Связь через сны

Жизнь Нисея была незапертым домом для его Агнца – он бродил в этом доме, топтал, рушил и выбрасывал оттуда всё, что было ему неугодно, что отвлекало внимание Акаме от него. Всё в жизни Стража Сеймей перекроил на свой лад. Но было то, до чего он не мог добраться. Единственной неподконтрольной территорией были сны. Несбывшиеся. Несбыточные. В них, конечно, он тоже являлся, но господствовать там неограниченно и своенравно не мог. Во снах Хозяин смотрел на своего Пса совсем другим взглядом. Вот уже ровно неделю Нисей не видел любимого наяву. Зато во снах он приходил каждую ночь. Он укутывал в свою теплоту, он бился вместе со своей Парой, а после поединка позволял исцеловывать и исцелять багровые следы от ограничителей и растворялся только с предрассветной дымкой. Успокоенье... Забыть бы... Уснуть бы... Сладость опущенных век... Сны открывают грядущего судьбы, Вяжут навек. Были и другие сны, более смелые, более обжигающие и ошеломительные. В них Сеймей позволял Стражу меткими заклинаниями рвать на себе одежду. Парень ничего не мог с собой поделать – его тяга к холодному покорителю блистала разными гранями, в том числе и чувственными. Всё мне, что бы ни думал украдкой, Ясно, как чистый кристалл. Нас неразрывной и вечной загадкой Сон сочетал.

***

Лунное серебро играло на лепестках камелий в саду и на блестящей шёрстке лежащей на скамье Широкуры. Укутавшись в плед, Сеймей сидел с ноутбуком в беседке и объяснял Одноимённому суть задания. - Сей-сан не спит уже седьмые сутки, - сетовала оку-сама, решившись перебить своего любимца ради его же блага и подавая ему тёплый травяной чай, – а врачу показаться отказывается. - Вы ошибаетесь. Всё в порядке, – твёрдо солгал Аояги, хотя цвет его лица и синяков под глазами говорил об обратном. – Я немного поспал днём. Сердце Нисея колоколом отбивало в груди. Неделя?! Те семь дней, на которые Агнец прописался в его сновидениях?! В такие минуты можно поверить не только в приметы, но и в духов и богов. На самом дне зелёных глаз промелькнула печальная нежность, но Нисей не оставлял привычного шутовства: - Убитых барашков считать пробовал? Сеймей снял очки и потёр припухшие глаза. - Сеймея не берет даже снотворное, - серьёзно ответила женщина. – Возможно, природному Бойцу под силу найти средство… - Готов спорить, что я мог бы убаюкать тебя за две минуты. – Смельчак отдавал себе отчёт в том, что такая самоуверенность может и не оправдаться, но кто не рискует, тому не испить Силы. Сеймей скептически хмыкнул. - Тебе не место в моей спальне, а мой сон - не твоя забота. Задание ты получил. Больше я тебя не задерживаю. - Прости, но ты недооцениваешь природную Связь, - нагло заявил Нисей. – Если мои способы не подействуют, я немедленно уйду. Агнец принял вызов. - Я соглашусь, но только, чтобы доказать тебе, что никакой особенной Связи, кроме твоего подчинения, между нами не существует.

***

- Мне не по нраву то, что сейчас происходит. Нельзя ли обойтись без этого? - Потерпи, завтра будешь, как огурчик. Не отгораживайся. Мне понадобится твоя Сила. Совсем немного. Подобные объятия были горячей и естественней материнских. Хрустальной, пленительной, откровенной мелодией лилась бодрящая Сила – словно по самой душе водили волшебным смычком. Его Сила. Единственная, неповторимая, не имеющая аналогов и заменителей. С ней Нисей мог провести без сна даже тысячу ночей и совсем забыть об усталости. - Ты же понимаешь, что тебе будет, если твои методы не подействуют? - Понимаю, - промурлыкал Нисей. – Спи, Возлюбленный. Пусть звёзды закружат тебя в сладких снах… Тихие слова нехитрых заклинаний – как шорох шагов по опавшим листьям. Позолота иероглифов в полутьме. Это были не те заклинания, которые действуют на психику: Нисей верил, что и без них его Агнец, не вовлечённый во сны своего Стража, сможет с лёгкостью отправиться в собственные грёзы. Заклинания только вызвали шум моря и тихий звон колокольчиков. «Позволь мне на цыпочках прокрасться в твой сон». Я не молю: «О, Господь, уничтожи Муку грядущего дня!» Нет, я молю: «О пошли ему, Боже, Сон про меня!» Приглушённое сознание уносило Сеймея за дальние дали. Акаме ещё немного полюбовался тенью от ресниц на бледных щеках, опущенными вниз уголками приоткрытых губ и погасил торшер – последний горящий огонёк в окнах дома Чияко-сан. «Ты не в силах противиться тому, что уготовано судьбой. Ты не делишь мои раны, не делишь мою боль. Но ты делишь со мной Имя и сны. Это неизбежно». Решение приникнуть к губам захваченного крепкой дрёмой Возлюбленного созрело в течение семи вздохов. Хрупкий поцелуй. Эфирный, едва ощутимый, но такой пронизывающий, даже вызывающий лёгкую боль где-то за темечком. Поцелуй, о котором будет знать только Страж Билавд. Пусть я при встрече с тобою бледнею, Как эти встречи грустны! Тайна одна. Мы бессильны пред нею: Связь через сны. …Нисей встретил прохладный утренний свет с открытыми глазами. Шептание листвы за окном, жужжание шмелей, птичьи трели, тихое мяуканье котят и сопение Сеймея – всё это слилось в один музыкальный этюд под названием «Счастье».