганая! — Кто вы оба такие? — прозвучал снова голос.       Спихнув с себя хорька, я поднялся и замер в изумлении, ибо такого ученика я в Хогвартсе не видел! Уж его бы я точно запомнил. Он был молодой копией Сириуса — ростом чуть ниже меня, наверное немного младше нас, бледная кожа, аристократические черты лица, острые скулы, тонкие бледные губы, ярко-голубые глаза, чёрные, как смоль, волосы, слизеринская мантия. В том, что он родственник Сириуса, не оставалось сомнений. Тут в моём сознании начали прокручиваться картинки случившегося. Озеро. Звук и свет из-под рубашки хорька. Маховик времени. Незнакомый парень. — Тебе то какое дело? — бросил тоже поднявшийся Драко. — Ты сам… — Заткнись, — перебил его я, а после обратился к парню. — Какой сейчас год? — В смысле? — спросили меня они оба.       Через секунду до Малфоя дошло, о чём я, и он, в ужасе распахнув глаза, уставился на незнакомца. — Ты хочешь сказать что… Кхем, мы не дома? — обратился он ко мне. — Не знаю, — ответил я слегка дрожащим от волнения голосом и обратился вновь к незнакомцу: — Так какой сейчас год? — Ну, 1975-ый. А что? — Блять, — прошипел я, а Малфой бессильно взвыл. — Эм, вы чего? — с непониманием спросил парень. — Ааа, да так, не обращай внимания, — ответил я, быстро стараясь придумать, что нам делать. — Так что вы тут делаете? — вновь спросил парень из прошлого. — Врезались в Гремучую иву, пока летели к замку, — соврал я, припоминая случай в начале второго курса.       Малфой с усмешкой глянул на меня и добавил: — Ага, на летающем автомобиле. — Чего? — с недоверием переспросил парень. — Да вы шутите. — Вовсе нет, — ответил Малфой. — Просто надо места знать, где такие достать можно. — И где же теперь этот автомобиль? — не унимался парень. — А он свихнулся и укатил куда-то в лес, — пожал я плечами. — Если это правда, то у меня нет слов… — сказала копия моего крёстного. — Я вас, кстати, что-то в Хогвартсе раньше не видел…  — А мы как раз поступать, и прилетели, - ответил я. — В конце года? — с недовериям спросил парень. — Так вышло… — пожал плечами я и пихнул в бок Малфоя, мол, «Скажи уже что-нибудь». — Ну и как же вас зовут? — поинтересовался брюнет. — Разве сначала не следует представиться самому, прежде чем спрашивать имена собеседников? — сложив руки на груди сказал Малфой. — Ах, да. Извините, где мои манеры? — парню явно не очень по душе пришлось замечание Малфоя. — Я Регулус Блэк.       «100 баллов Гриффиндору», зазвучало в моей голове голосом профессора МакГонагалл. Серьёзно, иногда мне кажется, что я мог бы преуспеть в Прорицании. — Я Драко Ма… — я заткнул хорьку рот рукой. Ну, каким надо быть идиотом, чтобы сказать своё настоящее, известное в кругу волшебников имя?! — Он Драко Аддерли, — я показал на Малфоя, который с непониманием смотрел на меня. А я — Гарри Клэптон. Приятно познакомиться. — Да, мне тоже, — кивнул Регулус. — А что ты, кстати, здесь делаешь после отбоя? — поинтересовался я. — У нас стрела с гриффиндорцами, — фыркнул Регулус. — Ооо, — Малфой, как будто ожил. — По какому же поводу? — Выпендриваются много, — мне категорически перестал нравиться брат Сириуса. — Полностью с тобой согласен! — хорек нашёл себе собеседника по душе. — А ты ведь на Слизерине, верно? — Верно, — ухмыльнулся наш новый знакомый, как бы между прочим отряхнув свой значок Слизерина на мантии. — Какая проницательность. — А вы, кстати, куда хотите поступить? — поинтересовался Блэк. — На Слизерин, конечно! — сразу же ответил хорёк. — Ну, ты явно без проблем поступишь! — заверил его Регулус. — А ты куда хо… — начал Блэк поворачиваясь ко мне. — Извини, пожалуйста, но нам срочно нужно увидеться с Дамблдором. Нам надо идти, — отвечать ему желания не было никакого, поэтому я решил, что пора делать ноги отсюда. — Слушай, а не проводишь нас? — спросил Малфой. Я сейчас его удушу! О чём он думает? Нам надо серьезно поговорить с директором! Без лишних ушей! Тем более слизеринских ушей! — Да, и как ты себе это представляешь? «Здравствуйте, директор, я вот тут каким-то образом оказался в полночь у озера и нашёл этих двоих. Что я там делал? Как я там оказался? Не было ли там кого-то ещё? Ну не зна-аю…» Так что ли? — его лицо озарила усмешка а-ля Драко Малфой: глаза недобро прищурены, уголок рта высокомерно приподнят, подбородок тоже приподнят. Вот что значит родственнички!       - Ну ладно, мы пошли. До свидания, Регулус, — сказал я и, схватив Малфоя за локоть, потащил в сторону замка.       Регулус смотрел нам вслед. Ой, не понравилась мне его улыбка, аж мурашки по коже. Мне даже на долю секунды показалось, что он смотрит не на нас, а именно на меня. Я быстро выгнал этот бред из головы и списал всё на усталость. Однако улыбка Блэка и впрямь пугала, появлялось чувство, что он знает что-то такое о тебе, что просто, хоть убейся на месте, другим нельзя знать.