Гордость или спасение.

      После того, как я сел в машину незнакомца, прошло несколько часов. Сейчас мы сидели в уютной и роскошно обставленной комнате. Чёрт возьми, здесь должны жить королевские особы! - Начнем, мистер Уилис. Можете называть меня Мистером. Я не сообщаю свое имя никому, оно известно лишь близким мне людям, - мужчина закурил. – Как я уже сообщал вам, у нас есть свои источники по вашей проблеме. Мы можем вам помочь с решением. - Можно поподробнее, я вас не понимаю? – слежу за его движениями. Мистер вытаскивает лист и протягивает мне. Договор о неразглашении. Прочитав его, я поднимаю на него глаза, как бы спрашивая: « Что это?» - Это договор о неразглашении. Вы нас не видели и мы вас не видели, т.е мы друг друга не знаем. Это на всякий случай, - Мистер мило улыбается, протягивает ручку. Я, чувствуя, что возможна подлянка, все же подписываю лист и протягиваю его мужчине. Довольная ухмылка незнакомца оповещает меня, что он доволен. - Итак, мистер Уилис. Я торговец секс-игрушками, у меня своя фирма, свой клуб, но это вам знать необязательно. Уверен: эта информация для вас лишняя. Лучше перейдём к делу. Итак, я знаю, что вы до сих пор девственник и предлагаю вам поучаствовать в аукционе. Грубо говоря, вы продаете себя. После вашей продажи я возвращаю вам шестьдесят процентов от той суммы, которую за вас предложат. Поверьте, этой суммы хватит, чтобы сделать операцию вашему брату и прикупить небольшой домик за городом. Правда, заманчивое предложение? – Мистер смотрит на мою реакцию. Я хочу ему верить, но и не могу. Здесь определённо есть подвох, но брату нужна срочно операция, и я… - Хорошо, я согласен, - Мистер встает из-за стола и подает мне руку для пожатия. После рукопожатия он нажимает какую-то кнопку, в кабинет заходит охрана. -Прекрасно, мистер Уилис. Просто прекрасно! – и холодно бросает своей охране. – Эту шалаву подготовить к сегодняшнему аукциону.       Меня резко хватают и куда-то ведут. Кричу, чтобы меня отпустили, но меня как будто не слышат. Становится страшно: на что же я подписался... Меня бросают в какое-то кресло, привязывают. И начинается ад. Меня моют, красят, стригут, делают эпиляцию. Но самое стыдное тогда, когда в меня вливают холодную смазку. Мне никогда так не было стыдно, ведь меня никто никогда не видел голым, не видел все мое самое сокровенное. После всех махинаций меня отвели в комнату и закрыли.       Пока был взаперти, я думал о своем брате, родителях, о светлом прошлом и о своем будущем. Раньше я мечтал, да и сейчас мечтаю, что найду свою истинную пару, чтобы у нас была большая и дружная семья, чтобы брат выздоровел и нашел своего альфу. Все эти мечты, кажется, никогда не исполнятся.       За этими переживаниями, но с чувством, что смогу спасти брата, дверь в комнату открылась и милый парень-бета оповестил меня о том, что сейчас начнется аукцион, поэтому мне пора выйти. Медленно встав со своего места, я подошел к двери и вышел в светлый коридор. Бета закрыл дверь и попросил следовать за ним. Шли мы недолго. За это время я успел рассмотреть то, где мы шли. Это был длинный белый коридор с дверьми по бокам. Удивительным было то, что пока мы шли, я ни разу никого не встретил. Было несколько проемов, где также был коридор с дверьми по бокам.       Мы пришли, как я понял, за сцену. Не знаю почему, но я так решил. За сценой все суетились, кто-то что-то говорил, рядом со мной стояли еще пять парней: три омеги, альфа и бета. Омеги очень нервничали - похоже, их насильно притащили сюда. Альфа был зол, но, как я понял, у него не было другого выхода. Бета был спокоен - видно, он смирился со своей участью и не переживал на что подписался.       И вот началось. Нам дали номерки, я был пятым. Нас приглашали на сцену по одному. После воплей посетителей ведущий кричал «продано», и все повторялось заново. Настала моя очередь. Когда я вышел на сцену, меня ослепил яркий свет прожекторов. Когда я всё-таки приоткрыл глаза, то ничего толком и не увидел. Зал был затемнен так, чтобы «жертвы» не видели своих покупателей. Ведущий назвал стартовую цену; скажу, что она была той самой, которая нужна была для операции брата. Стали сыпаться предложения, я ощущал себя оленем, окруженным волками, которые хотят только одного: оттрахать тебя до смерти и выбросить как ненужный хлам. После нескольких минут меня продали за сумму, которая в пятнадцать раз была выше моей начальной стоимости. Тот парень, который вел на сцену, взял меня за руку и куда-то повел. В тот момент я подумал, что не так представлял своей первый раз, незаметно стал дрожать от страха. Но при этом я понимал, что спасаю Криса, моего любимого совенка.       Мы вышли на стоянку. Около одной из машин стоял альфа, медленно затягиваясь своей сигаретой. Непроизвольно я осмотрел его. Спортивное телосложение, видно, что богат. Волосы были завязаны в хвост, а из-за темноты я не разглядел его лица. Альфа затушил сигарету, открыл дверь заднего сидения. - Садись, – однако, приятный голос. После нескольких секунд раздумий я все же сел в машину. Мягко, тепло. Альфа сел за руль, и мы тронулись. Всю дорогу я думал, что же будет со мной. А вдруг меня продадут на органы, я никогда не смогу спасти брата? А если меня просто убьют? Черт, какие же мысли лезут ко мне в голову. Стоп, Джон, успокойся. Тебя только трахнут и отпустят, ты придёшь к Мистеру и возьмёшь деньги на операцию брата. Хотя ещё не факт, что мне их отдадут. С этими мыслями я не заметил, что меня что-то спрашивали. - Я повторяю. Как тебя зовут? - парень уже рассердился. Сколько раз он мне это повторил? - Джон. Джон Уилис, - тихо промямлил я. - Сэм. Сэм Уайт. Приятно познакомиться, - представился альфа и остановил машину. - Выходи, мы приехали.