Тайфун идёт!

Приятно осознавать, что ты являешься владельцем какой-то хорошей вещи. Пусть даже и не материальной. Особенно если это возвращение домой. Только тебе принадлежит этот ни с чем не сравнимый трепет, когда ноги касаются родной земли, а сердце готово выскочить навстречу улицам, знакомым с детства. Честно сказать, я не очень люблю самолёты, но дядя был настолько категоричен, что я не стала с ним спорить. В принципе, спорить с самым лучшим дядей в мире совершенно не логично, но у меня за последнее время жутко испортился характер, и я ничего не могла с этим поделать. Времени прошло не так уж много, но от прежней Сакуры мало что осталось. Слишком много произошло событий. Смерть родителей и переезд в Европу, где на данный момент я училась в университете. Были каникулы, и я приехала домой к бабушке. Краем глаза я глянула в зеркальную витрину какого-то магазина, по которой ещё стекали прозрачные капли недавно прошедшего дождя. Симпатичная миниатюрная девушка в элегантном шёлковом сиреневом платье с изысканным декольте и стилизованной юбкой-колоколом, открывающей стройные ноги бегуньи. Я практически не ношу туфлей на высоких каблуках, так как не вижу смысла что-то улучшать с их помощью. С веток деревьев упали последние тяжёлые капли, и я, тряхнув головой, пригладила аккуратно уложенные карамельные волосы. Как ни странно, именно поступив в университет, я решила покончить с художественным беспорядком на голове, выбрав среднюю длину волос и классическую укладку, так как она больше соответствовала моему статусу. Фигура у меня всегда была классная, а вот со стилем были проблемы. Я вдохнула свежий прохладный воздух, насквозь пронизанный озоном и лучами вышедшего солнца. Как хорошо. Багаж доставят домой и без моего участия. Пока можно спокойно пройтись пешком, восстанавливая в памяти вид мест, где я провела всё своё детство. — Сакура!! Неужели это ты? – окликнул меня звонкий девичий голосок с другой стороны улицы. Я обернулась. Ко мне быстро приближалась миловидная девушка в джинсовом костюме с мотоциклетным шлемом в левой руке. — Айя-тян! – воскликнула я, не веря своим глазам. — Ну и встреча! – она обняла меня. — Ты как тут оказалась? — Прилетела на каникулы, — я несколько растерянно развела руками. Я ожидала встречу с кем-то из знакомых, но всё же это было скорее из разряда фантазий, нежели реальности. — Надо же! А выглядишь, как будто только что сидела на приёме рядом с дипломатами ЕС. — Ну, — пожалуй, мило смущаться — не мой конёк, — всё меняется. А ты как? — Я ездила за пластмассовыми поддончиками, — она кивнула в сторону синего скутера, к которому были прикреплены странного вида квадратные объекты, замотанные в отделочную бумагу, — работаю в магазине. — Цветочном? – глупо уточнила я. — Ага! Поехали к нам, поговорим, а заодно и ребят проведаем. Я попыталась отвертеться, но Айя схватила меня за руку и потянула к своему пластиково-стальному пони. Пардон, скутеру. Я невольно отметила фирму. Хонда. Айя-тян — патриотка. За что ей почёт и уважение. Прошло немало времени, и магазин «Конэко» выглядел куда лучше прежнего. Больше. Внушительнее. Они что, прикупили соседнее помещение? Так, Сакура, не суй свой нос в чужие дела. Нас встретил Оми. Он возмужал и вытянулся, но, по-моему, всё равно остался прежним чибиком. Так что враньё всё это, что он глава «Сверхсуперсекретной корпорации по борьбе с организованной и не очень организованной преступностью». (Ой, кажется, она не так называется. Но дело не в этом. У меня всегда была плохая память на странные названия). Некоторое время он молча смотрел на меня. Потом его брови медленно поползли вверх, скрывшись за занавесом густой бледно-золотистой чёлки. — Оми, ты знаешь, что так смотреть на гостя, по меньшей мере, неприлично, — начала Айя, подталкивая меня к входу в магазин. — А по большей? – ляпнула я. — Сакура??? — Оми, ты сегодня сама внимательность, — похвалила его младшая Фудзимия, всовывая в его руки поддоны в жуткой упаковке, — где остальные? Не отрывая от меня взгляда и едва не прошляпив момент, с трудом ухватив груду подносов, он ответил: — Йоджи и Кен здесь. А Ран на мисс…то есть, я хотел сказать… — На какой такой это он мисс? – раздался низкий и крайне, просто до неприличия заинтересованный голос Йоджи, вышедшего из подсобки, — а я думал, он поехал задание выполнять… блядь, Сакура! — Я тоже рада тебя видеть, Йоджи, — согласилась я. Вариант первый: он как-то связывает эти понятия. Вариант второй: это междометие. Йоджи обошёл вокруг меня, удовлетворённо цокнув языком, послал мне самую очаровательную улыбку, на которую только было способно его мартовское кошачье величество. После этого я поняла, что возможен только первый вариант толкования. Реакция Кена, конечно, уступала по экспрессии реакции двум предыдущим, но зато была не менее милой и тёплой. Я довольно много времени провела в «Конэко», рассказывая о том, что со мной происходило за эти два года, и слушая не менее невероятные истории своих приятелей. Все работают в магазине и (!) считают заработанные здесь деньги своим основным доходом. Правда, Кен обмолвился, что иногда подворачивается интересная подработка (что значило — Вайсс остались Вайсс.) Оми сказал, что Критикер есть, но Вайсс на них больше не работают… (Ах, вот как называлась эта сверхсуперсекретная организация!) Меня напоили вкусным чаем и всё время подсовывали какие-то булочки с клубничным джемом. Айя-тян говорила, что печёт их сама, но меня немного смутил тот факт, что до этого они были завёрнуты в прессованный полиэтилен с этикетками, на которых было написано «Кондитерская госпожи Лао». Что-то Айя не упоминала, что сменила фамилию. Особенно на китайскую. В «Конэко» я просидела до темноты. Йоджи героически вызвался подвезти меня домой, но я заверила, что идти тут совсем немного. При выходе из магазина я столкнулась носом к носу с Раном. Сначала он чуть не сбил меня с ног, а потом, пробормотав что-то вроде «клиентам тут не место», прошёл внутрь. Я обернулась, всё ещё стоя на пороге, глядя в спину сказочному принцу из моего детства. Да, я, конечно, не ожидала распахнутых объятий и красной атласной ленточки вместо деревянной двери, но всё же... Есть, во всяком случае, такое понятие как вежливость. — Ран, ты не узнал Сакуру? – невинно поинтересовался Кен, подталкивая Абиссинца в плечо, чтобы тот развернулся. Фудзимия нехотя обернулся. Его гранатовые волосы стали длиннее и при этом освещении казались темнее. Прошёлся по мне стеклянно-фиолетовым взглядом. Ни одна из правильных мраморно-белых черт его красивого лица не дрогнула. — Сакуру? Он это сказал так, словно перед ним стояла японская декоративная вишня, цветущая розовыми махровыми цветами, а Кен вдруг решил обратить на это его внимание. У меня пропал дар речи. Я не знаю, что говорить в таких ситуациях. Так и стояла, схватившись рукой за косяк двери. Ещё минуты две он смотрел на меня так, а потом отвернулся и направился к лестнице на второй этаж, оборонив при этом: — Простите, я вижу вас впервые. У меня отпала нижняя челюсть. Йоджи попытался что-то ему сказать. Айя бросилась вверх за братом. Кен и Оми удручённо переглянулись. — Сакура… — сделал шаг ко мне Оми. — Д-до свидания, ребята, — произнесла я, почувствовав, как на глаза почему-то наворачиваются слёзы, и пулей вылетела из магазина. Бежала я быстро. Впрочем, как делаю это всегда. Боковое зрение запечатлело стоявший неподалёку ярко-красный спортивный Феррари. Машина показалась знакомой, но мне тогда было не до неё. Скотина! Бревно бесчувственное! Не узнал! Впервые видит! Да я его..! Да, я с ним..! Надо же, а я-то ещё была влюблена в него! Страдала, сопли и слёзы лила. Дура! Ну, ты у меня ещё попляшешь! Ну, я тебе устрою! Тоже мне Снежная королева! После радушного приёма бабушки, осоловев от вкусной домашней пищи и позднего времени, я немного остыла и поняла, что ничего ужасного в том, что сегодня было в магазине, нет. Ну, не узнал. Но он же Фудзимия! Куда страшнее было бы, если б он при встрече потянул меня на второй этаж к себе в комнату. В это мгновение мне представились лица остальных Вайсс, и я начала хихикать. То-то была бы потеха! Мои пальцы бездумно скользили по клавиатуре ноутбука. Хотя… это его не оправдывает. Совершенно не оправдывает. Нужно взять реванш. Конечно, ничего я ему сделать не смогу. Мои пакости – это всё же не тот калибр, от которого Рану нужно надевать бронежилет. А на что-то большее я просто не способна. Из человеколюбия (кстати, дядя всегда говорил, что это не очень хорошая черта). По телевизору передавали новости о тайфуне и советовали не выходить на улицы. Циклон не набрал силы, скорость невелика и вряд ли достигнет стадии урагана, но предосторожность не помешает. Бабушка сказала, что тайфун идёт и лучше послушать гидрометеорологов. Но я и так не собиралась совершать прогулку по Токио во время урагана. Сказала и забыла. Прогнозам нельзя верить нигде. Япония не исключение. Но всё же… вернёмся к нашим баранам, пардон, абиссинцам. Не бывает безвыходных ситуаций. Мстительность начала набирать во мне обороты Я подвинула ноутбук к себе. Сделаем всё по дедушке Фрейду. Физического вреда не причинит (я же не зверь!), но душа, в смысле самолюбие будет удовлетворено Итак… /Ран был доволен тем, что они купили участок с пристройкой, находящийся за магазином. В пристройке всё переделали, и из неё получилось весьма приличное место для отдыха, включавшее в себя также небольшой спортзал с бассейном. Ран осмотрелся. Взгляд задержался на Йоджи, уверенно и красиво рассекающем руками прозрачную голубую воду. Вот нахал! Даже не подумал о плавках. А если сюда зайдёт Айя? Хотя…это ещё вопрос, кто первый смутится. В последнее время сестра стала почти неуправляемой. Йоджи перевернулся на спину и подмигнул Абиссинцу: — Что стоишь в дверях как неродной? Проходи, не стесняйся. — Тебя, что ли, стесняться? – фыркнул Ран, стягивая с себя через голову чёрную футболку. — А ты привёл с собой ещё кого-то? – приподнял светлую бровь Балинез. Ран фыркнул ещё раз, невольно наблюдая за тем, как Йоджи выбирается из бассейна. Его совершенно не заботило то, что на него смотрит, не отрываясь, пара ошеломлённых огромных фиолетовых глаз. Ран стряхнул с себя наваждение и принялся за джинсы. Это ещё что такое? Он смотрит на обнажённого Йоджи! И, кажется, понимает, что находят в нём женщины. Йоджи прошёл мимо него, слегка вильнув бедрами. Не из желания произвести впечатление, а просто, дабы опыт не потерять. Подойдя к плетённому из лозы креслу, слегка наклонился и взял свой шёлковый халат с золотыми драконами. Ран всегда считал этот халат верхом роскоши и вульгарности, однако Балинез не спрашивал у него совета. Но сейчас Ран осознал, что думает далеко не о халате. И даже не о роскоши и не о вульгарности. Он думал о… Мотнув головой и наконец избавившись от всей одежды, он с разбегу прыгнул в бассейн. Йоджи сел в кресло, как раз напротив бассейна, с любопытством наблюдая, как плавает их лидер. Неторопливо прикурил. Закинул одну стройную ногу на другую, даже не потрудившись вернуть на место полы разметавшегося халата. Фудзимию начало нервировать такое положение дел. Кудо – ни капли. Проведя двадцать минут в приятно освежающей воде и с не оправдавшейся надеждой, что Йоджи встанет и уберётся подальше, Ран с неохотой начал вылезать из бассейна. При этом нефритовый и фиолетовый взгляды пересеклись. Сколько времени это продолжалось – неизвестно. — А что это ты на меня так смотришь? – спросил Ран, пытаясь сделать это как можно беззаботнее. — Да вот, — Йоджи, не отводя от него своих зелёных глаз, выдохнул в сторону струю сизого дыма, — смотрю. Ран медленно повернулся к нему спиной, чувствуя, как слюна застревает в горле. Он слишком хорошо знал этот взгляд. Только… ранее Балинез приберегал таковые на особый случай. Боже, почему я бросил свою одежду поблизости от него? Нога Рана соскользнула назад, но тут он почувствовал, что что-то его держит и не даёт рухнуть назад в бассейн. Проволока Йоджи мягко обвилась вокруг его торса, не давая возможности двинуться. Через секунду Балинез оказался рядом. — У тебя новая модель часов? – попытался отвести тему разговора Ран, стараясь не смотреть в ставшие невыносимо близкими зелёные глаза. — Да, решил улучшить их немного, — согласился Йоджи, вернув проволоку на место, но при этом совершенно не собираясь отодвигаться от Абиссинца. Проволоку заменили недвусмысленные стальные объятия. По мнению Йоджи, сейчас в командире что-то было. Влажные гранатовые волосы, широко раскрытые фиолетовые глаза, в которых недоумение слилось со страхом того, что может произойти. Надо же! Не говоря лишних слов, Йоджи крепче сжал его и безаппеляционно прижался к раскрывшимся для вопроса губам. Возмущение погасло в тот же миг, когда его рот оказался во власти жёсткого и горячего поцелуя. — Йоджи, — прошептал он, как только смог это сделать, — может не… — Ран, что-то в тебе некстати проснулась болтливость, — хриплым голосом прервал его Йоджи, умудрившись прихватить его язык зубами, — раньше я за тобой её не наблюдал. Ран вспыхнул и с такой силой ответил на поцелуй, что Балинез невольно почувствовал, как помутилось в голове. — А я думал, ты с женщинами… — Ну, почему же, — не смутился Йоджи, — и с женщинами тоже. Было что-то странное. Почему-то не возникало и мысли, что они делают что-то неправильное. Особенно когда Йоджи потянул его за собой на татами. И когда целовал его шею, прикусывая кожу. И когда сжимал его бёдра своими. Рана совершенно не смущал тот факт, что Кудо умудрился оказаться сверху. Как говорится, ещё не вечер. В момент, когда рот Балинеза обхватил его член тугим жарким кольцом, эта мысль даже не казалась абсурдной. Ран застонал и выгнулся навстречу пылающему жару. — Да, так…ещё…— хрипло прошептал он, стараясь не смотреть на своего неожиданного любовника. Йоджи приподнял голову и ухмыльнулся. — Как скажешь. С каждым стоном Абиссинец чуть раздвигал ноги. Йоджи секунду смотрел на него не двигаясь, а потом понял, что от такого приглашения не стоит отказываться по двум причинам. Первая: его катана стоит на катанакакэ на втором этаже «Конэко», так что даже если его что-то и огорчит – махать ею он не будет. Вторая: кто его знает, когда представится возможность трахнуть командира ещё раз? Ран сильнее впился пальцами в плечи своего любовника, словно не совсем отдавая себе отчёт в том, что он делает. Особо не давая раздумывать и Балинезу, притянул за шею к себе и впился в его рот. Губы самого Фудзимии стали под цвет волос, что представляло собой насколько прекрасное, настолько и развратное зрелище. Йоджи решил не сопротивляться, с трудом удерживая тело выгнувшегося Рана в своих руках, когда понял, что терпеть не может и втиснулся в него. Тот не сопротивлялся, только негромко ахал и вздыхал, раздирая в кровь плечи Балинеза. — Дикая… абиссинская, курва японская, — промурлыкал диагноз Кудо на ухо выгнувшегося дугой Фудзимии. Ран в ответ по-садистски сжал его внутри себя, предоставляя возможность только сдаться перед жарким и влажным натиском. …Выбраться из состояния полусонного оцепенения помог резкий оклик Айи, которая пообещала, что оторвёт им всё, что движется, если они не поспешат выбраться из бассейна, так как ужин остынет, а подогревать она не собирается. Услышав её, брат неожиданно вздрогнул и прижался к Йоджи. Тот нежно гладил гранатовые волосы, его губы почти касались горячего лба. — Тихо. Всё хорошо. Давай вставать, а то она чего доброго влетит сюда. Ран приподнял голову. Какое-то время потемневшие фиолетовые глаза, не отрываясь, смотрели в прозрачно-зелёные. Через секунду хриплый голос Фудзимии отдался эхом от стен: — Кудо, а, собственно, какого … Зайдя в магазин на следующий день (меня силком привез сюда Оми под предлогом вроде ты-не-так-поняла-что-вчера-произошло), я точно поняла, что здесь что-то не так. И даже не то, что мне сегодня был прислан огромный букет из бело-жёлтых гладиолусов и в нём была записка с извинением от Фудзимии. И даже не то, что бабушка пыталась вывести меня при помощи нашатыря из обморока. И не то, что приехал Оми и, что-то неразборчиво треща на тему ты-забыла-сумку-в-магазине, посадил меня, как куклу, на заднее сидение своего мотоцикла, привёз в «Конэко». И не Йоджи, бессовестно разгуливающий в одних брюках, даже не потрудившись прикрыть свою мускулистую грудь и плечи в зверских царапинах. Стоп! Плечи… в зверских … царапинах? О, боже… — Оми, — начала я, — а у Йоджи есть подружка? Чибик хмыкнул: — Думаю, что нет, но склоняюсь к тому, что да. — А поконкретней? – раздражённо уточнила я. — Сакура-тян, да ты что! – ещё чуть-чуть, и он бы покрутил пальцем у виска, — у него каждая третья здесь подружка! А остальные две думают, как её отравить ядом кураре. М-да, неудачный вопрос. Мне было как-то неловко. Тем более что никакой сумки я не забывала. — Сакура, — подозвал меня Йоджи. — Что?– безнадёжно отозвалась я, понимая, что я в тупике. Особенно когда увидела, как ко входу магазина подъехал Кен и к нему вышел Ран. — Не стой там, как Венера Милосская, помоги мне, пожалуйста. — Ага, — не стала спорить я, подойдя к нему. Йоджи пытался придать товарный вид пузатому горшку с хлорофитумом. Горшок был добротно сделан, но дизайн, мягко говоря, не впечатлял. Кудо решил это исправить при помощи чернильно-фиолетовой обёрточной бумаги. Однако для этого дела двух рук было однозначно мало. — А почему вы не открыты? – спросила я, придерживая бумагу в тех местах, где только что были длинные пальцы Балинеза. — Да здесь … э-э, — Йоджи фыркнул, — давно уже решили устроить выходной. К тому же постоянные разговоры об этом тайфуне вряд ли внедрят в головы клиентов желание пройтись по улице и купить цветы. — Думаешь, это правда? – я покосилась на окно, — там солнечно. — Сейчас солнечно, потом – придёт тайфун, — не смутился Йоджи, — всякое может быть. Не зевай, вишенка. — Ай! – возмутилась я, когда он начал придавать рельеф, перетягивая бумагу золотистой бечёвкой, — предупреждать заранее надо! — Все девушки одинаковые, — пробормотал он. Не знаю, нарывался он или нет, но я не стала рассматривать его фразу как желание усомниться в нашей индивидуальности и снова глянула в окно. То, что я увидела, заставило меня выбросить из головы всякие погодные неурядицы. Ран разговаривал о чём-то с Кеном. Последний уже давно слез с мотоцикла, но почему-то до сих пор не торопился заходить в магазин. Со своим лидером он разговаривал несколько возбуждённо, как будто видел, как в двух кварталах отсюда приземлилось НЛО. Впрочем, слов я не слышала, так что это всего лишь мои домыслы. Тот только кивал и произносил кое-какие реплики. Неожиданно Ран положил Кену руку на плечо. Сибиряк никак не отреагировал, продолжая о чём-то говорить. Ран сдержанно усмехнулся, и его рука скользнула по шее Кена вверх, утонув в чёрных лаковых волосах. Кен замер на полуслове. В его глазах появилось какое-то странное выражение. Полусмущение, полуликование. Чуть приоткрытые губы выглядели до неприличия соблазнительно. Через секунду Ран быстро и властно притянул его к себе, страстно приникнув к его рту. Я икнула. На большее в этот миг просто была не способна. Ран… ну, это ещё ладно… но Кен! — Придержи, пожалуйста, эту штуку, — послышался голос Йоджи. Не в силах оторваться от того, что происходит на улице, я наугад схватила горшок. — Йоджи… — А? – отреагировал предел мечтаний каждой третьей девушки и остальных двух, которые только и думают, как отравить свою товарку ядом кураре. — Что они делают? – спросила я, уставившись на не отрывающихся друг от друга Рана и Кена. — Да, вот здесь… что? – Йоджи поднял голову, оторвав взгляд от бечевки, — а… ну, целуются. — З-з-зачем? – чуть не упала я. — Сакура, — укоризненно посмотрел на меня блондин, — в твоём возрасте уже стыдно задавать такие вопросы. Я попыталась сгрести мысли в кучу, но ничего не вышло. — А они что…ну…как его…ну…это самое… Йоджи убрал горшок с прилавка. — Не понимаю, о чём ты хочешь спросить. — Спят вместе? — Ты что! – замахал руками Кудо, — как тебе в голову такое придёт! А ещё приличная девушка с виду! Спит каждый в своей комнате и точка. Он посмотрел в окно и задумчиво протянул: — А вот то, что трахаются – не исключено. Рядом что-то грохнулось. Сразу подумалось, что это я второй раз день упала в обморок, но потом, увидев лежавшего рядом Оми, поняла, что он меня опередил. Мораль: ну, не вовремя мальчик вышел. Потом пришлось затянуть к Оми на кухню и усиленно отпаивать чаем от увиденного. Кстати, когда он упал, в магазин как ни в чём не бывало вошли Кен и Ран. И пока Кен оттаскивал Оми из самого магазина, вы не поверите… Ран извинился передо мной лично! Сказал, что вчера действительно не узнал, был не в настроении и всё такое прочее. А также надеется, что я на него не в обиде и он действительно рад меня видеть. А! И ещё предложил остаться у них, пока над Токио ещё нависает угроза тайфуна. После таких слов грех было не упасть в обморок, но я только глупо захихикала и сказала, что воспользуюсь их предложением (будто я боюсь сказочного тайфуна!). Но… мне надо было кое-что обдумать. На кухне обнаружились Айя-тянские пирожные, шербет, булочки с яблоками и зелёный чай с жасмином. Оми пришёл в себя почти сразу и под угрозой быть утопленным в китайском чае начал адекватно воспринимать реальность. Я вонзила зубы в шербет. Вкус обещал быть отменным. — Ты видела? – тихо спросил Оми. Я не стала ёрничать и честно ответила, что лучше б не видеть такого. — Это у вас тут что, норма? — Да… Тут у нас такое, — начал Оми, оглянувшись по сторонам. — Что? – напряглась я, стараясь расцепить челюсти от шербета, — Кен закадрил Рана? Оми помотал головой: — Не знаю. Сегодня я видел их впервые. А вот… — Ран переспал с Йоджи? – задала я давно вертевшийся на языке вопрос. Глаза Оми чуть расширились. — Ну, раз и ты уже знаешь… Да. Было дело. А после этого Айя и Ран страшно поругались. — И? — Айя в отместку тоже переспала с Йоджи. Шербет выпал из моих рук. — Эээ, — на более адекватную реакцию я была просто не способна. — А дальше? — Дальше они снова ругались. Только теперь на тему «уводить любовника у своего собственного брата – это не по-семейному». — Да, действительно, — пробормотала я, — а … Йоджи как среагировал на это? — Он сказал, что мог бы обслуживать две конторы. Я закашлялась. В нём-то я не сомневалась. — Слушай, Оми…а с Раном это … давно? Несколько минут Оми тупо смотрел в пол. — Сакура-тян, ты мне не поверишь, но это так. — Ну? Ответ был именно тем, которого я боялась больше всего. — Со вчерашнего дня, а точнее, ночи. Погода и вправду ухудшилась, но до урагана было далеко. Тайфун прошёл. Были просто сильнейшие порывы ветра, сгибающие деревья. Однако это было, пожалуй, самым жестоким проявлением циклона. Весь день я проболтала с Айей. Магазин так и не открылся. Старший Фудзимия и Оми ушли на разведку, перед новой миссией. Йоджи и Кен возились в кладовке. Айя, как оказалось, сегодня утром умудрилась переспать с Йоджи далеко не в первый раз, но… просто Ран об этом не знал. Представляете себе её реакцию на действия брата? Мы вместе похихикали над подробностями, а потом нам стало скучно, и Айя предложила подключить к нашей беседе парней. Найти их почему-то оказалось не так просто. В подсобке никого не было, кладовка пустовала, их комнаты были пусты. Я пока деликатно молчала о своих домыслах, но почему-то эта идея стала слишком навязчивой. — Сакура-тян, слушай, — Айя начала набирать скорость, взбегая по лестнице, — а как ты думаешь, почему их тянет друг на друга? — Ну, — я замялась, — наверно, есть какой-то фактор. — Фактор? – Айя остановилась, и я с размаху врезалась в её спину, — фактор… А то, что они бляди – это достаточный фактор? — Вполне, Айя-тян. Она, не сбавляя ходу, ударила ногой по двери, практически снеся её с петель. Надо сказать Рану, чтобы присмотрел за младшей сестрой. Она скоро так весь Токио развалит. — Эээ, Айя, Сакура… Нашим глазам предстал обнажённый Кен, над которым навис не менее обнажённый Йоджи. То, чем они занимались, явно не предназначалось для наших глаз. — Эээ, Кен-кен, Йоджи… — Я могу всё объяснить, — Кен попытался отпихнуть приникшего к его шее Йоджи и негромко вскрикнул, когда тот только сильнее стиснул его бёдра своими коленями. — Нет, не могу, — выдохнул Сибиряк, запрокинув голову и тем самым давая блондину возможность вытворять с его шеей, что пожелает. — Зайдите часика через два, — промурлыкал тот как истинный мартовский кошак, проводя языком по подбородку Кена. — А вам хватит? — съязвила я, но Айя тут же схватила меня за шиворот и вытянула в коридор, захлопнув дверь, пока Балинез не метнул в нас свою проволоку. На следующее утро я пошла за продуктами. Погода была ясной и солнечной. Настроение было чудесным. Неожиданно передо мной круто развернулась красный «Феррари» с гостеприимно распахнутой задней дверцей. — Сакура-сама, не будете ли вы столь любезны составить нам компанию? – спросил приятный баритон. Я замерла. Кроуфорд! Уж не знаю почему, но этот голос впечатался мне в память и не узнать его было выше моих сил. Можно было дать дёру, но тут я увидела, что за рулём сидит солнце шварцевской четвёрки, несравненно самоуверенный и обворожительно сволочной герр Шульдих. Что значило, что шансов у меня никаких. Я мысленно послала их обоих и села в машину. Всё равно у меня только один путь – вперёд. — Надеюсь, ты рада нас видеть? – участливо поинтересовался Шульдих, разворачиваясь к нам с Кроуфордом. — Нет слов просто, как рада, — выдавила я. Они оба начинали действовать мне на нервы. А нервы, знаете ли, штука тонкая. Тут они ещё есть, и тут же их нет. Что-то подобное говорил Винни-Пух. Шульдих ухмыльнулся и, отвернувшись, резко крутанул руль. — Если насилие неизбежно, расслабься и получай удовольствие, — посоветовал телепат. — Следи за дорогой, — фыркнула я. Брэд подождал, пока мы обменяемся любезностями. Он всегда умел держать паузу. — Сакура… у нас есть к тебе деловое предложение. Я чуть не выпала из машины. — Купить пакет акций «Дженерал Моторз»? — Это слишком, — спокойно отреагировал он, — речь идёт о твоём, гм, так называемом … даре. — Что? Даре? Каком даре? О чём вы? Брэд неторопливо достал сигарету из дорогого серебряного портсигара: — Не возражаешь? Я мотнула головой. Мне стало интересно. — Какой дар? — Понимаешь ли… к нам вчера, чисто случайно, конечно, попались в руки Фудзимия и Цукиено… Я подпрыгнула: — Что? — Успокойся, — рассмеялся Шульдих, — целы и невредимы. — Под заботливым присмотром Фарфарелло, — добавил Кроуфорд. Я набрала воздуха в грудь. — Шульдих покопался в мозгах обоих и нашёл неожиданные вещи. Я почувствовала, что краснею. — И тогда мы поняли, — продолжал как ни в чём не бывало Брэд, — что ты начала пользоваться своим даром. Я подняла на него глаза. — Можно объяснить толком, а? — Легко. Когда ты вместо Айи лежала на алтаре во время Ритуала, в тебя были направлены мощнейшие потоки энергии, в основном, телепатической. Сначала ты ничего не замечала. И не заметила бы, если б не понесло тебя в национальную забаву женщин вашей страны. После Ритуала у тебя проявились так называемые побочные эффекты. Мы о них знали и ждали, когда они проявятся. — То есть вы хотите сказать, что всё, что я напишу, может… — Именно. Хотя не всегда всё получается именно так. Иногда ситуация начинает развиваться несколько другим путём. Я вспомнила Кена и Йоджи и покраснела ещё больше. — Суть, однако, всё равно остаётся прежней, — невозмутимо сказал Брэд. — Но как вы поняли? Вайсс не в курсе моего… моих… ну, в общем… — За тобой следили, Kirschемadchen, – улыбнулся Шульдих одной из своих самых очаровательных улыбок. Я задумалась. Это давало определённые плюсы, хотя и было невероятно. — В чём заключается ваше предложение? Шульдих перебросил мне фотографию полного мужчины средних лет. Брэд всунул в другую руку инструкцию к действиям. Я покрутила обе бумаги в руках. — А я? Что получу я? — Фудзимия и Цукиено вернутся домой. Что ж, предложение было действительно деловым. Аве Кроуфорд, почёт и процветание. — Я согласна. — Конечно, Liebchen, — одобрил немец, — конечно. Перед тем, как меня высадить, Шу наклонился и шепнул: - И… Сакура, прекращай читать яой. - Что-о-о-о-о??? – взорвалась я. Через секунду мотор глухо рыкнул и от них и след простыл. Да как он смеет обо мне такое думать? Что я. Читаю. Яой! Я! Значит, я! Читаю. Яой! ДА НИКОГДА! Я не читаю яой, запомните раз и навсегда! Я пишу яой! В руках были фотография и лист с инструкцией, но я на них не смотрела. Чуть позже. В голове прокручивалось совершенно другое. Брэд Кроуфорд. Брюнет. Глаза: ореховые с янтарём. Рост: около двух метров. Фигура: спортивная. Задница: нет слов. Шульдих. Шу-y-y-y-льдих. Губы сами по себе стали расползаться в наглую и счастливую улыбку. На тебя, itoshii, у меня особые виды. (Представляю, какую рожу бы скорчил телепат, узнав, как я его называю). От этого мне стало ещё лучше. Наши метеослужбы опять ошиблись. Угроза тайфуна не миновала. Совсем не миновала. И вряд ли теперь вообще минует. Чёрта с два! Тайфун идёт!